Ее королевское высочество - Рейчел Хокинс

Гости собираются на первом этаже.

Мы спускаемся, и я вижу Шербета, который радостно машет нам.

Он разговаривает с блондинкой в голубом платье. Я смотрю на Флору, пытаясь догадаться, не Тэмзин ли это.

Но Флора вскрикивает:

– О, мини-Глиннис!

Девушка смотрит на нас и, когда мы подходим, отстраняется от Шербета.

– Николь, – поправляет девушка, но Флора отмахивается: – Мини-Глиннис куда лучше… Квинт, мини-Глиннис. Мини-Глиннис, Квинт.

– Николь, – снова представляется она сквозь зубы, а я отвечаю:

– Милли.

Она пожимает мне руку и наклоняет голову на бок – и я замечаю сходство с женщиной, которая приезжала в Грегорстоун вместе с королевой.

– Аа, теперь поняла, почему мини-Глиннис, – догадываюсь я, и девушка закатывает глаза:

– Ни. Ко. Ль, – повторяет она. – Но Глиннис – моя мама, это верно. Поэтому я и застряла здесь в глуши вместо того, чтобы ехать домой.

Интересно, какая же жизнь у нее дома, что этот замок для нее «глушь», но Флора наклоняется ко мне и сообщает:

– Мини-Глиннис живет в Калифорнии с папой, но я слышала, что она на время приехала к маме.

– Вообще-то я стою здесь и все слышу, – возмущается Николь.

– А что ты делаешь здесь, на Скае? – спрашивает Флора, и Николь указывает на Шербета:

– Он меня пригласил. Я согласилась, потому что мне было скучно, и здесь я подальше от мамы.

Шербет, услышав свое имя, снова позвал Николь. Она отходит, и Флора наклоняется еще ближе ко мне:

– Николь – единственная, кто смог растопить сердце Себа, – прошептала она. – Они были не разлей вода. Пару лет назад.

– В романтическом плане или просто хорошие друзья? – спрашиваю я.

Уголки ее губ приподнимаются.

– Хочешь верь, хочешь нет – просто друзья. Но это был первый раз, когда Себ дружил с кем-то женского пола. Но даже без отношений тот еще был скандал. Глиннис из-за этого чуть работу не потеряла. Николь вернулась в Калифорнию, и с тех пор мы ее не видели. Но Глиннис всегда хотела, чтобы она вернулась, обучить ее. У них династия: мать Глиннис работала с моим дедом, а ее дед – с моим прадедом. Члены их семьи – правая рука монархов вот уже… господи, понятия не имею. Со времен Марии Стюарт? Ну конечно, Николь от этого совершенно не в восторге.

Флора закончила сплетничать, раздался громкий звук гонга, я подняла взгляд и увидела стоящего у двойных дверей на другом конце зала лорда Генри.

– Сейчас я должен произнести какие-нибудь красивые речи, – говорит он, – но лучше объявлю, что ужин подан, так что шевелите задницами.

Все смеются, и мы выдвигаемся в столовую.

Леди Эллис столь же элегантна, как обворожителен ее муж. По рассказам Флоры, в шестидесятых они были любителями закатывать скандалы. Глядя на них сейчас, сложно это представить, но когда леди Эллис проходит мимо лорда, чтобы проводить нас к ужину, я замечаю, как он незаметно трогает ее за задницу.

Ну да, теперь в скандалы чуть легче поверить.

Флора тоже это замечает и комментирует:

– Вот к такому стоит стремиться.

Я оглядываюсь на нее:

– Твои родители тоже такие?

Она фыркает и снова берет меня под руку. Она часто так делает, и порой сложно поверить, что я не на свидании с ней. Что я просто ее соседка по комнате, которую она взяла с собой практически из жалости.

– Мои родители спят в разных частях замка. Даже не в комнатах.

– Так разве не во всех королевских семьях происходит? – шепчу я.

– Я бы так не хотела, – сообщает она и кивает в сторону лорда Генри и леди Эллис, – и они уж точно не из таких. У них семь детей.

– Семь?

Флора кивает:

– Ага. И изначально это был брак по расчету.

Я бы с удовольствием послушала еще, но мы входим в столовую, и Флора отпускает мою руку и проходит во главу стола – она почетная гостья, и должна сидеть там с лордом Генри, а мое место где-то посередине. К счастью, со мной посадили мини-Глиннис – простите, Николь, – хоть одно знакомое лицо и привычный акцент.

– Ну и как тебе Шотландия? – любопытствует она, пока мужчины в красивых костюмах приносят нам блюда. Я сильно отвлекаюсь на происходящее вокруг и с трудом отвечаю, пока передо мной ставят крошечную тарелку.

– Эм, хорошо.

На тарелке рыба. Выпучила на меня глаза. Я с трудом сглатываю.

– Она такая… ну, Шотландия, – продолжаю я. Николь ухмыляется и указывает на одну из вилок слева от меня.

– Вот этой. Но вообще-то есть не обязательно. Потыкай пару раз, пока с кем-нибудь говоришь, и никто не заметит.

Я даже и этого делать не хочу. Бедная рыбка! Но я беру показанную Николь вилку и нерешительно тыкаю рыбешку.

– Видишь? – говорит она, улыбаясь. Сейчас она особенно похожа на маму. – Ты уже профессионал.

Я хмыкаю и оглядываюсь на часть стола, где Флора оживленно болтает с улыбающимся и очарованным ею лордом Генри.

– Да, но в основном я в группе любителей, – отвечаю я. Николь улыбается и возвращается к собственной мертвой рыбке.

– Поверь мне, с удовольствием бы вернулась в группу любителей.

На столе несколько винных бокалов. Я беру тот, в котором налито что-то похожее на воду. Осторожно отхлебываю. Вода. Очень хорошо.

– Надолго ты здесь? В смысле вообще в Шотландии, не в замке.

Николь выдувает вверх воздух, раздув идеально уложенную челку: