Дракон по обмену - Дарина Ромм

Как-бы то ни было, до академии мы с ректором дошли вместе. Всю дорогу он убеждал меня, что от Родерика Сторвилла нужно непременно держаться подальше. Потому как этот беспринципный тип замечен в порочащих его связях со многими женщинами!

 Мне, в принципе, на Родерика и его личную жизнь чихать с высокой колокольни. Но слушать рассказы, как он охмуряет, а затем безжалостно бросает невинных девушек почему-то было неприятно.

– Зачем вы мне все это рассказываете, Стенфил? – спросила я напрямик.

Ректор, ничуть не смущаясь, нежно заглянул мне в глаза и пояснил:

– Я вижу, что Сторвилл оказывает вам знаки внимания и хочу уберечь вас от ошибки очароваться им, Елизавета.

Пришлось старательно намекать, что мне интересен только один мужчина, и он сейчас стоит передо мной. В итоге, расстались мы со Стенфилом вполне мило и с перспективой развития отношений.

Тем не менее, в свою комнату в тот день я вернулась жутко расстроенная и в сердцах рассказала забежавшей ко мне соседке все, что узнала о негодяе Родерике.

Правда, как оказалось, на ведьмочку мой рассказ не произвел никакого впечатления. Так что, сейчас она продолжала трясти перед моим носом газетой и радостно восклицать:

– Он расторг помолвку и теперь может жениться на мне!

– А отбор? – напомнила я воодушевленной красотке. – Вдруг он выберет не тебя?

– Надо успеть его очаровать до того, как для него устроят отбор. – на полном серьезе заявила ведьма.

Не в силах больше слушать этот бред, и чувствуя, как от сердца к голове начинает подниматься бешеная ярость, торопливо собрала свои конспекты. Что-то пробормотала в свое оправдание и пулей вылетела из читального зала.

– Магистр Дворцова, – окликнули меня, когда я проходила мимо корпуса администрации, – прошу вас, подойдите ко мне.

На лавочке возле цветущего куста, развалясь сидел господин королевский Инквизитор.

– Посидите со мной на солнышке, магистр. – повторил мужчина и сделал приглашающий жест.

Чуть поколебавшись, я повернулась и под прицелом пронизывающего насквозь взгляда пошла в его сторону, ощущая себя жуком, на которого уже нацелили острую булавку.

Глава 30. Вот он, этот коварный тип гражданской наружности!

– Садитесь, магистр. – снова предложил Инквизитор, когда я, не слишком уверенная, что поступаю правильно, дошла до скамьи.

– Сколько вам лет, дама Дворцова? –  отеческим тоном поинтересовался старик после непродолжительного молчания.

– Странный вопрос, господин Инквизитор. Вы ведь не думаете, что я отвечу на него? – врать мне не хотелось, но сказать правду, то же самое, что сообщить прямым текстом, что я не местная – в этом мире в моем возрасте еще учатся в академиях. Не бывает тут магистров, не достигших тридцати лет.

Наши взгляды встретились. Мой сощуренный, упрямый. Его – пристальный и хитрый.

– Странно, что на такой простой вопрос вы отказываетесь ответить, дама Дворцова. Подозрительно даже. Заставляет меня задуматься о плохом. – он удрученно покачал головой.

– Магистр Дворцова. – поправила я. – Это допрос, господин Инквизитор? – я знала, что всех преподавателей академии по очереди вызывали на беседу с Инквизитором, и скоро должна была наступить моя очередь.

– Ну что вы, дорогуша! – старик поднял ладони, словно сдаваясь. – Кто же мне даст вас допросить – вы у нас под особым попечительством. Можно сказать, неприкасаемая персона. Так что мы с вами просто дружески беседуем.

– Не помню, чтобы мы с вами стали друзьями, господин Ракарвисс. Но раз вы так милы, то расскажите, что за опека, под которую я, по вашим словам, попала?

– Как, разве вы не знаете?! – деланно изумился старик. – Над вами официально оформили опеку как над сиротой и женщиной, оставшейся без защиты мужчины. Его величество буквально сегодня утром подписал указ.

– Вы шутите, да ведь, господин Инквизитор? Только утром подписали указ, а в обед вы уже знаете об этом. – я покивала головой, уверенная, что старик просто издевается.

– Да какие шутки, милочка. – старый хрыч картинно развел руками – Истинная правда.

– Только я все равно узнаю, что ты такое, красавица. – он вдруг схватил меня за руку и больно дернул.

Наши лица оказались совсем близко, и на дне его выцветших карих глаз с лихорадочно расширенными зрачками я прочитала свой приговор – он не успокоится, пока не узнает про меня всё.

Я вырвала руку из его цепкого, совсем не старческого захвата и, как могла спокойно ответила:

– Это ведь ваша работа, господин королевский Инквизитор, узнавать все самые грязные тайны подданых его величества. Вперед, ищите не стесняясь.

– Не сомневайтесь, найду. – «успокоил» меня старик и поднялся:

– Знаете, Елизавета, я ненавижу вашего опекуна, и я сделаю все, чтобы узнать ваш секрет.

– Вы хотите через меня отомстить этому человеку? – я с трудом удержалась, чтобы не начать ерзать на лавке, чувствуя себя под взглядом старика как голая. Сразу вспомнился один мой знакомец в этом мире, который умеет смотреть точно так же гадостно.

Все-таки я не удержалась и передернула плечами. Заметив мой жест, Инквизитор самодовольно улыбнулся:

– Ваш опекун не человек, Елизавета. Я ненавидел его мать, а до этого ненавидел его деда. И уверен, что ваши секреты помогут мне утолить это чувство.

– Вот зря вы так, господин Ракарвисс. – назидательно произнесла я, подняв вверх указательный палец. – Если есть время на ненависть, значит вы не делаете ничего полезного. И даже если вы убьёте своего врага, ваша боль никуда не денется.

– Что ты, красавица, я не собираюсь его убивать – все-таки, он единственный, кто… – Инквизитор замолк на полуслове, глядя поверх моей головы. Снова перевел взгляд на меня и закончил:

– Счастливо оставаться вам и вашим секретам, дама Дворцова. И маленький дружеский дружеский совет – будьте осмотрительны со Стенфилом Грранисом.

Глядя в спину инквизитора, я задумалась – слова про ректора Грраниса прозвучали подозрительно искренне. Пожалуй, они шли того же места, что и слова о ненависти, а значит похожи на настоящие.

– Елизавета! – из раздумий меня выдернул голос Делайи.

Ведьмочка в компании с только что не к вечеру помянутым ректором направлялась ко мне.

– Как хорошо, что ты далеко не ушла. А ректор Грранис как раз тебя ищет. – она стрельнула на мужчину хитрым взглядом.

– Елизавета, – в голосе Стенфила звучала неподдельная печаль, – к сожалению, наш с вами визит к модистке придется перенести – меня только что срочно вызвал к себе его величество. Но я обязуюсь возместить вам урон от загубленного мною платья

– Ничего страшного, господин Грранис. – церемонно произнесла я, мысленно скрежеща зубами.

Он что, специально при свидетелях обсуждает такую деликатную тему? Вон как у ведьмочки глаза загорелись – не позже