Алая нить судьбы - Айлин Лин

Сердце Ирины ухнуло в пятки и застучало с бешеной скоростью. Неужели Сошка решил их сдать?

Глава 23

Казалось бы, от полного, насыщенного событиями дня Егор должен был засыпать, едва коснувшись подушки, но куда там.

Во-первых, часто перед глазами всплывала Иринка — то ее обнадеживающая любящая улыбка, то наклон головы, делавший ее премиленькой и задумчивой, то их искореженные окровавленные тела в больнице. Лежа в постели, не надо было держать себя в постоянном напряжении, как с подопечными, и можно было расслабиться. И именно в такие минуты его захлестывали воспоминания.

«Где ты, любимая? Где летает твоя душа? Что ты сейчас чувствуешь, девочка моя?»

Но даже таким мыслям предаваться долго было нельзя. Не только из-за портившегося настроения, но и катастрофической нехватки времени.

Планировать превращение гадких утят из детей лавочника в прекрасных лебедей надо было подробно и заранее.

Надо было что-то делать с волосами подопечных. Можно было, конечно, сделать отвар из мать-и-мачехи, лаванды или шалфея, но это процесс длительный. Что, если воспользоваться лупункой для начала? Егор так и решил.

Для этого пришлось встать пораньше, закипятить воду и тщательно отмерить порцию жмыха, которого было довольно много и не так жалко, как отжатого чистого сока. Пока варево настаивалось, Егор быстро развел тесто на блины и нажарил для завтрака небольшую стопочку к чаю. В сам же чай, заваренный из листьев смородины он капал несколько капель сока лупунки — детям нужно было восстанавливаться после длительной голодовки, да и себе тоже не мешало в целях лечения.

Возвращения болей в спине он откровенно боялся — когда тело совершенно не слушается, постоянно болит и не может нормально функционировать, больше ни о чем не думается. Поэтому лучше предотвратить боли, чем бороться с ними, когда они уже появились.

Дети, проснувшись и увидев блинчики, обрадовались, но тут же скисли, когда им напомнили о необходимости ежедневной зарядки. Как и любые подростки, им хотелось быстрее попробовать десерт, но с Егором не забалуешь. И чистку зубов он тоже контролировал строго — перед приемом пищи и после тоже.

У леди Элис и рафа Жана за эти дни, что они начали нормально питаться и заниматься физическими упражнениями, порозовели щечки и заблестели глаза — отличный показатель, что здоровье начинает восстанавливаться.

Позавтракав и процедив отвар из лупунки, они пришли теру Булаже. За завтраком Егор ловил на себе заинтересованные взгляды лавочника, которые ему откровенно не нравились. Но будучи истинной леди — пусть только снаружи — он не подавал вида, совершенно не поощряя лавочника к каким-либо компрометирующим действиям.

— Исси Элиза, тер Маккей, я вам не рекомендую завтракать жирными блюдами. Кожа лица и округлость ваших щек так никогда не изменятся.

За завтраком уже не было привычно шумно, даже маленькие отпрыски Булаже пусть медленно, но привыкали к установленными леди Мерил правилами ведения за столом, да и Элиза тоже начала поправлять и усмирять братьев и сестер.

— А что тогда можно есть? — удивился Маккей, разводя руками над богато заставленным столом с жареной яичницей на сале, отварными кусками мяса в соусе, овощами, жареной рыбой.

— Все, что не содержит жира. — Сказал Егор, даже не думая облегчать выбор ученикам.

— Ну уж тут я с вами, леди Мерил, не согласен! — громко сказал отец семейства. — Завтрак должен быть плотным, чтобы на весь день хватило силы.

— Папенька! — предостерегающе сказал Элиза.

— Прости-прости, — уменьшил громкость тер Булаже. — Но все равно не согласен. Кто хорошо ест, хорошо работает! — припечатал он.

— Что же. Тогда не обессудьте, если у вас будет жирная кожа лица и отвратительные прыщи по всему телу, — ответил Егор и положил себе на тарелку кусок отварного мяса и немного овощей.

Элиза тут же повторила выбор продуктов — ей с ее круглыми щечками и ярким румянцем на щеках были знакомы проблемы с кожей и пока она от общения с леди Мерил брала все советы, стараясь следовать им в меру своих сил.

Тер Маккей, не страдавший отсутствием аппетита, положил себе как обычно — и яичницу, и мясо и побольше.

Ну, Егор так и предполагал. Собственно, это было не совсем его заботой. Главное было научить, а как они распорядятся знаниями — дело лично каждого.

Когда младшие дети после завтрака под присмотром няни толпой побежали чистить зубы, а старшие чинно и неторопливо удалились делать то же, Егор пропустил всех вперед и неторопливо двинулся за ними, но внезапно почувствовал на своей ягодице лапищу тера Булаже.

От омерзения, ужаса и неожиданности, тело среагировало само и эхо от звонкой пощечины пронеслось по комнате.

— Как вы смеете! — выдохнул возмущенно Егор, отскакивая от наступавшего на него лавочника, нимало не смущенного пощечиной.

— Леди Мерил, душенька! Вы еще молоды, чтобы быть монашкой. Я одинок. Вы тоже. Так почему бы нам…

— Даже думать не смейте, тер Булаже! — гордо вскинув голову и поджав презрительно губы, сказал Егор. — Иначе ваши дети покажут себя на приеме не с лучшей стороны. Я попросту откажусь от репети… от работы, — поправился он, понимая, что использует неизвестные здесь слова.

— Ну и жаль. Вы, небось, по ночам скучаете одна, дорогуша, — низко прогудел тер, однако больше не делал попыток возложить свои руки на леди Мерил.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Держите себя в руках, тер Булаже! — ответил Егор и, резко развернувшись, покинул комнату, торопясь к своим ученикам, чтобы тоже почистить зубы веточками.

Подавать пример было важнее, чем учить голословно.

После длительной привычной прогулки к дубу, пробежки и подтягиваний, где все еще в счете вели дети Булаже, они вернулись уставшими и проголодавшимися, и тут уж, на обеде, где присутствовали только они впятером, Егор не позволил питаться всем подряд, как было принято у лавочника, выбирая только полезные продукты. Маккей, конечно же, скис и сморщил лицо, но вслух ничего не сказал.

Возможно он подъедает по ночам вредную еду после таких обедов и ужинов, — подумал Егор. — Но меня это не касается.

После обеда они занялись, как обычно, отработкой осанки и танцами, а под вечер провели лечебный сеанс для волос. Заваренная лупунка окрасила настой в зеленоватый цвет, но на волосах это никак не отразилось.

После тщательного ополаскивания этим настоем волосы у Элизы и Маккея стали мягче, заблестели и легли волнами.

Пока леди Элис и раф Жан разучивали с Маккеем и Элизой стихи, тот взялся поколдовать над волосами Элизы, соорудив достаточно простую, но очень милую и идущую ей прическу, подсмотренную в английских фильмах про дам высшего света. Элиза, и