Сказ о снегах - Ксения Лисица

Янтарина с Аспидом появились через минуту. В отличие от людей им не пришлось продираться через колючие заросли: они явились в своей звериной форме. Ружена слышала, что только так им и позволено ходить по Яви. Сейчас перед ней стояла тощая рыжая лиса с непропорционально большими ушами, а рядом с её лапами вилась белая змея. Секунда и звери исчезли, а рядом с ними снова стояли Янтарина и Аспид.

Женщина плюнула в пруд.

– У, мерзкая рыбина! Может, стоит всё-таки её убить?

– Сама же говорила, что это опасно, – напомнил ей Аспид.

Янтарина пожала плечами.

– Ну да, но я решила, что останусь с Мореной, так что какая теперь разница?

– Руженой, – поправила их Ружена, которой было не по себе от того, что нечисть продолжала называть её именем мёртвой богини.

– Руженой так Руженой, – согласилась Янтарина. – Суть от этого не меняется.

Аспид в это время ходил вокруг пруда, бормоча что-то себе под нос. Потом достал из кармана штанов мешочек, открыл его, высыпал щепотку чего-то, похожего на порошок охристого цвета себе на ладонь, и бросил в воду. Та тут же посветлела и Аспид довольно кивнул.

Ружена заглянула в пруд, но вместо того, чтобы разглядеть рыбок, водоросли, камни и, возможно, спящую русалку и увидеть своё отражение, Ружена увидела тёмный коридор, уходящий далеко вперёд.

– Нам нужно просто прыгнуть туда, – сказала Янтарина, подходя ближе, – это не страшно на самом деле. Всё происходит за долю секунды, стоит ногам коснуться воды. Вы даже не промокнете.

Ружена переглянулась с Кривом. Выбора у них всё равно не было.

Аспид прыгнул первым, показывая, как это надо делать. Затем пошёл Крив, за ним Ружена и последней Янтарина. Самым страшным был момент прыжка, ожидание того, что ты упадёшь в воду, прямо к спящей русалке. Но, как и обещала Янтарина, всё произошло за долю секунды. Они очутились в том же коридоре, который видели в пруду.

– Это Тисовый терем? – Шёпотом спросила Ружена.

– Почти, – ответил Аспид, даже не пытаясь понизить голос, – по этому коридору мы в него попадём. И лучше нам поторапливаться, если не хотим никого здесь встретить.

И они отправились в неожиданно долгое путешествие вперёд по коридору.

Ружене он чем-то напомнил о Зубе Великане. В башне она шла по винтовой лестнице, которая никак не хотела кончаться, так же, как и этот коридор. А ещё там было так же сыро, а воздух до того напитался влагой, что казался тяжёлым.

Ружена уже начала волноваться, что их заманили в ловушку. Судя по обеспокоенным взглядам, которые кидал на неё Крив, он думал о том же. Но вот наконец коридор закончился тяжёлой деревянной дверью.

– Пришли, – пробормотала Янтарина за её спиной, – добро пожаловать в Тисовый терем.

Ружена была поражена поистине исполинскими размерами этого сооружения. Коридор, в который они вышли, мог легко вместить в себя сотни людей. Его потолок терялся где-то в вышине, а ширина была такой, что здесь спокойно могли проехать бок о бок шесть телег. И куда ни глянь – везде чёрный камень. А она-то думала, что терем и правда построен из тиса.

Ружена поёжилась. В этом мрачном месте она чувствовала себя маленькой и беззащитной. Но, выходит, именно здесь жила Морена, прежде чем Мрак захотел перебраться в Правь.

– Впереди по коридору Царская светлица, – сказал Аспид, кивнув головой в нужном направлении, – если вам нужны доказательства, то скорее всего там они и найдутся. Мрак все дела предпочитал решать там.

Ружена собралась с духом. Посмотрела на Крива, он едва заметно кивнул и она приободрилась. Выглядел кузнец куда увереннее, чем она себя чувствовала.

– Значит, идём туда.

Но не успели они сделать и нескольких шагов, как услышали пение. Раздавалось оно из-за закрытых дверей чёрного дерева в шесть человеческих ростов высотой, за которыми находилась светлица.

Ружене ещё не приходилось слышать настолько прекрасных звуков. Они всколыхнули в её сердце самые счастливые, самые радостные чувства. Ей захотелось смеяться и плясать. Она взглянула на Крива: никогда Ружена не видела, чтобы он так широко улыбался. Против воли её собственные губы тоже растянулись в улыбке.

Янтарина кивнула Аспиду, а потом схватила Ружену и потащила прочь. Она потихоньку пришла в себя.

– Куда мы идём? И кто там пел?

– Алконост, – пробормотала Янтарина себе под нос, – что она тут делает?

– Мы проведём вас другим путём, – сказал Аспид, тянущий за собой Крива, – если она здесь, значит, что-то там происходит. Может, и Мрак там. Рискованно, но, возможно, вы сможете добыть необходимые доказательства.

Ружена кивнула.

– Но что делать с её пением? Оно как-то странно на нас влияет…

– Да, – согласился Аспид, – это потому что отчасти вы всё же люди.

Он задумался на секунду.

– Дай-ка мне свою руку.

Ружена подала ему руку, не зная, чего ожидать. Но вот чего она точно не ждала, так это что мужчина поднесёт её ко рту и со всей силы укусит. Ружена вскрикнула и вырвала руку. Две дырочки, как от укуса змеи, несильно кровоточили.

– Теперь её пение на тебя действовать не будет, – довольно пояснил Аспид. – Ты тоже давай.

Крив нехотя протянул ему руку. Янтарина усмехнулась, и заговорщически наклонившись вперёд, поведала, как страшную тайну:

– На самом деле, это можно сделать и по-другому, но ему нравится кусаться.

Аспид бросил на неё раздражённый взгляд, но ничего не сказал в свою защиту. Поймав взгляд Ружены, он просто пожал плечами.

Янтарина провела их вниз по старой деревянной лестнице, узкой, с потрескавшейся чёрной краской. Ружена провела рукой по перилам и покачала головой. Ей всегда казалось, что в мире богов, будь то Правь или Навь, всё создаётся по щелчку пальцев – величественное и прекрасное – и остаётся таким навсегда. Но вот лестница, самая обычная и очень старая. Может, боги ближе к людям, чем те привыкли думать. В конце концов, разве не создавали они их по своему образу и подобию?

Нижние коридоры оказались куда меньше, вполне себе человеческого размера. Ружена вздохнула с облегчением. Здесь её не преследовало жуткое ощущение собственной незначительности и беспомощности.

– Сюда.

Аспид первым скользнул в едва заметную дверь, выкрашенную в цвет каменной стены и без ручки. За ней начинался очередной коридор, на этот раз намного темнее, сырой и