Желанная герцогиня - Настя Любимка

— Родрик не выжил бы! Священной Парой заклинаю, не отдавайте его им! Мой сын — это все, что осталось от моего рода!

— А себя ты куда деть собираешься? — разозлилась я. — Если помирать собралась, то обойдешься. Сейчас мы помощь дождемся, и вот этого доходягу, тоже на ноги поставим!

— Алекс — не доходяга. Он — мой брат! Он спас нас, если бы не он, то…

— Тихо! — рявкнула я, надеясь окриком напугать Дариолу и сбить ее настрой, мне вот только ее истерики не хватало для пущего развлечения. Удивительно, что ребенок еще не проснулся… — Никто тебя не отдаст. Ни тебя, ни брата, ни твоего сына. Дыши! Давай, сделай вдох, считай мысленно до десяти и выдыхай! Приступай!

Ровно в этот момент вдалеке послышаться цокот копыт и лошадиное ржание.

Неужели это за нами? А если нет?

— Дариола, пока не скажу — молчи. Поняла?

— Д-да…

Мозг лихорадочно соображал, интуиция вопила, что кто бы там ни скакал, это не мои люди. А тут я еще в белой сорочке (местами уже грязной, конечно), самое-то лунной ночью — прекрасная мишень. И если спасенных я сеном облепила на совесть, то на меня, простите, не хватало.

Единственной разумной мыслью будет спуститься от дороги в кусты, с которых местами облетела листва, но они все еще могли укрыть меня от чужих глаз. Особенно, если неизвестные ездоки скачут лихо и быстро, обращать внимания на придорожные кусты не должны.

Что я и сделала, шепнув Дариоле молчать и ждать меня.

И вместе с тем билась другая мысль… Хозяйка я герцогства или нет? Неужели я не могу своим даром определить, мои это земли или нет? И стоит ли сейчас использовать дар? Вдруг скачущие люди чувствуют магические колебания?

С другой стороны, стоять и ожидать не пойми чего — тоже не особо шикарный выбор. Я проворно бежала подальше от Дариолы, наскоро выбирая кусты, которые могли бы мне подойти, и одновременно, получается, двигалась навстречу неизвестным.

Я, конечно, выложилась, леча мальчишку, но будем откровенны, мой дар развился гораздо сильнее, чем тогда с кобылой на дороге, в обморок я не упала, без сил тоже не валюсь, да и несмотря на холод, пока еще держусь…

Ржание лошадей становилось все ближе, я же, выбрав удобное место и спрятавшись, приняла решение — обратилась к собственному дару. Я связана с Колыбелью, хранитель является проводником нашей связи, который усиливает ее… Поэтому у меня должно получиться даже без его помощи!

И нужно обратиться к дару так, чтобы внешне это никаким зелёным свечением не проявилось.

Я зажмурилась, пытаясь «нащупать» внутри себя магию, поймать энергетический поток, как учил Тирхана, но не дать ему выплеснуться и при этом, помочь мне осмотреть окружающее пространство не глазами, нет, ощущениями, внутренним зрением…

Я настолько погрузилась в себя, чувствуя, что начинает получаться, что пропустила момент, когда мимо нас проскакали всадники, а теперь громыхали колеса кареты…

— Остановитесь! — услышала я женский крик, которому вторил мужской.

— Остановитесь! — и властности у него в отличие от женского было куда больше.

Я распахнула веки, и даже зажмурилась. Потому что кавалькада имела очень яркое освещение. У каждого из всадников обнаружился то ли факел, то ли какой-то фонарь, увы, из-за неожиданной яркости, четче определить не получилось.

Радовало только то, что остановились они буквально напротив меня, и до импровизированного укрытия из сена не доехали.

Я замерла, пытаясь хоть что-то разглядеть. Кавалькада сопровождала карету. В ней явно расположились двое: мужчина и женщина, это их голоса я слышала прежде, чем всадники остановили лошадей. Но пока совершенно не ясно ни кто это такие, ни зачем они остановились.

Может в кустики за надобностью? Пронесет или нет?

— Авеш, он или она где-то здесь. — Донесся до меня встревоженный голос. — Я чувствую боль и страх.

«Не пронесло» — подумала я и напряглась, готовая в любой момент защищаться, а то и увести от новых знакомцев этих людей. И пусть мелькнула мысль о том, что они мне никто, что меня ждет сын и мои люди, но… Будем честны и откровенны. Если со мной что-то случится, то…

Моего сына Колыбель защитит от любого вторжения, ей королевские законы, что мертвому припарка, король свои приказы может к любому месту приложить. Случись такая надобность и на эти земли никто ступить не сможет. Я вообще была уверена, что Колыбель и вовсе может дислокацию поменять — граничила с Нармадом, находясь на землях Амриарна, а в следующий момент перенесётся на границу Куафара и Русиара…

Тирхан, Интена, Люси, а там и хранитель, вырастят и воспитают Илюшку. Это я знала наверняка, что, впрочем, не означало, что я не стану бороться за свою жизнь, даже оказавшись в таком виде, черт его знает где.

И не помочь Дариоле тоже не смогу. Священна Пара выдернула меня не просто так, рискнув своим все еще не окрепшим хранителем.

А затем я наконец смогла рассмотреть незнакомку и незнакомца, которые вышли из кареты… Их одежда… Где-то я уже такое видела… Точно же видела!

Кажущиеся простыми, но добротно сшитые дорожные одежды, щедро расшитые разноцветными нитями.

Жрец и жрица Священной Пары!

— Боль сильная, человек умирает. Нам нужно его найти! — услышала я голос жреца. — Обыщите здесь все!

Я колебалась мгновение. Судя по всему, это те жрец и жрица, о которых я просила в своём письме. Впрочем, учитывая, что они прибыли так рано, может и не совсем те, в любом случае, ждать от них подлости или удара, не приходится. Это не земные священники, которые могут прикрываться святым писанием и словом, а сами грешить направо и налево. Местная религия иная.

Жрецов за грехи боги карают мгновенно, а не после смерти, обещая душе вечные муки. Тех, кто становится жрецами и жрицами избирают с рождения, сама Священная Пара и избирает… Но у них остаётся выбор, однако тех, кто ступил на стезю жречества, в случае нарушения, ждет полное и мгновенное уничтожение. Ни от тела ничего не останется,