Укрощение строптивой, или Роковая ночь, изменившая жизнь - Юлия Шилова

– Нет, уж этим мы не балуемся.

– Не балуешься, говоришь, а с подружкой моей в прошлыйраз что сотворил? – Я старалась говорить как можно тише, чтобы Златка меняне слышала.

– А что я с ней сотворил?

– Что слышал!

– Валентина, ты как со мной разговариваешь!

– А как с тобой по-другому? Если еще раз увижу, то засебя не ручаюсь.

Когда шашлыки были готовы, мы откупорили бутылки, сели прямона улице и устроили небольшой пир.

– Хорошо-то здесь как! – поднял бокал довольныйГрач. – Ты, Валентина, на какие средства себе такую дачу отгрохала?

– На средства своего бывшего супруга.

– Он у тебя что, крутой был?

– Крутой, – засмеялась я, – декан винституте.

На улице начинало темнеть. Грач включил магнитофон, и мы вседружно, если можно так выразиться, ушли в музыку.

– Валюха, может, споешь? – предложил Грач.

– Ты не в ресторане, – холодно отрезала я ипродолжила слушать музыку.

Когда все было съедено и выпито, мы отправились спать.Златка с Грачом ушли в спальню, я устроилась в гостиной, а Илья – неподалеку вкресле.

– Ты бы не могла выключить свет, а то так уснутьтяжело, – попросил он.

Я вспомнила позапрошлую ночь… Хорошо, что этот тип спитнеподалеку, а то у меня бы просто сердце разорвалось на части.

– Нет, не могу. Я без света не сплю.

Илья поднял голову и заинтересованно на меня посмотрел.

– А ты что злая такая? Тебе мужика надо, вот ты ибесишься. Будет мужик, сразу вся спесь сойдет.

– Тоже мне мужик нашелся!

– А что, не похож, что ли?

– Не знаю, только я в данный момент от отсутствиямужского внимания не страдаю.

– Хочешь, я к тебе приду согрею?

От этой мысли мне стало так мерзко, что даже не захотелосьпредставлять эту картинку.

– Только попробуй! Я за себя постоять могу. Ты у меня вгостях, так что веди себя как подобает гостю. Тем более что я тебя неприглашала!

– Ну смотри, мое дело предложить.

– А мое дело отказать.

Илья недовольно поворочался в кресле и захрапел. Слава богу,подумала я, не хватало мне еще его мерзких приставаний. Уснуть никак неполучалось. Я потрогала сосок – болел жутко. Затем проверила пятку. Наверное,уже пора снимать швы. Мне стало себя жалко. Сколько же мне пришлось пережить запоследнее время! Врагу не пожелаешь. Но сейчас самое главное спасти Златку отГрача. Я увезу ее в Штутгарт, точно, мы полетим в Германию и поживем там. Ужлучше я буду терпеть Ганса, чем она будет общаться с этим Грачом. Она отойдет,все уляжется, забудется. Грач ее первое время поищет, а затем успокоится. И какже я сразу не додумалась!

Теперь надо просто дожить до утра, и все проблемы отойдут навторой план. Надо спасать мою девочку из всего этого дерьма. У меня естьзагранпаспорт, у Златки тоже, с визой не проблема. Ну почему я сразу недодумалась! У Ганса прекрасная вилла, да и не такой уж он и плохой человек.Просто немец, и этим все сказано. Он очень даже культурный, обходительный,элегантный. Златулька поживет на вилле, развеется и забудет этого Грача кчертовой матери. Все будет хорошо, я просто уверена. Это совершенно безумноеувлечение не что иное как болезнь, и я помогу ей вылечиться. Вместе у нас всеполучится. Господи, с кем не бывает!

Я и сама один раз вляпалась по самые уши и чуть было неосталась в своем провинциальном городке. Как сейчас помню, мне было околошестнадцати, а ему лет на десять больше. Господи, как же его звали – по-моему,Дима. Точно, Дима Заварин. Я отчетливо помню наш роман. Каждый день ожидания,слезы, бессонные ночи. Я была молодая и глупая, а оттого так сильно любила иверила. С тех пор прошло много лет, и я, конечно же, никогда не испытаю подобныхчувств, все это осталось в прошлом, как сладкий сон. Сейчас, когда я вспоминаюсвою первую любовь, мне становится просто смешно и я хватаюсь за голову иговорю: «Господи, какая же я была тогда дура, глупая, наивная дура!» Болезньлюбви как быстро началась, так и бесследно исчезла, не оставив даже малейшегоследа. Так же и Златка, немного пострадает, а потом будет смеяться и дажестыдиться своих прежних чувств. Просто ей необходимо хирургическоевмешательство в виде меня. Я клянусь, что излечу ее. Просто обидно, что уменя-то это было по молодости, а она вляпалась, будучи уже зрелой. И все же мнене дано право осуждать ее. Вдруг и меня когда-нибудь постигнет та же участь…

Наконец наступило утро. Я вышла на крыльцо, потянулась ипошла проведать помидоры. Интересно все же, как действует на них такое«удобрение»?

Через полчаса из дома выползла заспанная Злата и уставиласьна меня.

– Валюха, этот придурок к тебе сегодня ночью неприставал?

– Какой?

– Ну Илья.

– Нет конечно. Еще чего не хватало! – Я подошла поближек Златке, обняла ее и тихим голосом сказала:

– Грач сволочь, он использует тебя.

– Я знаю.

– Тогда слушай меня. Мы улетаем в Германию к Гансу ибудем жить у него, пока все не уляжется. Ты хочешь?

Златка как-то странно опустила глаза и еле слышным голосомпроизнесла:

– Хочу.

Ее заторможенное поведение меня немного насторожило.

– А ну-ка, покажи руки! – закричала я.

– Зачем? – перепугалась подружка.

– Затем, что я хочу их видеть! – Я взяла Златку заправую руку и увидела свежий укол, а затем пристально посмотрела ей в глаза.

– Клянусь тебе, Валя, я не хотела… Он избил и укололменя.

– Ты что, не могла позвать меня на помощь?

– Я боюсь его, Валя. Увези меня отсюда. Давай улетим,пока не поздно.

– Не переживай, он крутой, но мы тоже не лыком шиты.Что-нибудь придумаем.

Я зашла в дом, открыла дверь в спальню, подошла к спящемуГрачу и стала стаскивать его за ногу. Он открыл глаза и уставился на меня ничегоне понимающим взглядом.

– Все, Кирилл, выметайся отсюда!

– Что?

– Что слышал! Я знала, что ты порядочная дрянь, но недумала, что до такой степени!

– Послушай, Валентина, а ты не боишься со мнойразговаривать подобным образом?!