Подходящая пара - Пола Хейтон

— О, Мартин! Как я могла? Обнаружив, что я не беременна, я поняла, что ты не обязан был жениться на мне, — тихо промолвила она. — Ты что, не понимаешь? Сказав тебе о ребенке, я заставила тебя вступить со мной в брак, который тебе был совершенно не нужен. Это было самое неподходящее для тебя время. Я имею в виду твою карьеру и вообще планы на жизнь.

Мартин кивнул головой, как бы соглашаясь с мнением Абигайль.

— Почему тогда ты не приехала на встречу со мной, когда получила мое письмо, а прислала вместо себя Хэмфри?

— Я была в депрессии. Ты ушел, у меня оказалась ложная беременность… Я чувствовала… — Абигайль замялась немного, но затем решительно сказала: — У меня было чувство, что на меня обрушился весь мир. Хэмфри уговаривал меня, что будет лучше, если свободный человек сам будет решать свою судьбу.

Она тяжело вздохнула.

— Свободный! — гневно воскликнул Мартин. — Ха! Ты ведь знаешь, что он предлагал мне деньги?

— Не может быть!

Он мрачно кивнул.

— Может. Он сказал мне, что ты хочешь расстаться со мной, и спросил, сколько мне нужно заплатить, чтобы я оставил тебя в покое. Твой отчим сказал, что не поскупится. Он даже пытался апеллировать к моей совести. Мол, если я действительно люблю тебя, как утверждаю, то должен освободить тебя. — Мартин презрительно скривил губы. — Хэмфри заявил, что ты можешь найти себе более подходящую пару.

— И ты поверил ему? — спросила Абигайль, еще не пришедшая в себя от шока.

Он поднес ее руки к своим губам и поочередно поцеловал каждый пальчик. Затем посмотрел ей в глаза.

— Я считал, что в его словах была доля правды. У меня тогда ведь ничего не было, даже перспективы. Я подумал о нашей с тобой скудной жизни. О том, что у нас было только два выхода — продолжать тянуть эту лямку или принять помощь от Хэмфри. Я решил, что ты, возможно, жалеешь о том, что вышла за меня замуж, и действительно сможешь устроить свою жизнь гораздо лучше. Я сказал Хэмфри, куда он может засунуть свои деньги, и ушел.

— Ничего удивительного в том, что ты так ненавидишь его, — сказала Абби. — Особенно после того, что он сделал с твоей матерью…

Мартин покачал головой.

— Я не ненавижу его, Абби. Мне просто его жаль. — Мартин провел указательным пальцем по вене, проступающей на запястье Абигайль. — Потом я увидел твои фотографии в газетах и подумал, что, наверное, правильно поступил, уйдя от тебя. У нас ведь не было ничего общего.

— Боже. — Абигайль вздохнула с грустью. — Как это все глупо. Мартин! Что ты делаешь?

Он взял ее за плечи и поднял с дивана.

— У меня такое чувство, — торжественно произнес он, — что ты хочешь воспользоваться моим телом. Что ж, даю тебе разрешение на это! — Мартин положил руку ей на плечи и повел к двери, ведущей в спальню.

Абби задрожала. Она испытывала приятное волнение и в то же время беспокойство. У нее было странное ощущение — она так долго ждала этой минуты, но сейчас почему-то вдруг оробела.

Он распахнул дверь и, не снимая руки с ее плеч, ввел Абигайль в спальню.

Первое, что увидела молодая женщина, было окно.

— Мне казалось, оно смотрит на город! — воскликнула она радостно. За окном спальни Мартина расстилалась бесконечная гладь океана.

Он удивленно посмотрел на Абигайль.

— Что?

— Вид из твоего окна! Из него же виден океан.

— Ничего не понимаю… — растерянно пробормотал Мартин.

— Келли сказала мне, что из окна твоей спальни открывается потрясающий вид на город! А это не так. Значит, она не была здесь.

Мартин схватил жену за плечи и вперился в нее сердитым взглядом.

— Разумеется, она не была здесь! Если я знаю какую-то женщину, то это не значит, что я сплю с ней. И вообще…

— Что вообще? — спросила она.

— Ничего. Это не имеет значения. В данный момент вообще ничего не имеет значения, кроме твоего поцелуя, любимая. Если ты сейчас же не поцелуешь меня, то я…

Она быстро поднялась на носки и прижалась к его губам.

Это был самый восхитительный поцелуй — нежный и в то же время страстный. Абби переполняли эмоции, и она готова была расплакаться, от счастья.

Он чуть отстранился от нее, с любовью глядя ей в лицо.

— Ты такая красивая, такая утонченная. Ты хоть понимаешь сама, какая ты есть?

— Ты тоже красивый, — пролепетала Абби с дрожью в голосе.

Мартин снял с нее зеленую блузку, и теперь она стояла перед ним в боди и джинсах. Он провел пальцем по контуру ее груди.

— Кто бы ни изобрел эту штуку, — проворчал Мартин, — он был садистом. Представляешь, сколько потребуется времени, чтобы вытащить тебя из нее.

— Не знаю, не знаю, — проворковала Абби. — Тебе следует поискать застежку.

— Я думаю, что ты сама должна показать мне ее, — сказал Мартин, подошел к кровати и лег на нее, положив руки под голову. Он смотрел на Абигайль из-под полуприкрытых ресниц.

Ей еще ни разу не приходилось заниматься стриптизом. Она скинула туфли и вылезла из джинсов. Теперь на ней осталось только белоснежное боди, которое плотно облегало ее тело, подчеркивая каждый его изгиб. Молодая женщина почувствовала смущение.

— Иди ко мне, — позвал ее Мартин, словно поняв ее состояние. Он распахнул свои руки, и Абби с радостью бросилась в его объятия. — Хочешь, чтобы я помог тебе?

— С удовольствием.

Он скользнул пальцами по ее грудям, спустился к животу и ниже, пока, наконец, не нащупал три маленькие кнопки.

— Ммм, — блаженно произнес он. — Беру свои слова обратно.

Абби испытывала сладкую муку, когда пальцы Мартина начали расцеплять первую кнопку. Но вот он справился с ней, и Абби чуть не простонала вслух, не в силах выносить медленные движения рук Мартина, принявшегося за вторую кнопку. Он что, нарочно тянет время, чтобы помучить меня? — подумала она, чувствуя невыносимое томление во всем теле.

Легкий щелчок, и со второй кнопкой было покончено. Абби чувствовала, что умрет, если Мартин не дотронется до нее сию же секунду.

Но вот третья, последняя, кнопка щелкнула и открылась, и из груди Абби вырвался вздох облегчения, тут же перешедший в стон наслаждения, когда пальцы Мартина начали медленно скользить по ее обнаженной плоти. У Абби возникло ощущение, что она превращается в горячий, тягучий мед.

— Если подумать, — пробормотал Мартин, испытывающий, очевидно, такие же эмоции, — то эта штука на самом деле очень удобна. Представляешь, в любое время и в любом месте…

— Тихо, — оборвала его Абби и потянула к себе его голову для поцелуя.

Казалось, что этот поцелуй будет продолжаться вечно. Абигайль, во всяком случае, хотела, чтобы это было именно так. Но у Мартина на этот счет были свои соображения.