Дезире - значит желание - Барбара Картленд

— Я весь вечер надеялся, что встречу вас сегодня, — сказал герцог по-английски, и Корнелия увидела, как он склонился к руке Рене и по европейскому обычаю поднес ее к губам.

— Очень приятно вас видеть, — ответила Рене. — Вы, как всегда, выглядите великолепно. — Герцог поклонился. — Должна заметить, таким комплиментом я нечасто награждаю англичанина.

— Как дела, Блайт? — спросил герцог, протягивая Арчи руку.

— Жив пока, — ответил Арчи. — Как там Лондон?

— Скучный и пыльный, — ответил герцог.

Разговаривая, он смотрел на Корнелию, которая делала вид, что не замечает его. Только ее пальцы крепко сжимали тонкую ножку бокала.

— Вы не представите меня своей подруге? — обратился герцог к Рене, понизив голос.

Она улыбнулась ему, но покачала головой:

— Нет, мой дорогой, это было бы ошибкой. Эта дама не для вас.

— Что вы хотите этим сказать?

Герцог был заинтригован, чего и добивалась Рене.

Поскольку он уже долго стоял у столика, внимательный официант принес ему стул, и он сел спиной к залу, лицом к Рене и Корнелии.

— Она уже занята, — объяснила Рене.

— И только поэтому я не могу с ней познакомиться?

Рене пожала плечами:

— Она очень привлекательна, но очень сильно влюблена.

— И все же я хотел бы быть ей представленным.

— Что ж, если вы настаиваете, — сдалась Рене. Она наклонилась вперед, чтобы привлечь внимание Корнелии: — Дезире, позволь представить тебе герцога Рочемптона. Моя подруга, мадемуазель Сент-Клу.

Герцог встал. И когда Корнелия протянула руку, он прикоснулся к ней губами, потом неторопливо обошел вокруг стола и сел рядом с ней.

— Вы живете в Париже? — спросил он, говоря по-английски, как говорил до этого с Рене.

— Нет, месье, я остановилась у своей подруги Рене, — ответила Корнелия с акцентом, который на ее слух звучал убедительно.

— Это замечательно, потому что мадам де Вальме также и мой очень хороший друг.

— Вот как?

— Я буду очень часто навещать ее, пока я в Париже.

— Это будет очень приятно… Рене. Небольшая пауза сделала свое дело.

— И это все? — тихо спросил герцог.

— Что же еще?

— Я надеялся, что и вам, может быть, будет приятно меня видеть!

— Но, месье, как я могу это знать? Я никогда раньше вас не видела. Вы можете мне не понравиться.

— Обещаю вам, я буду очень стараться вам понравиться.

Корнелия засмеялась:

— Мне следует поблагодарить вас за это?

Она сделала глоток вина и решила, что оно, должно быть, ударило ей в голову. До чего было легко флиртовать, быть остроумной, говорить так, чтобы самые обычные слова приобретали особый смысл. Разумеется, помогало то, что она была одета иначе и знала о своей привлекательности.

— Вам очень повезло, — обратилась Рене к герцогу. — Наш второй кавалер заболел в последнюю минуту. И теперь, если вы хорошенько попросите, я позволю вам остаться.

— Замолвите за меня словечко, — проговорил герцог умоляющим голосом, повернувшись к Корнелии.

— А ваши друзья? Разве их не огорчит ваше отсутствие? — спросила она.

— Я здесь один, — ответил герцог. — И скучаю. То есть скучал, до этой минуты.

У него в глазах появилось такое выражение, которое заставило ее быстро отвести взгляд. Никогда прежде она не видела его таким, как сейчас, — веселым, молодым, галантным. Раньше он всегда казался серьезным. Возможно, из-за интриги с тетей Лили, подумала Корнелия. Должно быть, он ненавидел роль, которую был вынужден играть, и ложь, которую должен был произносить.

Официант принес ему бокал и налил шампанского. Он поднял бокал и сказал:

— За ваши прекрасные глаза, мадемуазель. Корнелия тоже подняла свой бокал:

— Мерси, месье. Мне хотелось бы выпить за вас, но я… не знаю, что сказать.

— Выпейте за нашу следующую встречу, — предложил герцог.

— Но что, если ее не будет?

— Будет, — твердо сказал он. — Клянусь.