Милый яд - Паркер С. Хантингтон

– Все чисто, – немного хриплым голосом сказал он, сохраняя невозмутимый вид. Его лицо ничего не выражало, а плечи были расслаблены.

Отодвинувшись, он задел левый сосок большим пальцем. Прикосновение было легким и случайным, но я его почувствовала. Я вздрогнула, мое лоно сжалось, и я невольно издала еще один отчаянный стон, после которого зашлась в приступе притворного кашля.

Этого не скрыть.

– Простите, – пробормотал Тейт, и я открыла глаза, уставившись на него из-под полуопущенных век.

Я снова облизнула губы. Мне нужно было остановиться. Мой мозг кричал мне не проверять, есть ли у него эрекция. Он бы заметил.

– Все в порядке, – это вышло невнятно, как будто меня накачали таблетками.

– Теперь о цервикальном мазке. Учитывая, что вы не вели половую жизнь, маловероятно, что у вас может быть рак шейки матки или раковые клетки. В большинстве случаев рак шейки матки вызывается инфекцией, передающейся половым путем, называемой вирусом папилломы человека. Тем не менее, всегда полезно быть начеку. Кроме того, есть и другие факторы, которые следует учитывать – такие как наследственность, курение и так далее. В любом случае… – он двинулся к нижней части моего тела. – Я буду очень осторожен. Вероятность того, что этот осмотр повлияет на вашу девственную плеву, абсурдно мала, поэтому постарайтесь расслабиться. Теперь раздвинь для меня ноги, Чарли.

Дело не в том, что сказал Тейт, а в том, как он это произнес. Я с ужасом посмотрела ему в глаза. Он назвал меня Чарли, и его голос больше не был сдержанным. В нем звучал едва заметный хриплый, властный оттенок, заявлявший, что это приказ, а не просьба.

Мы очень долго смотрели друг другу в глаза. Достаточно долго, чтобы понять: у него вырвалось ненароком. Тейт и не собирался называть меня по имени. Он тоже терял контроль.

Вырвавшись из нашей странной задумчивости, Тейт похлопал по подпоркам.

– Нужна помощь? – его знойный голос творил со мной такое, от чего я никогда не оправлюсь.

Скажи «нет».

– Да, пожалуйста.

Он поднял мои ноги и положил на подпорки. Его прикосновение было таким нежным и уверенным, что мне захотелось плакать. Впервые я позволила себе признаться в желании, чтобы меня трахнул доктор Татум Маркетти. Безжалостно жестко и безжалостно грязно. Я хотела, чтобы мы делали то, что заставляло краснеть ту хорошенькую блондинку, которую он довел до оргазма в своем кабинете. И я отправлюсь за это в ад, потому что он был братом моего покойного лучшего друга.

Теперь я расположилась перед ним, широко раздвинув ноги. Тейт расположился между ними на стуле, и я непроизвольно сжала колени.

– Мисс Ричардс, – мягко сказал он.

Я закрыла глаза, прокручивая в голове мольбы, не уверенная, чего именно хочу.

Пожалуйста, не ставьте меня в неловкое положение. Пожалуйста, не ставьте меня в неловкое положение. Пожалуйста, не предлагайте доктора Бернарда и не унижайте меня. Пожалуйста, поторопись. Прикоснись ко мне уже.

Соски так болели от желания, что еще одно движение большого пальца меня бы уничтожило.

Я с трудом сглотнула.

– Да?

– Сейчас самое подходящее время раздвинуть ноги.

Уверена, что он не просто так произнес именно эти слова.

Я возбуждена, – хотелось кричать мне.

– Я стесняюсь, – сказала я вместо этого.

– У вас нет причин для этого. Хотите начать с гинекологического осмотра? Возможно, так вы успокоитесь. Почувствуете небольшой дискомфорт, но на этом все…

– Хорошо, – я кивнула, но коленки не разжала.

Я думала, что довольно неплохо прикидываюсь простодушной, ведь лишь всего на пятнадцать процентов раздумывала над тем, что Тейт сейчас увидит мою вагину так близко. На остальные восемьдесят пять процентов я ударилась в панику из-за того, что очутилась на его смотровом столе. Можно ли считать, что я сексуально его домогаюсь?

Тейт терпеливо ждал. Наконец я раздвинула колени. Я смотрела, как он смотрит на мою киску. Как он сглотнул. На лице Тейта промелькнуло непонятное мне выражение. Я не была сведуща ни в гинекологических осмотрах, ни в мужчинах. Но он настолько хорошо делал свою работу и оставался профессионалом, что скажи Тейт, что я не произвожу на него никакого впечатления, то поверила бы ему.

– Сейчас я к вам прикоснусь.

Я кивнула, почувствовав его пальцы в резиновых перчатках, когда он раздвинул мои половые губы. Тейт втянул в себя воздух. Или, может, он всегда так дышал. Сейчас все казалось и звучало обостренным.

Я не могла не смотреть на него. И снова поймала себя на мысли, что всячески стараюсь не думать о том, как он берет меня на смотровом столе.

– Как ощущения? – пробормотал Тейт.

– Все хорошо.

Мы оба сделали паузу, задумавшись над тем, что я сейчас сказала.

Я покраснела, выпалив:

– То есть мне не больно.

Он посмотрел в мои зеленые глаза своими серо-голубыми. У него дернулся кадык. Мурашки побежали по моей коже. Я изо всех сил старалась держать глаза открытыми. Меня опьяняло желание, и я поняла, что приподнимаю бедра, жаждая его прикосновений.

Тейт уставился мне между ног.

– Я не могу провести бимануальный осмотр, потому что это может повредить вашу девственную плеву, поэтому сразу перейду к мазку.

– Что такое бимануальный осмотр?

– Это когда я засовываю два пальца, чтобы проверить размер, форму и положение вашей матки, и проверяю на наличие кистозных образований или опухолей в яичниках.

– Кажется важным обследованием, – мой голос звучал хрипло. Я могла думать лишь о том, как Тейт засовывает в меня два своих длинных, сильных пальца. Да, официально заявляю: я сошла с ума.

– Мы точно хотим пропустить этот осмотр?

– Да, я точно не хочу порвать вашу плеву и попасть под суд, – сухо сказал Тейт. Все тот же засранец, которого я знала и который мне нравился.

– Я не буду подавать на вас в суд.

Он усмехнулся.

– Мне нужно это заверение в письменном виде.

Он шутил, но я говорила абсолютно серьезно. Я взяла телефон и быстро отправила ему электронное письмо, в котором подтвердила, что попросила о бимануальном осмотре, и объяснила, что осознаю последствия. К счастью, с тех пор, как я записывала Рейган на прием, у меня сохранился адрес клиники.

– Готово. Можете проверять меня на наличие опухолей, – я бросила телефон рядом с собой и скрестила руки на груди.

Тейт пристально посмотрел на меня. Так настойчиво, что я поняла: он знает, что я пытаюсь сейчас сделать. Он взглянул на свой телефон, на котором загорелось уведомление о новом письме, и снова посмотрел на меня.

– Нет.

– Почему?

– Потому что не надо так избавляться от плевы.

– К чему эта чрезмерная опека? Разве я не могу выбрать, как потерять девственность?

– Вы порвете девственную плеву, – поправил он. – Я не лишу вас девственности – я порву девственную плеву.

Я открыла рот. От его слов я возбудилась еще сильнее. Мне словно только что рассказали о главном блюде дня в ресторане, отмеченном тремя звездами Мишлен, и теперь я должна умолять, чтобы его подали.

Я сделаю это, если придется, – решила я. Меня пугало, как сильно я этого хотела. Хотела его.

Тейт выдохнул, выглядя измученным.

– Вы пожалеете об этом.

– Еще больше опеки. Мило, – теперь я вошла в раж.

Наконец он сорвался, и в его глазах вспыхнул гнев. Тейт мигом растерял свою выдержку и профессионализм.

– Ты понимаешь, что я порву твою плеву на смотровом столе, и, черт возьми, не позвоню тебе на следующий день и не пришлю цветов?

Я потянула себя за ногу. Поправила очки на носу. Наверное, он привил мне кучу других навязчивых вредных привычек. Тейт опустил взгляд на мою руку, которой я стискивала бедро. Я пододвинулась к нему, почти предлагая ему себя на блюдечке.

– Понимаю. И я правда хочу исключить любую вероятность, что у меня может быть рак. Делай то, что должен.

– Чарли…

– Сделай это.

Тейт, не сводя с меня взгляда, снова раздвинул мои половые губы и скользнул указательным пальцем внутрь. Медленно. Слишком медленно. Я инстинктивно сжалась и стиснула руки, подавив стон. Ощущения были такими приятными, что я была бы не прочь умереть прямо на смотровом столе.

– Все нормально?

– Да, – прохрипела я, закрывая глаза; у меня дрожали коленки. – Все в порядке.

Он просунул в меня еще один палец. Я вздрогнула всем телом, мышцы напряглись. И почувствовала барьер, который он старался не задевать и который мешал ему скользить дальше, но глаза не открывала. Я услышала, как Тейт вздохнул.

– Дыши животом