Милый яд - Паркер С. Хантингтон

На следующий день я выпала из рабочего ритма. Меня отвлекла эта история с «Несовершенствами». Даже еженедельное совещание у Рейган не смогло вывести меня из этого состояния.

– Шарлотта?

Я чувствовала себя так, словно пожертвовала орган, а потом узнала, что он не пригодился. И теперь во мне без всякой причины не доставало какой-то части, а я с большой дозой заблуждений пыталась убедить себя, что все будет хорошо.

Тейт попросит у Терри еще один подписанный экземпляр для меня.

Ага, ни за что в это не поверю. Он ненавидел Терри. Я предположила, что просьба об одолжении попадает под понятие ненависти. Еще он ясно дал понять, что больше не хочет меня видеть. Но мне представится отличная возможность допросить его насчет Гарварда. У этой идеи были свои достоинства.

– Шарлотта?

Что делать. Что делать. Что делать.

– Шарлотта!

Я резко подняла голову, с удивлением отметив, что все уставились на меня.

– Простите. Плохо спала ночью.

Рейган пожала плечами. Она была на тридцать второй неделе беременности, впервые достигнув этого рубежа. Я предположила, что она продолжит разговаривать со мной этим приторно-сладким голосом, даже если я удалю из почтового ящика агентства следующего «Гарри Поттера».

– Ты нашла что-нибудь многообещающее на этой неделе?

– Ничего не зацепило. Вы ищете что-то конкретное? – сказав это, я немедленно пожалела. Айрин поморщилась, и я поняла, что они только что закончили обсуждать тренды книжной индустрии и критерии рукописей.

Вот и повышение, о котором ты мечтала.

Рейган постучала пальцами по своему животу, как по столу. От нее так и исходила эта присущая беременным аура. Она исходила от каждого дюйма ее тела.

– Городское молодежное фэнтези. Возможно, даже для взрослых, если слог хороший. Хочу следующие «Голодные игры» или «Сумерки». То, из-за чего будут устраивать аукционы, и что станет сенсацией на «Нетфликс».

Я отвечала за кучу макулатуры, которую присылали рандомно, а значит, получала рукописи для разной целевой аудитории и разных жанров. Большинству не хватало искры, чтобы меня зацепить.

– Около девяноста процентов моих последних прочитанных книг были триллерами. Слабые подобия «Исчезнувшей» с очевидными сюжетными поворотами.

Рейган кивнула, и Айрин взяла инициативу в свои руки.

На этот раз я слушала внимательно.

Сияние беременности померкнет, как только Рейган родит. А вместе с тем закончится и ее снисхождение ко мне. Я хотела стать агентом и избежать чистилища плохо написанных рукописей, прикрепленных к типовым письмам «Я отправил это всем агентствам в стране».

Когда собрание закончилось, я вскочила со своего места.

– Шарлотта?

Я замерла и повернулась к Рейган.

– Да?

– Ты можешь задержаться на минутку? Мне нужно кое-что обсудить с тобой.

– Конечно.

Остальные агенты вышли из комнаты.

Когда дверь за ними закрылась, Рейган откинулась на спинку кресла, и у нее задралась рубашка. Из-под толстой ленты джинсов для беременных выглядывала полоска.

– Вчера я заезжала в клинику на УЗИ.

– Все в порядке?

– Да, отлично. Доктор Маркетти сделал трехмерное УЗИ. Я хотела увидеть лица, носы, губы, все, – она сделала паузу. – Еще я поговорила с Сильвией. Она секретарь доктора Маркетти. Помнишь наш разговор в прошлые выходные?

Мой желудок сжался. Я знала, к чему это приведет, и возникло предчувствие, что мне это не понравится.

– Да…

– Ну, Сильвия упомянула, что есть свободное место для новой пациентки, – Рейган говорила медленно. Растянуто. Будто разворачивала подарок по одной полоске скотча за раз. – Я упомянула, что тебя это может заинтересовать, и она согласилась забронировать место. Разве это не счастье?

Чушь.

Я знала, что это чушь собачья, потому что:

Если бы действительно нашлось место, в чем я сомневалась, потому что беременные женщины хотели доктора Маркетти больше, чем облегчения от болей в спине и опухших язв, то Сильвия выбрала бы кого угодно, но только не меня.

Сильвия знала, что я работаю на Рейган.

И еще Сильвия – и ее босс – терпеть меня не могли.

Я откинулась на спинку кресла из экокожи.

– Ой.

– Поскольку это будет твой первый мазок с шейки матки, то лучшего специалиста, чем доктор Чудо, не найти. Он не только очень толковый врач, но еще и самый аккуратный из всех, кого я знаю в этой области.

Она произнесла это с таким видом, будто только что преподнесла мне подарок, и теперь ждала, что я распакую его и осыплю ее благодарностью. Рейган гладила живот круговыми движениями и ждала моего ответа.

Уголки моих губ приподнялись, но тело кричало «беги».

– Я планировала найти кого-нибудь рядом с домом.

– Доктор Маркетти – лучший в городе. Может, и в стране, – она нахмурилась. Вероятно, не на такую реакцию рассчитывала. – Я попросила Сильвию прислать счет мне, раз уж втягиваю тебя в это. Тетя Джесса умерла от рака шейки матки всего в пятьдесят шесть лет. Я не прощу себя, если с тобой случится то, что мне по средствам было предотвратить.

Я посмотрела на свой стол через стеклянную стену поверх ее плеча. В частности, на стопку бумаги высотой по колено, сложенную рядом с ним. Из сотен рукописей я дочитала до конца только две. Остальные были отправлены в утиль на середине. Мне нужно было повышение, чтобы я могла отказаться от этих романов и перейти к литературе, которая действительно могла меня заинтересовать.

Просто сделай это. Порадуй ее. Скажи «Да».

– Если тебя это утешит, я бы хотела, чтобы мой первый раз был с доктором Маркетти.

Она поморщилась, что вызвало в воображении тысячу сценариев того, что может пойти не так. Не говоря уже о том, что мы говорили о Тейте.

– Доктор засунул зеркало слишком глубоко. Напугал меня на целый год.

Ты можешь это сделать. Рейган будет впечатлена. Повышение у тебя в кармане.

– Значит, я скажу Сильвии, что ты хочешь записаться на прием? – спросила Рейган.

Я поймала себя на том, что киваю.

– Спасибо.

У меня скрутило живот.

– Прием назначен только на вечер пятницы, но ты выглядишь усталой, – она окинула меня взором, задержавшись на моем лице. – Вот что я тебе скажу. Возьми выходной. Поспи немного.

– Спасибо, – повторила я, не чувствуя ни малейшей благодарности.

Это займет максимум двадцать минут.

В этом нет ничего особенного.

Ты справишься.

Ну-ну.

Глава тридцать четвертая

= Шарлотта =

Преимущество девственности (по моему разумению, единственное), заключалось в том, что в форме для пациенток я могла с абсолютной уверенностью заполнить раздел об инфекциях, передающихся половым путем. В приемной Бернарда и Маркетти я записывала ответы, ожидая неизбежного момента, когда мы встретимся с Тейтом. Ассистентка врача забрала у меня бумагу и отвела в кабинет Тейта. К счастью, пустующий. Как только она ушла, я рухнула на самое дальнее от двери сиденье.

– Ты справишься, – я узнала о позитивном мышлении из научно-популярной статьи, которую прочитала на прошлой неделе. Можно с уверенностью сказать, что оно не сработало. Но мои слова были правдой. Я пережила события и пострашнее. К тому же, еще до приезда я решила, что не стану трусить. Что у меня нет для этого причин. – Рейган любит тебя, – она любит, и еще сильнее любит, когда ты ее слушаешься. – Ты командный игрок. Игроки команды получают повышение по службе и освобождаются от обычных обязанностей по разгребанию макулатуры.

В дверь постучали, и за ней раздался низкий голос Тейта.

– Мисс Ричардс, вы готовы?

Ой. Не мог бы ты спросить погромче? Чтобы показаться психически стабильным.

Чувствуя, как горят щеки, я прочистила горло.

– Готова.

Тейт вошел, выглядя спокойным, собранным и таким же оживленным, как пачка безглютеновых макарон. Если он и был удивлен нашей встречей, то никак этого не показал. Я затаила дыхание в ожидании, какую версию Тейта получу. В прошлый раз он не хотел со мной разговаривать. Но я предположила, что Тейт – профессионал и удосужится хотя бы поговорить со своей пациенткой. (Низкая планка. Я в курсе.)

– Мисс Ричардс, – Тейт взял папку, просунув под зажим листы, которые я заполнила ранее. – Я просмотрел ваш анамнез и заметил, что это ваш первый гинекологический осмотр, – он очевидным образом дал понять о нежелании меня осматривать.

Я чуть было не спросила, почему он вообще согласился, но для этого пришлось бы с головой окунуться в неловкий разговор. Нет уж.

Я вздернула подбородок, качая ногой взад-вперед.

– Ага.

Красноречиво, Шарлотта.

Я откинулась на спинку сиденья и скрестила лодыжки. Пока все казалось нормальным. Посильным. Сердце ходило ходуном в грудной клетке, а словарный запас