Большой оххх - Никки Эштон

— Что за черт…

— Нет, — закричал он. — Это отвратительно.

Я заглянула ему через плечо, чтобы полюбоваться голой задницей Ивана Грозного и ногами Морин в одних носках.

Мои родители занимались сексом.

Фу.

Мои родители. Занимались. Сексом.

На семейном диване утром, в воскресенье.

— Боже мой, это просто… — Я издала сдавленный звук и быстро повернулась, но Тоби оттолкнул меня в сторону.

— Дай пройти, — закричал он. — Мне нужно промыть глаза.

— О, не будь таким смешным, — услышала я голос отца у себя за спиной. — Это совершенно естественно.

— Только не на этом чертовом диване утром, когда любой из твоих пятерых детей может войти, — практически закричала я, вытаскивая попкорн из своей булочки.

— Мы увлеклись, не так ли, Иван? Подумали, что Тоби задержится, и предположили, что ты вернешься позже, так как была со своим парнем.

— Да, ты знаешь, что делал Тоби, не так ли, мама? Из-за этого мы с тобой становимся идиотами, и я не хотела бы видеть эту чертову задницу.

— Уиллоу, прекрати, — закричал Тоби, выходя из кухни с мокрым бумажным полотенцем на глазах.

— О, перестань быть таким глупым, — сказал папа, уткнувшись мне в плечо.

Я закрыла глаза и вздрогнула.

— Пожалуйста, скажи, что на тебе есть одежда, и ты не стоишь у меня за спиной голым.

— Конечно, на мне есть одежда, мы всего лишь занимались сексом по-быстрому.

Затем я услышала, как он застегнул молнию, и снова вздрогнула.

— Вы с твоим парнем наверняка занимаетесь сексом по-быстрому.

Моя сексуально неудовлетворенная натура больше не могла этого выносить, и я всерьез пожалела, что у меня нет машины времени и я не могу вернуться в тот момент, когда мы с Чарли лежали в его постели, прижавшись друг к другу.

— Нет, черт возьми, у нас этого нет, и он, черт возьми, не мой парень.

— Уиллоу, помоги мне, — закричал Тоби, мелодраматично сползая по стене, все еще прикрывая глаза бумажным полотенцем.

— О, ради бога, перестань быть таким жалким, — прошипела я, нарочно пнув его по ноге, когда переступала через него. — Я иду в свою комнату, позови, когда будет готов обед.

— Займемся любовью, — крикнула мама, как будто мы только что не нашли ее лежащей на спине с задранными ногами, а папа был между ними. — Сегодня свинина.

— Ага. — Закричала я, взбегая по лестнице, волоча за собой сумку и куртку. — Я чертовски ненавижу эту семейку.

Глава 21

Прелесть клитора в том, что ему не нужно отдыхать и расслабляться после оргазма. Пока он получает стимуляцию, вы будете продолжать кончать. У одной из женщин, принимавшей участие в исследовании, были ошеломляющие 134 оргазма подряд — как, черт возьми, у нее оставалось время на глажку?

Уиллоу

По просьбе мамы мы все собрались за обеденным столом, несмотря на то что двое ее детей были травмированы, и я понятия не имела, в какую сторону лучше смотреть. Если бы я посмотрела на нее, то увидела бы, как ее ноги обхватывают спину Ивана Грозного, а если бы я посмотрела на него, то увидела бы только его чертову задницу, двигающуюся из стороны в сторону. Были определенные недостатки в том, чтобы иметь родителей, которые работали в сфере «секса».

Другой проблемой, с которой я столкнулась, был Рубен. Он вернулся к обеду как раз вовремя и выглядел… счастливым. Я давно не видела его таким, так что, должно быть, он находился под кайфом. Он сидел за столом напротив меня, и мне было легко его разглядеть, во всяком случае, так бы и было, если бы он не сидел, опустив голову, и не накладывал себе в тарелку мамино свиное жаркое. Когда он, наконец, поднял голову, я перегнулась через стол, чтобы посмотреть ему в глаза, поскольку хотела увидеть, были ли его зрачки больше, чем должны, или меньше? Я понятия не имела как, но поняла бы, если бы он был под кайфом, поскольку каким-то образом увидела бы это в его глазах.

— Что, черт возьми, ты делаешь? — спросил Рубен, положив руку мне на лоб.

Я быстро откинулась назад и ахнула; я и не подозревала, насколько близко наклонилась к нему, чтобы рассмотреть.

— Я… ну, я… проверяю, съел ли ты всю свою капусту, — ответила я, как будто это самая большая ложь, что и было на самом деле.

Он сдвинул брови и посмотрел на свою тарелку, которая была почти пуста, за исключением жареной картошки, которую, как я знала, он приберег напоследок.

— Серьезно, или ты пыталась проверить, действительно ли она у меня во рту? Чудачка.

— Прекратите препираться, вы двое, — проворчал папа, пытаясь прожевать кусочек хрустящей картошки. — Сегодня воскресенье, день мира и спокойствия.

— И, очевидно, секса, — предположил Тоби.

— Фу, неужели тебе обязательно это делать? — простонала я. — Мне это и в голову не приходило, по крайней мере, минут пять, а теперь ты снова напомнил.

— О чем вы? — спросил Деклан, откинувшись на спинку стула и потерев живот.

— Мы застукали Морин и Ивана за этим занятием, — объяснил Тоби. — Мне будто кислоты в глаза налили, Дек. Я не уверен, что когда-нибудь снова стану прежним.

— Я тоже, — сказала я и подняла руку.

— О, перестаньте драматизировать. Как, по-вашему, нам удалось завести пятерых детей?

— Фу. Фу, — сказал Рубен, отодвинув недоеденную картошку.

— Нет ничего плохого в том, что двое людей занимаются сексом. Это самая естественная вещь в мире, и то, что нам с твоей мамой за пятьдесят, не означает, что мы не можем вести счастливую и полноценную сексуальную жизнь. Исследования говорят…

— Нет, — воскликнула я. — Пожалуйста, не говори об этом, и давайте сменим тему.

Последнее, что мне было нужно, — это услышать о том, что исследования показали, что пары, у которых было много хорошего секса, являлись самыми счастливыми и имели самые продолжительные отношения, тем более что у меня ничего не получалось с моим новым горячим… кем бы он ни был.

— Лично я считаю, что тот факт, что наши родители до сих пор занимаются сексом, просто потрясающий. — Деклан улыбнулся им обоим, в то время как Рубен, Тоби и я издавали звуки, похожие на рвотные позывы.

— Чего ты хочешь? — спросил Тоби. — Хочешь расплатиться за аренду на этой неделе, или тебе нужно одолжить папину машину, потому что с твоей что-то не так? Ну же, в чем дело?

— Ничего особенного, — сказал Деклан и, прищурившись, посмотрел на Тоби, что, очевидно, доказывало, что так оно и было.

— Деклан знает, что ему не