Роковой выбор - Виктория Холт

Решение было принято.

* * *

Доктор Кен был доволен моим решением.

– Вы поступаете правильно, – сказал он. – Вами руководит Господь.

Я призвала Зулстайна, и, когда он явился, мы с доктором Кеном ожидали его.

Он был немолод, лет на пять старше Уильяма, но он был хорош собой. У него был благородный, хотя и несколько суровый облик, говоривший о немалой внутренней силе. Я понимала, что мне потребуется все мое вновь обретенное мужество, чтобы иметь дело с этим человеком. Но рядом со мной стоял доктор Кен, один из самых красноречивых и убедительных проповедников, каких я когда-либо слышала.

Я начала с того, что рассказала ему все, что мне было известно о Джейн Рот, о ее положении и его вине в этом.

Он был ошеломлен и не нашелся, что возразить.

– Вы не отрицаете, что эта молодая женщина ожидает от вас ребенка, – сказал доктор Кен. – Вы обещали жениться на ней, и вы должны выполнить свое обещание.

– Я бы женился, если бы мог, – сказал Зулстайн.

– Вы уже женаты? – спросил доктор Кен.

– Нет.

– Тогда нет никакой причины, по которой ваш брак с Джейн Рот не мог бы состояться.

– Вам известно о моей связи с Оранским домом.

– Я знаю, что ваш отец был внебрачным сыном Фридриха-Генриха Оранского.

– Тогда вы должны меня понять.

– Боюсь, что я вас не понимаю. Если мужчина обещает жениться, он обязан сдержать свое обещание, или в глазах Всевышнего он будет предателем и лжецом, а для таковых нет места в царствии небесном.

Зулстайн начинал чувствовать всю сложность своего положения. Он обратился ко мне:

– Ваше высочество поймете меня. Принц желает, чтобы я вступил в брак из государственных соображений. Это уже обсуждалось.

Присутствие доктора Кена придало мне сил.

– Это было до того, как стал известен результат вашей связи с моей фрейлиной, – сказала я твердо. – Теперь положение, естественно, изменилось. Вам остается только один выход. Я разделяю мнение доктора Кена. Не должно быть никаких отсрочек. – Государыня… ваше высочество… принц будет очень недоволен.

– Речь идет о моей фрейлине, – ответила я, – и поэтому здесь я решаю. Я не могу поверить, чтобы член Оранского дома допустил бесчестье. Я прошу вас серьезно задуматься над этим. Завтра вы придете ко мне и дадите мне свой ответ, а я буду молиться, чтобы он был честным и достойным.

– Я пойду с вами, сын мой, – сказал доктор Кен, – и мы станем вместе молиться и просить Бога руководить вашей совестью.

Я сказала уже, что доктор Кен был одним из самых красноречивых проповедников, каких я когда-либо слышала. Я не знаю, что именно он говорил Зулстайну. Может быть, он убедил его, что в случае отказа от женитьбы ему грозит вечное проклятие; может быть, Зулстайн и вправду любил Джейн. Во всяком случае, он согласился жениться, и, не теряя времени, доктор Кен сделал поспешные приготовления для церемонии.

Обряд был совершен в моей собственной маленькой часовне, и Джейн Рот стала женой Зулстайна.

* * *

Когда Уильям вернулся и узнал о происшедшем, он был поражен и разгневан. Я не знаю, что он сказал Зулстайну, сообщившему ему обо всем. Когда он явился ко мне, я увидела, что он с трудом сдерживал бешенство. Внутренне я трепетала, но внешне постаралась не выказать страха.

– Зулстайн женился на этой девчонке! – закричал он. – Кто она такая? Ничто… ничтожество! А он мой родственник! И вы дали согласие на этот брак! И не только дали согласие, но поощрили их, настояли на нем.

Я услышала свой собственный вызывающий голос:

– Этот брак должен был состояться несколько месяцев назад.

– Вы что, забыли, что он член моей семьи?

– Тем больше должно у него быть оснований выполнять свои обязательства.

Я чувствовала, что мужество изменяет мне и что в любой момент я могу признаться, что была не права. Но какой-то внутренний голос говорил мне, что я должна оставаться сильной. Если я позволю себе сдаться сейчас, он станет еще больше презирать меня. Я была вынуждена проявить твердость. Он не осмелится повредить мне, слишком важную роль я играла в его замыслах.

Подняв голову, я сказала:

– Я сделала то, что доктор Кен и я нашли справедливым.

– Опять все дело в этом надоедливом…

– Доктор Кен – хороший человек, – сказала я. – Он дал понять Зулстайну, в чем заключался его долг.

– Одна бы вы… – он не продолжал. Я увидела в лице его недоверие. Он думал, что я не решилась бы на такой поступок, если бы доктор Кен не убедил меня.

– Джейн Рот – моя фрейлина, – сказала я холодно. – Следовательно, она находится под моим покровительством. Я считаю своим долгом настаивать, чтобы ее права были соблюдены.

Такая перемена во мне озадачила его, он насторожился и сбавил тон. Я поняла, что поступила вдвойне правильно: отстояв права Джейн, я тем самым укрепила и свои позиции.

Доктор Кен прислушивался, вероятно, к нашему разговору в соседней комнате, ибо как раз в этот момент постучал и попросил разрешения войти.

– Войдите, войдите! – воскликнул Уильям. – Как я слышал, вы взяли на себя труд устроить женитьбу моего родственника.

– Запоздалая, но необходимая церемония, – сказал доктор Кен.

– Какая дерзость, – возмутился Уильям, вымещая свой гнев против меня на докторе Кене. – Вы явились сюда, чтобы подстрекать принцессу противоречить моим желаниям.

– Это было мое собственное решение, – сказала я, чувствуя себя смелее в присутствии доктора Кена.

– Я не сомневаюсь, что это он вам посоветовал.

– Принцесса способна и имеет право, подобающее ее рангу, принимать свои собственные решения.

Этим он напоминал Уильяму, что тот должен вести себя со мной осторожнее, и глаза Уильяма блеснули гневом.

– Вы вмешиваетесь не в свое дело, – сказал он. – Пожалуйста, в будущем предоставьте вопросы, которые выше вашего понимания, решать тем, кого они касаются, и приберегите ваши представления о добре и зле для тех, кто пожелает вас слушать. И запомните: я не потерплю, чтобы вы вмешивались в дела моей страны.

– Я прибыл сюда, чтобы исполнять свое призвание, – отвечал доктор Кен, – и ничто мне в этом не помешает.

– Я еще раз повторяю, что не позволю вам вмешиваться в мои дела, – сказал Уильям.

– Ваше высочество, я не могу допустить, чтобы мне препятствовали в исполнении моего долга, и потому потороплюсь с отъездом в Англию. Там найдутся люди, которые с сочувствием выслушают известия о том, какому жестокому обращению подвергается принцесса.