Сделка с врагом - Ксения Богда

– Я все сказал. Славку ты не увидишь, я гарантирую это.

– Ты забываешь про тот вечер на вокзале, – не подумав, выпаливаю я.

Потому что вот вообще не собираюсь его шантажировать. Это не мои методы, блин. Я могу припугнуть, когда смотрю в глаза человеку. Да и сажать Медведева в мои планы не входило. Нахрен! Даже не собираюсь в то болото лезть.

Да и считаю, что всем воздается. Мне вот уже воздалось и за больницу, и за расставание с Мирой.

Сыном воздалось. Теперь просто нужно все сделать правильно. А кому станет лучше, если я начну Виктора пытаться упечь за решетку?

– Что ты сказал?

И в этот момент я не рискую повторить свои слова. Это может навредить не только мне. Я сейчас должен думать о сыне и Мире.

– Тебе послышалось, – крепче сжимаю руль, до побелевших костяшек. – Значит, не хочешь решить вопрос мирно?

– Я все сказал. Рыпнешься – и не увидишь ни Миру, ни Славку больше никогда.

И отключается. А я ощущаю, как внутри разрастается паника. Он же может что-то выкинуть. Забрать у меня их, и я не найду.

План моментально формируется в голове, остается только воплотить и убедить Миру, что так будет лучше. Лучше для них!

Подъезжаю к зданию офиса слегка заведенный. Поднимаюсь на этаж. Сабина что-то, как всегда, печатает на компьютере и отвечает на звонок. Дверь в кабинет Кира наглухо заперта.

– Доброе утро. Сабин, поесть мне закажи.

Она отрывается от монитора и кивает, хмурится, ая останавливаюсь.

– Нет, Владислав Леонидович непременно свяжется с вами, когда у него будет такая возможность.

Вопросительно дергаю головой. Сабина прикрывает трубку.

– Вахтовики. Какие-то недопонимания по выплатам.

– Переводи, – командую я и прохожу в кабинет.

Телефон сразу же оживает, и я поднимаю трубку. Слышу отборный мат, сквозь который сложно продраться до сути вопроса.

– Так, а теперь на русском обычном, – добавляю сталь в голос.

По-другому с суровыми сибирскими мужиками разговаривать никак нельзя. Только такая интонация понимается и принимается.

– Где зарплата? Почему мы тут торчим два месяца и ни копейки не получали еще? – голос одного из бригадиров взбешенный до крайности.

Запускаю компьютер, пока вспоминаю свои распоряжения по этому объекту. Совершенно точно я давал задание перечислить деньги на заработную плату.

– Напомните, с какого участка вы?

У меня сотрудников дофига, и в голове я просто не могу удержать, кто, откуда и к кому относится. Поэтому мне проще спросить.

– С восьмого. У нас Костров рулит тут.

– Я вас услышал, разберемся.

Отсоединяюсь и тут же жму кнопку селектора.

– Сабин, Кирилл Романович где? – все никак не привыкну, что она его жена и необязательно по отчеству его называть.

Ну и женаты они не так давно, так что мне простительно. Кир вваливается в кабинет через минуту, какой-то взъерошенный с лихорадочным блеском в глазах.

– Ты, случайно, не заболел? – на всякий случай уточняю я, помня, как Мира опасалась за здоровье Славки.

Кирилл застывает в проходе и хмурится. С подозрением смотрит на меня, не понимая, с чего бы меня волновало его здоровье.

– Пять минут назад было все в норме, даже температура, – ржет, отмирая и усаживаясь в кресло напротив меня. – А к чему вопрос? Хочешь отправить меня на оплачиваемый больничный?

– Не дождешься.

На телефон приходит сообщение от банка о списании средств, и я непроизвольно улыбаюсь.

– А чего ты такой взъерошенный тогда?

Кирилл опирается на стол и понижает голос. И от такой таинственности я начинаю ерзать в кресле.

– Я, короче, узнал, кто второй претендент, – с трудом разбираю его слова.

– А че ты шепчешь-то?

– Потому что даже у стен есть уши.

– Ты гонишь, что ли? Кто за безопасность мою отвечает, твою мать! – тут же вспыхиваю я и ударяю кулаком по столу так, что все подскакивает.

Кир морщится и расслабляется.

– Все в твоем кабинете чисто, – подпирает подбородок рукой, и взгляд становится пустым. – Просто перестраховка никому не навредила.

– Выкладывай уже, что ты там нарыл.

Только утро, а я уже чувствую такую усталость, что хочется сбежать домой и побыть с семьей.

Семья. Пробую на вкус это слово, и оно определенно мое самое любимое.

– В общем, Медведев позарился на вшивый заводик. Точнее, не он сам, а через третьих лиц, но вот эти самые третьи лица и сказали мне о планах твоего несостоявшегося тестя. Видимо, хочет тебя за жабры взять таким макаром и послать туда, откуда ты нарисовался.

– Ну про Медведева я уже сам знаю, поэтому для меня это не новость.

Кирилл шумно выдыхает, перегибается через стол и нажимает на селектор.

– Слушаю, Владислав Леонидович, – деловито произносит помощница, после чего Кирилл кривится.

– Милая, это я. Сделай, пожалуйста, кофе. Если тебе не трудно.

Брови против моей же воли подлетают вверх. Вот уж такое поведение несвойственно Киру. Чтобы он так учтиво общался, даже с женой. Или, может, я просто не обращал внимания на их отношения? Старался отгородиться от всего этого, потому что у самого в той области была полная задница.

– Конечно, Кирилл, сейчас принесу.

Ответ Сабины еще больше повергает меня в ступор. Чувствуется какой-то холодок в голосе.

Кирилл отключается и нервно запускает руку в волосы.

– Точно все нормально, Кир? – опять уточняю, хотя не имею привычки лезть в душу, но это не посторонний человек.

– Да блин, – Кир выдыхает и даже словно сдувается, становится меньше в кресле, хотя его не назовешь мелким, – поругались. Семейная жизнь – это как полоса препятствий, блин. Не знаешь, когда в яму угодишь. Да не бери в голову, на работе не отразится.

Сабина входит в кабинет после стука и расставляет перед нами чашки с кофе, а мне еще и завтрак.

И только сейчас вспоминаю, что так и не поел.

– Я нужна еще, Владислав Леонидович? – намеренно не смотрит в сторону Кира, а тот злится, вижу по раздувающимся ноздрям.

– Нет, хотя подожди, – окликаю, когда девушка уже подходит к двери, она оборачивается, и в глазах читаю вопрос. – Мне нужно, чтобы ты подобрала несколько вариантов домов за городом в аренду.

– Какие-то пожелания?

– Я тебе