Люблю тебя - Инна Инфинити

— Извините, а вы случайно не футболист Никита Свиридов? — с любопытством спрашивает, глядя на меня в зеркало заднего вида.

— Случайно он.

— Ого! Круто! Мой сын ваш большой поклонник!

В другой ситуации я бы поддержал беседу и передал сыну сувенир с автографом. Для таких случаев я ношу их в рюкзаке. Но сейчас мне не до этого. Болтовня таксиста только раздражает. Как только он тормозит у подъезда Лили, я пулей вылетаю. Мне везёт, в этот момент открывается дверь, и я заскакиваю в подъезд. Бегу по ступенькам быстрее, чем по футбольному полю. У квартиры Лили перевожу дух и жму на звонок.

— Кто там? — звенит ее мелодичный голос.

— Я.

Тишина. Опять сомневается, впускать ли меня.

— Открой, — приказываю.

Замок щёлкает, и передо мной предстаёт она. В глаза сразу бросается нетипичный для Лили макияж и красивая прическа с локонами. Глаза слишком сильно накрашены, на скулах много бронзовых румян. В повседневной жизни Лиля так ярко не красится. Только по особым случаям. Это ножом по сердцу. Лиля наряжалась для свидания.

— Опять ты, Свиридов, — устало произносит. — Ну что еще?

Уверенно переступаю порог квартиры. Сам закрываю дверь. Снимаю куртку, ботинки, прохожу в ванную мыть руки.

— Да я смотрю ты уже, как у себя дома, — летит мне в спину язвительный комментарий.

— Как твои дела? — спрашиваю нарочито спокойно, моя руки и глядя на Лилю в зеркало.

— Хорошо. А твои?

— Мои не очень.

— Почему же?

— Меня расстроила одна новость.

— Какая?

Выключаю кран, неспеша вытираю руки полотенцем и подхожу к Лиле вплотную. Опускаю ладони ей на талию, рывком протягиваю к себе. Она уже переоделась в домашнюю одежду, но этот макияж и прическа… Сука, душу из меня выворачивают.

— Как прошёл твой день?

— Очень хорошо прошёл, — вздергивает нос.

Блядь… Она специально издевается. Пока я сверлю ее взглядом, сбрасывает с себя мои руки и разворачивается по направлению к кухне.

— Я буду чай, — громко говорю и иду за Лилей.

Захожу на кухню и первое, что замечаю, — цветы в вазе. Пять красных роз стоят на столе. Их шипы мне в сердце вонзаются.

— У тебя новости по расследованию? Или зачем ты приехал? — Лиля щёлкает кнопку на чайнике и поворачивается ко мне, скрестив на груди руки.

— Откуда цветы? — спрашиваю, кивая на розы.

— Подарили.

— Кто?

— Один знакомый.

— Какой знакомый?

— Что за допрос!? — недовольно восклицает.

— От кого цветы? — повторяю.

— Свиридов, иди в задницу!

Не долго думая, достаю розы из вазы, подхожу к мойке, открываю под ней дверцу и засовываю цветы в мусорное ведро.

— Эй, ты охренел! — Лиля сразу на меня набрасывается. — Это были мои цветы!

— Они воняют. Им самое место в помойке.

Лиля задыхается от негодования. Того и гляди — набросится на меня с кулаками. Что и происходит в следующую секунду.

— Да что ты себе позволяешь, — колотит меня в грудь. — Заявился без приглашения, устроил допрос, выбросил мои цветы! Я больше никогда в жизни не открою тебе дверь в свою квартиру!

— Значит, я выбью ее ногой.

Лиля замирает, замахнувшись на новый удар. Один локон выбился из ее прически, и она сдувает его с лица потоком воздуха. От этой картины член моментально кровью наливается. Меня плющит от ревности, злость дышать не дает, но вместе с этим я до смерти хочу Лилю.

— Знаешь, что? — шипит как змея. — Пошёл вон!

Снова опускаю руки ей на талию и вжимаю в столешницу. Бьюсь членом ей между ног.

— Признавайся, где ты сегодня была.

— Я была на свидании с парнем, — отвечает с вызовом. — Он мне очень понравился.

— Для него ты так накрасилась и прическу сделала?

— Конечно, для него. Не для тебя же.

— Зачем злишь меня? — шепчу зловеще и опускаюсь лбом на ее лоб.

Лиля рвано выдыхает. Я чувствую ее волнение, хоть она и не показывает виду. Ловлю губами дыхание, распаляюсь еще больше. Просовываю ладони ей под майку и касаюсь кожи. Вздрагивает. Мурашками покрывается под моими руками.

— Свиридов, ты заявился ко мне в квартиру и устроил беспредел, — сбивчиво шепчет. — Кто ты вообще такой?

— Твой будущий муж.

— Чего!!?? Я за тебя никогда в жизни…

Не даю договорить. Впиваюсь в ее рот. Лиля сопротивляется, пытается меня оттолкнуть, что-то нечленораздельно мычит. Ни на миллиметр не двигаюсь. Сжимаю ее крепко под кофтой, подчиняю губы себе. Пру напролом, пока она не сдаётся и не обмякает в моих руках.

Целую. Жадно, неистово. Лиля сначала не отвечает, затем делает это вяло. А потом целует мои губы с таким же сумасшествием. Меня все еще колбасит от того, что она ходила на свидание с другим. Ревность грудину рвёт. Блядь, как же это вынести и не сойти с ума? Не могу. Невозможно жить с ней в разных странах и видеться в лучшем случае раз в неделю несколько часов. Но как уговорить Лилю на переезд в Мюнхен? Не согласится ведь ни за что. Хотя она сама прекрасно понимает, что рано или поздно станет моей. Однако из вредности будет максимально этому противиться, ходить с кем-то на свидания и не пускать меня в квартиру.

Она отрывается от меня на глоток воздуха. Губы красные, искусаны моими зубами.

— Ненавижу тебя, Свиридов.

— А я люблю тебя.

Разворачиваю Лилю лицом к столешнице. Веду под кофтой руками выше, пробираюсь под лифчик и накрываю груди. Соски твёрдые, возбужденные. Это она так меня ненавидит? Ну-ну. Сжимаю их пальцами, Лиля охает. Делаю это снова.

— Больно, — шепчет.

— Это наказание за то, что ты плохо себя вела в мое отсутствие.

Спускаю одну ладонь ниже, медленно веду ее по животу, оттягиваю резинку штанов и ныряю в трусики. Мокрая, горячая. Лиля выгибается, опускается затылком мне на плечо, шумно дышит, прикрывает глаза.

— На своем дебильном свидании