Клуб голливудских девчонок - Мэгги Марр

Лидия Олбрайт прохаживалась взад-вперед в приемной Арнольда Мэрфи. Ее вызвали на «ковер», а уж как она старалась уклониться от этого визита! Лидия ждала Арнольда двадцать пять минут. В Голливуде пятнадцать минут ожидания допустимы, двадцать считаются провокацией, а полчаса — оскорблением. Лидия посмотрела на часы: у Арнольда есть три минуты и двадцать семь секунд, а затем она уйдет. Что за ублюдок, заставляет ее так долго ждать! Он получил их рабочий график и знает, что в ближайшие три дня Займар будет снимать самые динамичные, пиротехнически сложные планы. Следующие семьдесят два часа должны были решить судьбу фильма Лидии. Сегодня по графику — сверхмощная вспышка, кульминационный момент, а она торчит здесь, листает позавчерашний номер «Вэрайети» и наблюдает за тем, как референт Арнольда названивает по телефону. Уму непостижимо! Стрелка на часах дошла до цифры «6». Ну, все! Время деньги. Через час и сорок пять минут у нее вспышка стоимостью в пять миллионов долларов. Лидия встала и повернулась к чопорному референту Арнольда:

— Пожалуйста, передайте Арн…

— Мистер Мэрфи сейчас вас примет, — прервал он ее и поднялся. — Прошу.

Лидия открыла дверь кабинета и тотчас прикусила язык, чтобы не расхохотаться. Арнольд сидел за громадным письменным столом в большущем кресле-платформе, поднятом на максимальную высоту, и выглядел точно восьмилетний пацан, играющий «в босса» за столом своего папаши. «Так притворяться, что ничего не замечаешь, можно только в Голливуде», — подумала Лидия.

— Ли-и-ди-и-я-я, присаживайся, — как всегда нараспев, сказал Арнольд.

Джозанна Дорфман сидела в кресле рядом с Лидией, лицом к Арнольду.

— Доброе утро, Арнольд. Моя помощница, вероятно, что-то напутала. Я думала, встреча назначена на девять утра.

— Нет, она ничего не напутала. Мне надо было сделать несколько важных звонков. Сейчас я освободился и готов побеседовать с тобой. Джозанна будет присутствовать при нашем разговоре.

— Конечно. Чем обязана, Арнольд? Ты знаешь, что у нас сегодня ответственный день, мы снимаем самые трудные планы.

— Да, я слышал. Ну-ка посмотрим. — Арнольд заглянул в лежавшую на столе черную папку. — Похоже, ты укладываешься в график и смету, так?

Спокойный тон Арнольда изумил Лидию. Она ожидала, что он будет рвать и метать из-за мнимых издержек. Например, что самолеты обошлись в кругленькую сумму или что она допустила перерасход по оплате сверхурочных группе. Но с чего бы это он такой вежливый? Это сбивало с толку.

— Да, пока все идет гладко.

— Джозанна посмотрела рабочий материал и говорит, что он очень неплох.

— Просто великолепен, Лидия, — встряла Джозанна. — Пожалуй, это лучшая работа Займара.

— Ну и хорошо. — Лидия настороженно посмотрела сначала на Джозанну, потом на Арнольда.

— Значит, у нас есть все основания полагать, что ты уложишься в сроки и в смету?

— Да. В ближайшие три дня мы снимаем самые динамичные планы. Потом у нас пять дней на съемки других основных эпизодов, ну и наконец переходим к монтажу.

— Вот и замечательно. — Арнольд закрыл черную папочку. — Спасибо, что пришла. Когда закончишь съемки, мы еще побеседуем.

— Это все? — Лидия помолчала, глядя на карлика-босса за письменным столом. — Арнольд, сегодня в семь утра я получила пять сообщений подряд с требованием прибыть сюда к девяти, иначе запланированные на сегодня съемки не состоятся. Я примчалась со всех ног и полчаса ждала в приемной, пока ты наговоришься по телефону. После чего ты заявляешь, что я делаю отличный фильм, задаешь пару вопросов и говоришь, что я свободна. Извини за выражение, Арнольд, но что это за дерьмо?

Мэрфи откинулся на спинку кресла и покачал головой:

— Вот именно из-за такого поведения, Лидия, ты мне несимпатична. Ты вечно меня в чем-то подозреваешь. И хотя я вовсе не обязан делиться с тобой информацией, я это сделаю, поскольку мы коллеги. — Арнольд взял со стола папочку и передал ее Джозанне. — Сегодня я встречаюсь с Тедом Робиноффом, который поручил мне подготовить отчет по всем филь мам, находящимся в производстве на «Уорлдуайд». К поручению я отнесся достаточно серьезно, гораздо серьезнее, чем мой предшественник Уэстон, и лично побеседовал со всеми продюсерами, у которых есть фильмы в производстве. Ты, Лидия, оказалась последней, поскольку отказывалась отвечать на мои звонки.