Весь спектр любви - Алена Воронина

Мысли о Евгении водили хороводы в голове… но в них постоянно вклинивался Олег, он яркой кометой скакал по стройным схемам, из которых состоял Евгений, силился разрушить прочные связи, и хоть сил не хватало, но за его яркостью и теплом холод и точность отступали и пропадали во тьме.

Утром я собиралась в такой тишине, которую и не думала, что умею поддерживать. Оля и Митя спали, укрывшись одеялами, свет я не включала. Только на мобильнике фонарик. Мне главное было почистить зубы, причесаться и влезть в одежду. На самом деле это было сложно. У меня есть определенный набор действий, и когда приходится обходиться без строгого регламента, мир как-то по-другому воспринимается.

Успокаивало лишь то, что Оля и малыш — моя семья. Да и надо уметь воспринимать мир со всеми его неожиданностями. Правда, у меня в последнее время многовато неожиданностей.

А вот рабочий день выдался удивительно хорошим и плодотворным. Во-первых, мне не звонила мама с теткой, полностью переключившись на Олю, которой от повышенного внимания, да и в сложившейся ситуации, приходилось несладко. Сама сестра написала мне только раз, попросив купить для Мити капли в нос и смесь. Во-вторых, уходя с работы, я захватила то, что было надо было Олегу. И даже забежала в магазин, купила все то, чего у меня в холодильнике не хватало. Моя сменщица попросила поменяться на три рабочих дня, потому что к ней приехала родня. А для меня это было идеально, потому что домой я теперь буду заваливаться только поспать.

Лиза была погружена в учебу и по большей части молчала, ходила с учебниками в руках, натыкаясь на стены и уходила рано, около восьми.

Вова приехал на второй день после происшествия и сразу взялся за дело. Им выделили новое жилье в новостройке, и он по телефону согласовывал с Олей, какие купить обои, и где она хочет видеть шкаф, кровать и миску для кота. Да, не любитель животных решил завести животное, вычитав где-то, что те могут учуять запах газа и поднять тревогу. Конечно, когда они вернутся, их новое гнездышко будет далеко от идеала, но по крайней мере там не будет голых стен.

Вещей, к сожалению, уцелело совсем немного: после взрыва последовал пожар, и хоть справились с ним достаточно быстро, вещи были сильно повреждены. Выплаты оказались мизерными. Но тут уж и родственники Вовы и наши с Олей подключились. В общем, с миру по нитке, но на первое время насобирали

В течение четырех дней Евгений регулярно в одно и тоже время присылал сообщение с вопросом, все ли у меня хорошо. На что я неизменно коротко отвечала «да». И забывала о нем. До восьми часов вечера следующего дня. А вот об Олеге я помнила. И очень радовалась тому факту, что пациент слушался беспрекословно. Жалко только, что в эти дни по большей части в моем присутствии он молчал, что для него было странно. Это сильно меня огорчало.

Зато моя сидевшая дома сестра (а тому способствовало не столько отсутствие вещей, которых к слову у нее наследующей день прибавилось благодаря тетке) сколько в связи с плохой погодой) перезнакомилась со всей коммунальной квартирой, и не только с нашей, но и с той, что напротив. Сестра у меня гиперкоммуникабельная. Итог. На второй день с Машей они трещали, как подружки, а с Галиной Тимофеевной обсуждали рецепты курочки.

— У тебя отличные соседи. Вообще я смотрю ты с этой комнатой прямо подгадала. Дорого конечно, но и место и народ и содержимое все просто супер.

Попивая чай и кидая взгляды на сопевшего сына поздно вечером, шептала сестра.

— Даже романические отношения под вашей крышей процветают.

— В каком смысле?

— Ну Маша и Олег. Оба такие няшки-симпатяшки.

— Серьезно? — я приподняла бровь.

— Ну да.

— Один до последнего времени пил, а вторая считает меня крэйзанутой.

— Какой-какой?

— Не важно.

Сестра поджала губы. Она не любила ошибаться в людях.

— На счет Маши, я тебе так скажу, она девушка простая. Она многого не понимает, например, таких как ты.

— Аутистов?

— Людей с расстройством аутистического спектра. Нам не преподают в школе то, что есть люди, у которых iq выше среднестатистического, вот как у тебя, но которые никогда не увидят смысл в такого рода социальном взаимодействии, как сплетни.

— То есть, если я научусь сплетничать, то это автоматически выведет меня из касты крэйзанутых?

— Не утрируй. Ты умная женщина. Просто ты тоже должна понимать, есть те, кто никогда не поймет и не примет то, что ты не смотришь в глаза, не всегда вспоминаешь, что надо поздороваться. И… ну, я не знаю, не испытываешь уважения к людям, хотя бы потому, что они старше тебя.

— А должна? Я предполагала, что уважение — это заслуга за опыт, знание, применение всего этого, а не дожитие до определенного возраста. Сейчас же не средневековье.

— Ну вот.

Надо сменить тему.

— Как дела с квартирой?

— Ты нас уже выгоняешь? — Оля сощурилась.

— Нет, — я растерянно захлопала глазами.

— Вот видишь!

— Что?

— Ты вкладываешь прямой смысл во фразу, у тебя нет скрытых намеков на желание нас выселить с Митькой, но другие могли бы решить, что ты нас выгоняешь… Это может быть расценено, как намек

— Но ты же…?

— Нет, — махнула рукой сестра, — я-то тебя знаю. И кстати, найти здесь друзей тебе бы не повредило.

— Зачем?

— Затем, что тебе нужны друзья. Когда ты переехала сюда, то стала какой-то чересчур замкнутой. Там ты спокойно, ну относительно, знакомилась и общалась с людьми, а здесь ты слишком сузила свой мир, солнышко. В конце концов, можно поискать на форумах того, кто будет тебе близок. Ну и стоит быть поприветливей, хотя бы с той же Машей.

— Да не хочу я с ней приветливой быть, — я сказала это, по-моему, слишком громко, Митя завозился, но не проснулся, а сестра покачала головой.

— Почему?

— Потому что… потому что… Неважно. В моей жизни последнее время и так слишком много событий, и я не могу позволить себе расточать ресурс на общение с человеком, который мне не нравится.

— Из-за крэйзанутой.

— И из-за этого тоже.

— А в чем еще причина?

— Я… не знаю. Просто так чувствую.

— Странно, ты не была предвзятой раньше.

— Умнею, наверное.

Оля засмеялась.

— Тетя за тебя страшно переживает. Мама говорила, как она нервничает.

— А почему она мне этого не говорит.

— Потому что не хочет тревожить тебя своими