Подарок на свадьбу бывшего - Диана Рымарь

Она позвала меня этим фото!

И я принял ее приглашение.

Решаю быть откровенным с Егине до конца:

— Тот факт, что она родила ребенка и сообщила мне об этом, говорит, что ничего между нами не кончено. И я чувствую, что нужен ей, ведь девочка такая кроха… Она теперь мой приоритет. Может быть, ты поймешь меня, когда родишь собственного ребенка.

— А почему твоя Рита не отправила фото вчера? — Егине смотрит на меня с яростью. — Ведь могла… Почему именно в день свадьбы?

Понятия не имею, но обязательно разберусь с этим позже.

— Да, было бы офигенно, если бы она отправила мне это фото вчера, но… — Я провожу рукой по лицу. — Факт остается фактом.

— Ты серьезно сейчас? — У Егине бешеные глаза. — Ты бросаешь меня?

Я смотрю на нее. На ее шокированное лицо, на слезы, которые вот-вот покатятся по щекам.

— Прости… Я возвращаюсь к бывшей.

По крайней мере эту жену я бросил, глядя ей прямо в лицо.

Глава 34. (Не)веселый банкет

Арнак

Когда мы с Егине возвращаемся в зал, нас встречает какая-то мертвая тишина.

Все гости сидят, как заколдованные, смотрят на нас с таким выражением лиц, будто мы покойники.

Что за черт? Только что же здесь был веселый банкет, музыка, смех…

Поднимаю глаза и чуть не падаю.

На огромном экране, где должны были крутить наше свадебное слайд-шоу, светится фото моей дочки. Вижу то самое личико с пухлыми щечками, что уже раз сто посмотрел у себя на телефоне.

Как это фото попало сюда? Кто…

— Арнак, — шепчет мне кто-то из кузенов, — это правда твой ребенок? Мы тут уже полчаса гадаем… Увидели в сториз твоей бывшей тещи фотографию малышки.

Полчаса гадают, значит…

Е-мое, значит, пока я исповедовался перед Егине, здесь разворачивалась целая драма. Все мои родственники, друзья, коллеги обсуждают мою личную жизнь, смотрят на фото моей дочки и строят догадки.

Подхожу к столу в центре, где еще недавно сидел. Чувствую, как у меня внутри все подрагивает от возмущения. Егине идет рядом, лицо у нее белое как мел.

— Я сейчас разъясню ситуацию, — говорю, пытаясь взять себя в руки.

Но не успеваю и рта открыть, как кто-то из гостей выкрикивает:

— Бедная Егине, как же она теперь будет…

И тут моя новоиспеченная жена окончательно сходит с ума.

— Это все неправда! — орет она так, что, кажется, дрожат стены. — Это не его ребенок! У него будет от меня ребенок, я ему рожу!

Что она несет? Все смотрят на нее с изумлением.

— Егине, ты беременна? — спрашивает ее отец, мой теперь уже бывший тесть.

Он подскакивает с места, пытается ослабить галстук на шее.

— В смысле — беременна? — взрываюсь я. — Мы с тобой не спали еще! Ты разве не девственница?

Произношу это и понимаю, что эта деталь не для посторонних ушей. Но ведь не спали же!

— Вы обещали мне! — визжит Егине, уже совершенно не контролируя себя. — Вы клялись, что если я разыграю все как по нотам, то он будет мой!

При этом она смотрит с гневом то на своих родителей, то на моих.

Стоп.

Что она сейчас сказала?!

«Разыграю как по нотам?»

Кто ей что обещал? О чем она вообще?

— По каким нотам? — спрашиваю, чувствуя, как злость поднимается где-то в груди.

Но сейчас не время разбираться в этом бреду. У меня есть дочь, которая нуждается в отце. Мне сейчас в аэропорт надо. Не хочу терять время на разъяснения этого бреда.

— В любом случае это неважно, — говорю громко, чтобы все слышали. — Я возвращаюсь к своей бывшей жене и ребенку. Простите, гости дорогие, но свадьба закончена.

И тут встает мой отец. Лицо у него красное, глаза дики. В жизни его таким не видел, он ведь всегда ни рыба ни мясо, а теперь ему будто вкололи приличную порцию бешенства.

— Это никакой не ребенок Арнака! — рычит он. — Эта Рита пытается развести нашего сына, как лоха, липовым фото!

Затем поворачивается к маме и вдруг выдает:

— Ты ведь кормила его суку противозачаточными! Какой может быть ребенок?

Слышу это, и время будто останавливается.

Я смотрю на отца, не веря собственным ушам. Что он сейчас сказал?

Перевожу взгляд на маму.

Она сидит с опущенной головой, лицо у нее виноватое, пепельно-серое. Собственно, ее я тоже никогда такой не видел.

И тут до меня доходит. Противозачаточные! Те самые «витамины», которые Лусине каждый вечер давала Рите. Я всегда думал, что это просто поддержка организма, ведь…

Боже мой. Они травили мою жену противозачаточными. Специально!

И при этом мать устраивала Рите скандалы на тему того, что та не беременела. Живьем ее за это съедала…

Чувство такое, будто мне харкнули кислотой прямо в душу.

Родная мама…

Смотрю на нее, и она сжимается под моим взглядом, становится какой-то маленькой, жалкой.

— Ты мне больше не мать! — выплевываю я с яростью.

Она вздрагивает, будто я ее ударил.

А у меня в голове мелькает калейдоскопом целая жизнь. Помню, как мать в детстве дула мне на разбитые коленки, ухаживала, книжки читала, любила. Как я ее любил. Столько лет мирился с ее самодурством, прощал ей все, старался наладить мир в семье.

В ответ на все она мне такую подлянку!

Сначала крыс в дом, а теперь еще и это.

Нормальная ли она женщина вообще? Адекватная ли? Как по мне, ни одна адекватная мать так себя не поведет.

Нет у меня матери после такого…

Все вокруг говорят одновременно, в зале ресторана стоит дикий гвалт.

Слышу, как кто-то из дальних родственников шепчется: «Позорище какое!», кто-то другой стучит вилкой по бокалу, пытаясь привлечь внимание. Запах дорогого парфюма смешивается с ароматом остывающих блюд на столах — баранины с травами, свежеиспеченного хлеба, шашлыка. От этого коктейля запахов начинает подташнивать.

В руке вибрирует телефон, на автомате активирую экран и вдруг вижу сообщение от бывшей тещи: «Я говорила с Ритой, она не удаляла сообщения, которое тебе отправила. Не наговаривай на мою дочь!»

Стою как обухом прибитый.

Финалочка.

Но я-то точно никакого сообщения не удалял!

И если бы Рита прислала мне сообщение, стопроцентно заметил бы его сразу. За сегодняшний день я без преувеличений заходил в телеграм триста пятьдесят раз, потому что телефон