Смертельные поцелуи - Бренда Джойс

Рурк шел за клерком по длинному коридору здания, принадлежащего фирме Харта – одного из нескольких, где заключались сделки и вершились важные дела. Дверь кабинета Харта была открыта, представляя на всеобщее обозрение просторное помещение с видом на залив и статую Свободы. Хозяин кабинета склонился над разложенными на рабочем столе бумагами, но, когда Рурк и сопровождающий его молодой человек появились в дверях, поднял голову.

– Мистер Брэг, сэр, – доложил клерк.

Харт улыбнулся, что, впрочем, не изменило серьезного выражения глаз. Рурк и не ожидал застать его в отличном расположении духа, но тень скорби на лице стала для него неожиданностью. Засомневавшись в правильно выбранном для визита времени, он прошел в комнату, Харт, в свою очередь, вышел из-за стола ему навстречу.

– Рурк! Рад, что ты вернулся в город. – Чувства Харта были вполне искренними. Мужчины обнялись, что несколько удивило Рурка, поскольку Харт никогда не был склонен к бурным проявлениям эмоций.

Его приветствие всегда сводилось лишь к рукопожатию.

– Следует понимать, что ты добился перевода?

– Пока не уверен, – улыбнулся тот. – Точно будет ясно на днях.

– Не хочешь, чтобы я потянул за ниточки?

Рурк покачал головой. Харт и раньше предлагал ему переговорить с директорами клиники «Бельвью», чтобы в переводе можно было не сомневаться. Рурк отказался, с удивлением отметив, что у Харта есть связи даже в медицинской сфере.

– Можно немного подождать, скоро узнаем, какая судьба меня ждет.

– Ну, если настаиваешь… – Харт отвернулся, и лицо его вновь стало мрачным.

Рурк положил ладонь ему на плечо.

– Я узнал о мисс Джонс.

Харт вздрогнул и медленно повернулся.

– И также узнал, что я обнаружил ее? Заколотую ножом до смерти?

Глаза его показались Рурку безумными – они были полны муки и боли.

– Я не предполагал, что ты до сих пор испытываешь чувства к мисс Джонс. – В голове возникли мысли о Франческе.

Харт многозначительно на него посмотрел и отвернулся к окну.

– Я не испытываю. Но никто не заслужил такой страшной мучительной смерти.

Рурк не знал, что и думать. Харт страдал от горя.

– Ты винишь себя?

Харт издал странный звук.

– Я не настолько благороден.

– Слава богу, – произнес Рурк, прежде чем успел подумать. – Франческа хотела встретиться с тобой в городе.

– Это она рассказала тебе о Дейзи. – Харт не спрашивал, он был уверен.

– Она очень переживает за тебя, Колдер. – Рурк повертел в руках записку Франчески. – Она просила передать тебе это.

Харт взял листок и положил на стол.

– Ей не о чем волноваться, я никого не убивал. Рано или поздно полиция найдет настоящего убийцу.

Рурк смущенно потупил взгляд.

– В чем дело? – воскликнул Харт.

Рурк понимал, что вмешивается не в свое дело.

– Франческа любит тебя, Колдер, очень любит, больше чем ты того заслуживаешь. Она встревожена, и после разговора с тобой могу сказать, я ее понимаю.

Харт сжал руки в кулаки, готовясь к схватке.

– Ясно. Она послала тебя разведать обстановку. Или ты пришел защищать ее?

– Скоро она станет моей родственницей. Франческа мне очень симпатична, вернее сказать, я ею восхищаюсь! Почему ты не признался ей, для чего ездил к Дейзи в такой неподходящий для визитов час?

– Ты считаешь, я поступил бесчестно? – Харт начинал выходить из себя.

– Нет, я думаю не об этом, совсем не об этом. Я думаю, ты влюбился по уши впервые в жизни и боишься признаться в этом даже самому себе.

Напряжение Харта заметно спало.

– Ее появление стало ослепляющим лучом света в моей мрачной жизни, – признался он.

Рурк подошел ближе.

– Франческа делает то, на что большинство женщин на ее месте никогда бы не решились, – она верит тебе! Но ей нужны объяснения, Харт. Впрочем, и мне тоже.

– Какого черта! – вскипел Харт. – Это мое личное дело, черт возьми, очень личное!

– Что это значит? – не отступал Рурк.

Харт покачал головой. Внезапно его злость улетучилась, но ему было трудно говорить. Рурк не сдавался:

– Колдер, я твой брат и хочу помочь. Я никогда не видел тебя в таком состоянии. Ты уверен, что не страдаешь из-за убийства мисс Джонс?

– Нет. – Харт посмотрел ему прямо в глаза.

– Но ты в таком горе – я же вижу, – словно умер дорогой тебе человек.

Харт ответил после некоторой паузы:

– Умер мой ребенок. Дейзи носила моего ребенка.

Рурк тихо вскрикнул. Он даже не сразу смог заговорить.

– Ты уверен?

Харт нервно дернул плечом.

– Прежде чем уехать, я разговаривал с ее врачом. Она была на третьем или четвертом месяце. Это произошло в феврале, до того, как я познакомился с Франческой. Можешь подсчитать. До того, как Дейзи стала моей постоянной любовницей, мы виделись редко, она всегда настаивала, чтобы я предохранялся, – я и сам к этому привык. Дейзи всегда была аккуратна! Я всегда был очень аккуратен! Но однажды, в феврале, презерватив порвался. – Он сел, обхватив руками голову.

– Мог ли кто-то другой быть отцом ребенка? – не удержался от вопроса Рурк.

– После того как Дейзи стала моей любовницей, у нее никого не было. У меня нет оснований полагать, что Дейзи решила меня обмануть. Сложно предположить, что у нее появился новый любовник и средство защиты так же их подвело.

– Извини, – пробормотал Рурк.

– Боже, какая страшная насмешка судьбы!

Рурк был поражен такой фразой. Он прекрасно знал, что Харт не верит в рок и провидение.

– Это случайность, Колдер, простая случайность. Такое бывает.

Харт поднял на него глаза.

– Я не хотел этого ребенка.

Рурк не знал, что можно сказать в такой ситуации. Он должен успокоить Харта, но как это сделать?

– Смерть младенца произошла не по твоей воле.

– Нет! Ты не понимаешь! Я сам не захотел этого ребенка.

Рурк старался сохранять спокойствие.

– Колдер, у тебя шок, ты зол на Дейзи – любой бы испытывал такие чувства. Но лишь одно твое нежелание признать этого ребенка не означает, что ты повинен в его смерти. Харт вскочил.

– Ты никогда не слышал такую мудрую фразу: «Будь осторожен в своих желаниях»?

Рурк вздрогнул.