Сделка с врагом - Ксения Богда

Мне достаточно того, что Мира меня выслушала и даже поверила. А остальные мне по боку. Пусть хоть заосуждают. Для меня главнее сейчас, чтобы Мира оказалась под моей защитой.

– Я сделаю все, чтобы у них не было никаких проблем. Прошу прощения.

Достаю телефон и набираю помощнице.

– Сабин, как там по работе у тебя?

– Здравствуйте, Владислав Леонидович, все как всегда. Плановые бумажки, Кирилл Романович дал кое-какие поручения.

– Забудь про эти поручения. Мне нужно, чтобы ты занялась подготовкой моей квартиры здесь. Ты помнишь, что она у меня есть?

Девушка замолкает, я слышу клацанье по клавиатуре.

– Если ничего не изменилось, то вы, вероятно, про квартиру, которая на проспекте Победы?

– Все правильно, – вот за что она мне нравится: все в порядке, и всегда готова ответить на любой вопрос. – Так вот, мне нужно, чтобы там за два часа навели порядок и привезли детскую кроватку.

– Эм,– Сабина теряется, – детскую кроватку?

– Да, Сабин, давай без вопросов, ладно?

– Хорошо, простите. А на какой возраст кроватка?

Задумываюсь. Так, Славе, судя по всему, около восьми месяцев, не больше.

– Месяцев восемь.

Бросаю вопросительный взгляд на маму Миры. Она кивает и удаляется в ту же комнату, где скрылась Мира.

– Хорошо, я поняла. Еще что-то?

Пытаюсь вспомнить, когда я последний раз был в той квартире и какие там вообще условия для проживания маленького ребенка.

– Продукты закажи, ну, стандартный набор, не знаю, молоко, хлеб, мясо, сыр. В общем, все, что на первое время понадобится.

– Записала.

– Пожалуй, все пока. Свяжи меня с Кириллом, пожалуйста.

В телефоне раздается звуковой сигнал и голос друга.

– Неужели, пропажа? Ты че, блин, я до тебя не могу дозвониться уже часа три.

– Так, давай без лекций. Были причины. Скажи мне, нам что-то ответили по поводу завода алюминиевого?

Кирилл замолкает, а у меня по спине внезапно ползет холодок. Что-то явно пошло не по моему плану. И мне не нравится его молчание.

– Кир?

– Влад, да там проблема с документами. Да и еще один претендент нарисовался. Настаивает на аукционе.

– Чего? – повышаю голос и тут же хочу захлопнуть рот, при мысли о Славе. – Какой еще претендент? – чуть ли не шиплю сквозь зубы.

Этот завод у меня в кармане был, а тут вдруг кто-то нарисовался.

– Вот такой. Имя пока не могу выяснить, но кто-то покруче нас с тобой.

– Ладно, я сейчас Матвею наберу, может, он что-то скажет. Он же надоумил меня туда встрять. Есть еще что-то, что я должен знать?

– Вроде остальное в плановом режиме.

– Хорошо, отбой.

Отключаюсь и тут же набираю Матвея.

– Привет, дружище, – наигранно бодро приветствую. – А что там у нас с заводом?

– Привет, Влад. А что там такое? – непонимающе уточняет собеседник, а я начинаю выходить из себя.

– Я это у тебя спрашиваю. Что там за претендент нарисовался на мое?

– Не понял, ты можешь нормально объяснить?

– А что тут объяснять? Я узнаю, что на тот же завод, о котором мы с тобой столько толковали, нарисовался еще один претендент и теперь требует аукцион, мать его! Ты же сказал, что ничего такого не должно быть. Что этот завод давно нахрен никому не упал.

– Так и было, я когда предложил тебе присмотреться, он и правда никому не нужен был. А кто там такой смелый?

– А вот это я у тебя хотел спросить.

– Постараюсь узнать, не паникуй, – и отключается.

А мне хочется швырнуть телефон в стену, но понимаю, что это нифига не выход из ситуации. У меня такие планы были на это предприятие, а теперь возникают какие-то левые проблемы, которые у меня нет никакого желания решать.

Мира выходит в гостиную, на руках у нее Слава, который что-то лопочет. А все проблемы, которые казались минуту назад значимыми, улетучиваются. Вот оно – самое важное! Вот кого я должен защищать и вернуть себе.

Сердце разбухает от любви к этой женщине и от радости, что она смогла отстоять нашего ребенка.

Она переводит на меня взгляд, в ее глазах сквозит удивление, как будто она не ожидает меня увидеть. Как будто ждала, что я просто опять свалю без следа. Это неприятно задевает, но я стараюсь не показывать вида.

Мира подходит ко мне и уже собирается что-то спросить, как внезапно Слава на ее руках начинает извиваться и пищать. Потом смотрит в мою сторону и тянет ко мне руки.

И, клянусь, в этот момент я готов расплакаться, как пацан!

– Можно? – спрашиваю у Миры.

Она мило краснеет, минутная заминка – и она протягивает малыша ко мне.

Я прижимаю его к груди, и Слава тут же успокаивается.

– Все взяла?

С сомнением смотрю на маленькую дорожную сумку и хмурюсь.

– Там еще одна в комнате, мама сейчас вынесет.

– Я вернусь. Сейчас усажу вас.

Мира не возражает и безропотно идет за мной к машине. А я радуюсь, что она временно принимает мою позицию и нам не приходится сейчас решать все спорные моменты.

Чем быстрее я начну решать вопросы, связанные с опекой, тем больше времени у меня будет подготовиться к возращению Виктора.

Не сомневаюсь, что он нам попьет еще крови.

Слава мирно сидит на руках и внимательно изучает меня. Осмелев, кладет ладошку на щеку, и у меня сердце делает кульбит. Перевожу взгляд на него, и улыбка сама собой растягивает губы. Он испуганно распахивает глазки и одергивает ручку, а мне хочется вернуть ее обратно.

Черт! Даже не думал, что держать на руках сына – это так волнительно.

Мира садится на заднее сиденье, и я передаю ей ребенка.

– Кресло надо будет купить, я не готов был к сыну, – усмехаюсь и замираю рядом с лицом Миры. – Спасибо тебе, принцесса.

Быстро целую ее, отчего Мира вздрагивает и заливается краской, переведя взгляд на изучающего нас Славу.

Возвращаюсь за оставшимися вещами и прощаюсь с матерью Миры.

– Если что, – достаю из кармана визитку и отдаю ей, – сразу звоните мне, и я приеду. Ну или пришлю кого-то за вами.

– Все будет нормально,