Волчара - Лина Филимонова

Пару секунд я молча хлопаю глазами.

А потом вспоминаю, что я на работе. В холле сидят две клиентки. И массажистка Надя, которая беседует с одной из них. Еще и Галина Викторовна рыщет где-то рядом… Я не могу броситься на шею Варлама! Хотя очень хочется.

— Какую эпиляцию вы желаете? — лепечу я, косясь на клиенток.

И замечаю, что Надя с большим интересом разглядывает Варлама.

— Самую нежную, — улыбается он.

— Лазерная практически безболезненна… А какие зоны желаете проэпелировать?

— Хочу ободрать своего бобра, — выдает Варлам.

Не удержавшись, я прыскаю. Вижу, что Надя тоже смеется.

— Понятно… На какое число вас записать? — с серьезным видом спрашиваю я.

— Сегодня. Сейчас. В отдельном кабинете. И процедуру будете выполнять вы…

Я краснею.

Вижу краем глаза, что одну из клиенток забирает Катя. А вторую Надя провожает к двери.

— Я освобожусь через два часа, — шепчу Варламу.

— Я сгоняю в клуб и вернусь.

— Ты же говорил, что завтра прилетишь…

— Получилось перенести встречу. И купить билет. И примчать к тебе сразу из аэропорта…

Холл пустеет.

Варлам поворачивается ко мне и — вытаскивает меня из-за стойки.

И не понимаю, как это получилось. Но я уже в его объятиях. Вжимаюсь в него… Вернее, он меня вжимает. Своими огромными жадными лапами. И я чувствую, как сильно он рад меня видеть.

— Зайка…

— Варлам…

— Я так хочу тебя! — даже не знаю, кто из нас это сказал.

Я держусь за его мощные бицепсы. Так приятно ощущать их под своими ладонями! Он прижимает меня к стене. Его губы в вырезе моей рубашки… И я сама готова из нее выпрыгнуть.

Мы оба как безумные. Целуемся, кусаемся, почти срываем друг с друга одежду…

— Яна!

Ой. Галина Викторовна. В самый неподходящий момент…

Я отскакиваю от Варлама. Вижу, что кроме главдраконши в холле целая толпа народа — человек пять, среди которых и клиентки, и мои коллеги.

Блин…

— Что тут происходит? — раздается грозный голос Галины Викторовны.

— Я ее забираю, — выдает Варлам.

— Яна? — она смотрит на меня.

А я не знаю, что сказать… В эту секунду мне так хочется все бросить и уехать с Варламом!

Подумаешь, работа… Найду новую.

Я уже три года работаю почти без перерывов. Можно немного отдохнуть. Потеряв голову с самым горячим мужчиной на планете…

— Вар, давай поговорим, — внезапно выдает Галина Викторовна.

Что? Она обращается к нему «Вар». Как будто они давно знакомы. Что происходит вообще?

— Давай, — отзывается он.

— У меня в кабинете.

— Хорошо.

Варлам тянет меня за руку.

— Только вдвоем, — строгим тоном произносит Галина Виторовна. — Я и ты.

— Ладно.

Варлам отпускает мою ладонь.

Да что за дела опять? Почему обо мне и моей работе будут говорить без меня? Я против!

Но меня никто не слушает.

Они уходят. Я снова иду за стойку и пытаюсь делать вид, что ничего не произошло.

А, когда Варлам возвращается, он вдруг произносит:

— Знаешь, Зайка… Тебе лучше пока не увольняться. И для тебя будет очень полезно съездить на эти курсы.

46

Варлам

— Гала, что за дела?

— Ты о чем?

— Ты знаешь.

— А ты?

Она молча смотрит на меня. Как будто в чем-то обвиняет. Вообще-то, это я собираюсь на нее наехать!

— Ты чего мне палки в колеса вставляешь?

— А ты чего девчонке голову морочишь?

— В смысле — морочу? А вообще, тебя это, вроде бы, никак не касается.

— Она младше, ей нужен хороший мужчина для семейной жизни, а ты…

— А что я?

— Сам знаешь.

Только я открываю рот, чтобы поставить давнюю знакому на место, как она произносит:

— Но я вообще не об этом хотела поговорить.

— А о чем?

— Возле тебя сейчас опасно.

— В смысле?!

Я чуть ли не на жопу сажусь от такого заявления.

— А ты как будто не знаешь…

— Что я не знаю?

— Что на тебя точат зуб серьезные люди.

— Ну, знаю. Участок мы делим, на котором они хотят торговый центр построить, а я — шахматный клуб мирового уровня.

— А ты вообще в курсе, насколько серьезны их намерения? — спрашивает Галина.

Я, вообще-то, в курсе. Но, похоже, не совсем.

— Та-а-ак… Рассказывай, что знаешь.

— Я общаюсь с Петром. Он говорит, Краснов с Игнатьевым готовы идти до конца. Вплоть до твоего физического устранения.

— Руки у них коротки! — бурчу я. — Никто меня устранять не будет. За мной тоже непростые люди. Съездил вот, поообщался.

— Может, они до тебя и не дотянутся. Но Яна…

Блин. А ведь Галина права. Рядом со мной сейчас может быть небезопасно. Я-то плевать хотел на всю эту хрень. Не в таких переделках бывали.

Но теперь со мной Зайка… Вот я дебил! Идиот несчастный. О том, что ей тоже может грозить опасность, я не подумал. Привык быть один и отвечать только за себя.

— Спасибо, дорогая, — обнимаю Галину на прощанье. — Твоя помощь бесценна.

— Ты тоже мне когда-то здорово помог.

— И все равно — спасибо.

— Да я за Яну переживаю. Хорошая девчонка. Наивная, правда. Но в ней есть стержень. Повзрослеет.

— Да, в ней есть стержень, — киваю я.

Правда, про себя я его называю заячьим упрямством. И мне сейчас придется как-то с этим упрямством разбираться…

* * *

Мы в машине. Я забрал Зайку с работы после того, как сгонял в клуб и перетер с ребятами.

Она сидит надутая. Я понимаю, что в ее глазах веду себя странно. Сначала не пускал ее на курсы, потом сам отправил… Надо ей все объяснить. В спокойной обстановке.

— Эй, — я целую ее ладошку. — Ты по мне соскучилась?

— Нет, — бурчит она.

— Докажи.

— Что? — в ее взгляде мелькает удивление. — Как я могу это доказать?

— Я тебя сейчас поцелую, а ты все равно продолжишь дуться. Сможешь?

— Смогу!

Я хватаю ее в охапку и сажаю к себе на колени. Обнимаю. Утыкаюсь лицом в ее волосы. Нахожу маленькое вкусное ушко. Облизываю его.

Зайка хихикает.

Как меня заводит ее смех!

Целую смеющиеся губы. Нежно. Долго. Вкусно.

Хочу сожрать ее всю. Но смаковать по кусочку вкуснее…

— Я ужасно скучал, — шепчу между поцелуями.

— И я…

— Уже не дуешься?

— Дуюсь!

— Понял. Ты злая, потому что голодная. Надо тебя накормить. Куда поедем? Чего ты хочешь?

— Хинкали…

— Как скажешь, моя ушастая прелесть!

* * *

Мы сидим в грузинском ресторане. Зайка ест хинкали. Ну как ест… Она такое с ними