Я тебе больно - Чарли Маар

— Агата Рустамовна! — громоподобный голос приковывает всеобщее внимание к зашедшему в столовую Багримову старшему.

Я сразу вспоминаю своё первое впечатление о нём. Второе ничем не отличается. Глава семейства проходит к столу, мазнув по мне отстранённым взглядом, и сразу же недовольно смотрит на дочь, которая ничуть его не испугалась.

Агата как заяц подпрыгивает к отцу и целует в щёку.

— Прости, папочка. Просто он меня бесит.

— Это не означает, что можно говорить подобные вещи, тем более при гостях. К тому же, тут Аревик.

— Он, знаешь ли, ни при ком не смущается!

— Он это он. А ты это ты. Отвечай за себя.

Я замечаю, как Марсель Рустамович, севший за стол напротив меня, усмехается, подмигнув сестре, а та показывает ему язык и корчит рожу.

Агата даже в домашней одежде выглядит роскошно. Мягкий пастельно-розовый пуловер сочетается по цвету с жемчужными серёжками у неё в ушах. Джинсы на высокой талии отлично сидят, и на такой женственной фигуре смотрятся выигрышно.

Рики выглядит гораздо проще. На ней обычная безразмерная футболка и спортивные штаны, волосы распущены и свободно лежат на плечах, в то время как у Агаты они уложены на одну сторону и спускаются безукоризненными волнами к талии.

Смотрю на Яну и понимаю, что она тоже выглядит довольно просто. Хотя на ней не футболка, а блузка. Но я замечаю на блузке несколько старых пятен краски. Волосы у неё тоже не уложены, а собраны в небрежный низкий пучок.

Рики больше непоминает её дочь, чем Агата. В Аги слишком много тяжёлой энергетики. Возможно, это ей досталось от отца. Что насчёт Аревик — я не знаю её родителей. Но с братом они явно небо и земля.

— Почему мне всё время говорят одно и то же. Отвечай за себя! Всем всё можно, а мне ничего нельзя.

— Ты же девушка, Аги! — вздыхает Яна, взглянув на дочь. — Неприлично говорить такие вещи. В конце концов, ты же не пропоица из какой-нибудь забегаловки.

— Заметила, Асти, какая у нас дискриминация в семье?

— У вас замечательная семья, — отвечаю машинально.

В этот же миг ловлю на себе проницательный синий взгляд Марселя Рустамовича. Разумеется, краснею, как же иначе.

— Спасибо, Асти, — улыбается Яна. — Ну ладно. Давайте приступать к ужину, а то девочки не успеют позаниматься. Надеюсь, вы сегодня останетесь у нас? Ливень, очевидно, не собирается прекращаться.

Багримов хмыкает и выгибает бровь, глядя на меня, будто говоря "я предупреждал".

— Не знаю. Мне как-то неловко…

— Перестань, Асти! Ничего такого. Рики сегодня тоже у нас. Так что оставайся. Подружишься с девочками. К тому же, мы с Аревик вечером запланировали художественную сессию, — разложив по тарелкам печеную курицу и овощи, Яна усаживается за стол, затем поясняет, — Рики берёт у меня уроки живописи.

Только сейчас замечаю, что на футболке девушки тоже есть пятна краски.

— У неё, кстати, отлично получается.

На комплимент Яны, Аревик краснеет и бросает мимолетный взгляд на Марселя Рустамовича. Что-то у меня в груди сильно дёргается.

— Видишь, Асти. У всех есть таланты. Марс и Эм бизнесмены, Ар тоже, Рики рисует, и только Агата просто Агата, — Аги закатывает глаза, изящно отрезая ножом кусочек курицы.

— Не выдумывай, — хмуро осекает дочь глава семейства. — Ты пока не нашла себя.

— И не найду, видимо.

— Не нужно искать себя в ком-то.

Я мысленно отмечаю, что мне нравится эта фраза.

— Марс, не передашь соль? — Аревик поднимает взгляд на Марселя Рустамовича, но когда он смотрит на неё и протягивает солонку, коснувшись пальцев девушки, она вся покрывается красными пятнами и опускает глаза, пробурчав под нос "спасибо".

В груди снова сжимается.

Рики нравится Марсель?

Или у них что-то было?

Почему-то от этих мыслей мне становится жутко дискомфортно внутри. Так же, как было днём, когда к Багримову приходила та девушка…

Пытаюсь выцепить взглядом, смотрит ли на неё босс, но так как сидят они практически рядом, то постоянно смотреть на Аревик ему было бы неудобно. Хотя, он бы, наверное, всё равно иногда смотрел на неё, если бы она ему нравилась? Или это я себя убеждаю?

Марсель Рустамович выгибает бровь, заметив, что я на него пялюсь.

Ну, блеск.

— Тоже нужна соль?

— Нет, — качаю головой и прикусываю губу, заметив, что теперь Рики на меня смотрит. И как-то нервно.

Ей определённо нравится Марсель Рустамович…

Возможно, и уроки рисования у его матери она берёт, чтобы быть ещё ближе к нему и к семье, в целом.

Глава 42

Асти

Комната Агаты напоминает убранство императрицы. Интерьер сильно отличается от интерьера всего остального дома, но при этом соответствует самой девушке. Есть в ней что-то королевское. Наверное, поэтому и комната выглядит по-королевски.

На время занятия мы с Агатой остаёмся вдвоём. Марсель Рустамович общается с отцом, а Аревик уходит с Яной.

В целом, Аги довольно хорошо справляется, и неплохо понимает всё, что я ей объясняю. Единственное — очень много отвлекается. Колоссально много.

Даже спустя час я не могу точно ответить на вопрос, интересно ли ей то, чем она решила заняться. Вроде бы она включается в процесс, но то и дело я ловлю её скучающий взгляд.

— Хотела тебя ещё предупредить, что скоро мы улетаем в командировку в США. Возможно, заниматься придётся онлайн или вовсе отложить уроки.

— Да хоть бы и онлайн, лишь бы меня поскорей перестали считать идиоткой, — закатывает глаза Агата. — Трудно быть гадким утёнком в семье бизнес-акул и творческих талантов. А я вот считаю до сих пор на калькуляторе и рисую хуже трёхлетки.

Вроде говорит с раздражением и печалью, но так смешно при этом корчит лицо, что я невольно улыбаюсь.

— Твой папа прав. Нужно найти себя. Это придёт со временем.

— А как ты нашла себя? Ну, тебе вроде нравится твоя работа.

Я пожимаю плечами.

— Знаешь, у меня как-то особо не было времени искать и думать. Я просто стремилась поскорее уехать из дома.

— Почему?

— У меня была неблагополучная семья.

— Была? — настороженно переспрашивает Аги.

— Да, — я опускаю взгляд, не желая говорить на эту тему.

— Понятно. Извини…

— Всё нормально, — вздыхаю, передернув плечами. — Думаю, на сегодня закончим занятие. К завтрашней презентации ты готова.

— Да. Спасибо тебе, Асти, большое. Извини, что сегодня без пиццы. Ливень испортил все планы.

— Да твоя мама такой ужин приготовила, что никакая пицца не сравнится.

Вот бы у меня была такая мама.

Плохо так думать?