Свидание за доллар - Диана Рейдо

– Перл.

Джонатан поднялся.

– Ты должна выслушать меня. Мне есть, что рассказать тебе. Я действительно могу все объяснить. И, поверь, картина, которая откроется твоим глазам, будет существенно отличаться от той, которую нарисовал для тебя Роджер Мерри.

– Один вопрос.

– Да, Перл?

– Роджер солгал мне?

– Нет.

– Думаю, нам не о чем говорить, – объявила Перл. – Неужели ты думаешь, будто способен снова втереться ко мне в доверие, чтобы еще раз обмануть? Хотя должна признать, что у тебя прекрасно получается. Это же надо – убедить дурочку Барби в том, что она должна рассказать тебе, как меня отыскать.

– Перл! Да помолчи ты хоть немного!

В отчаянии Джонатан поднял руки к небу. И, к изумлению Перл, начал опускаться на одно колено.

На них стали с любопытством оборачиваться.

– Что ты делаешь? – зашипела Перл. – Немедленно поднимайся! Нечего устраивать из меня посмешище!

– Ну уж нет, – твердо ответил Джонатан, – ты не хотела говорить со мной по-хорошему, значит, будем говорить на моих условиях.

– Ты всем ставишь свои условия?

– Разумеется, – кивнул Джонатан и извлек на свет заветную атласную коробочку.

Перл была очень, очень, очень раздосадована. Но даже она не смогла сдержать удивленный возглас:

– Что это?

– Открой и посмотри, если интересно, – предложил Джонатан.

– Нет. Сам.

Коробочка послушно распахнулась в руках Джонатана. Восхищенному взору Перл предстало обручальное кольцо с бриллиантом и восемью жемчужинами.

Но тут Перл опомнилась, взяла себя в руки и насмешливо спросила:

– Еще одно кольцо в подарок?

– Нет, это не еще одно кольцо. Это кольцо обручальное, Перл, и предназначено оно для тебя. Оно было сделано специально по моему заказу, по моему эскизу. Тебе не кажется, что оно будет восхитительно сиять у тебя на пальце?

Перл молчала.

– Перл Пэрриш, я люблю тебя, – торжественно произнес Джонатан, – и предлагаю тебе выйти за меня замуж.

Перл обрела дар речи:

– Интересно, сколько Роджер заплатил тебе за эту очередную милую шутку?

– Нисколько, – заверил Джонатан. – Перл, я клянусь тебе, что не брал от Роджера никаких денег. Кроме… кроме того единственного доллара, который взял у него тогда, в кафе, в «Поцелуе», но исключительно для того, чтобы усыпить его бдительность.

– Бдительность? Джонатан, теперь я точно ничего не понимаю. За кого я должна выходить замуж? Кто ты такой? Или ты ответишь на все эти вопросы, или…

– Разумеется, я отвечу.

– И встань с колен, ради всего святого! Мы здесь не одни!

– Нет, не встану… Я ведь еще не услышал ответа на свой вопрос.

Перл пожала плечами:

– А я еще не услышала ответов на свои вопросы…

– Ладно. Отвечаю по порядку. Я Джонатан Сильвер. Я родился и вырос в этом городе. Я закончил университет по специальности «маркетинг». Я люблю зеленый цвет, яблочный пирог с тушеным картофелем и музыку Элвиса Пресли. Как видишь, в этом я немного старомоден…

– Джонатан! Ты что, издеваешься надо мной!?

– Есть немного, – признался Джонатан и поднялся с колен, улыбаясь. – Не мог не воспользоваться случаем слегка поддразнить тебя. Ты очаровательна.

Он сел за столик напротив Перл. Люди с облегчением отвернулись.

– Я действительно Джонатан Сильвер. И я в самом деле люблю тебя. К этим моим неоспоримым достоинствам добавляется еще одно несущественное обстоятельство – я являюсь владельцем собственного предприятия. Всякие изделия из кожи, ремни, саквояжи, барсетки… Говорят, что я неплохо обеспечен. И у моих детей будет обеспеченное будущее. Видишь, Перл, я кое-что из себя представляю. Мне вовсе не нужны деньги Роджера Мерри. Повторяю, я не брал у него ничего, кроме единственного доллара.

– Зачем же ты это сделал? – затаив дыхание, спросила Перл.

Джонатан развел руками:

– Я был дураком. Серьезно, Перл. Выставил себя полным идиотом. Подставился, если хочешь…

– Не понимаю.

– Мы с тобой уже встречались раньше, Перл. Правда, тогда я был помоложе…

– Уверена, что я запомнила бы тебя.

Джонатан покачал головой:

– Так бывает, когда ничего вокруг себя не видишь. К тому же нас не представляли друг другу. Я просто заметил тебя на одном из приемов. Но ты, по слухам, везде бывала с Роджером… А Роджер – тот вообще не видит и не слышит ничего и никого вокруг, кроме себя, любимого. Пуп земли. Впрочем, речь не об этом.

Я не знал, как к тебе подступиться. К тому же ты была занята. Не в моих принципах разрушать стабильные пары… Как ни крути, вы были стабильной парой. Но через некоторое время, общаясь со своими приятелями – а один из них знал Роджера Мерри чуть лучше, чем другие, – я узнал, что вы расстались.

Тогда же я понял, что мои чувства к тебе серьезнее, чем простая симпатия или увлеченность. Перл, для меня в тебе была какая-то загадка, интрига. Мне нравилось наблюдать за твоей улыбкой, если она была грустной, но гораздо больше мне хотелось, чтобы ты смеялась от счастья. Рядом с Роджером ты не выглядела счастливой.

Но, Перл, слухами земля полнится… Я боялся, что, если познакомлюсь с тобой и расскажу о себе, то ты не захочешь продолжать общение.

– Почему? – тихо задала вопрос Перл. Она внимательно слушала.

– Решишь: к чему менять шило на мыло? Чем один лучше другого? Я был тем, от чего ты бежала. Я не хотел оттолкнуть тебя, сразу раскрывшись, рассказав о своих планах и амбициях, наследстве. Для меня это не является отягчающим обстоятельством. Но для тебя это стало – как мне рассказывали – нежелательным. Ты хотела искренности, а не чтобы тебя покупали.

– Что ж… – Перл пожала плечами. – Доля правды в этом есть.

– Дальше произошла удивительная вещь. Судьба словно столкнула нас троих в «Поцелуе». Я знал, что ты любишь там бывать. Я постарался выглядеть небогато, чтобы не оттолкнуть тебя своим статусом. Подготовился как следует, – Джонатан усмехнулся. – И тут Роджер со своим безумным предложением. Он, конечно, пересказывал тебе суть. Знаешь… За последние дни я не раз благодарил небо, что именно я подвернулся ему тогда. Ведь он мог нанять кого угодно. Я решил, что, согласившись, хоть как-то смогу нейтрализовать вред от Роджера, от его мстительности. Поэтому и взял доллар. Думаю, мы оба сочли друг друга психом. Я сказал, что сделаю все, что смогу, а деньги он пусть заплатит по итогам. Это был экспромт… У Роджера могли оказаться свои глаза и уши в «Поцелуе». Поэтому я разыграл его карту. А потом вынужден был и дальше изображать перед тобой того, кем представился. И не раз проклинал то обстоятельство, что именно я подвернулся Роджеру тогда! Мне ведь приходилось отчитываться перед ним, делать вид, будто пляшу под его дудку. Я не плясал. Для него я придумывал одну историю, для тебя – другую. Но теперь ты знаешь правду обо мне.