Клон. История любви - Габриэлла Лопез

— Правильно, не нужно портить такой чудес­ный день из-закакой-то чепухи, — вмешалась Далва, уже явившаяся в комнату.

— Прости... — Лукас покорно надел кольцо на палец жены.

— Я всегда была очень тактична, но теперь требую: не надовмешивать Жади в нашу семей­ную жизнь! Если я проглочу твой сегодняшнийпоступок, то весь медовый месяц ты будешь рас­сказывать мне, как скучаешь безнее. Осталось только, чтобы ты поплакал у меня на плече...

— Маиза, я же попросил прощения, хватит о ней говорить... —попросил Лукас.

— А тебе хватит о ней думать, — дрожащим от слез голосомответила молодая жена.

Она вышла из дома с" гордо поднятой головой. Лукас велновобрачную с обреченным видом.

— По-моему, ты просто помешан на мысли о ребенке, — сказалаЭдна мужу. Она стала подо­зревать его в том, что он сделал какую-то ошиб­ку,когда создавал эмбрион. И даже недавно ска­зала ему об этом, но профессоробъявил, что если кто-то и сделал ошибку, то это Симона, переса­дившая не тотэмбрион. — Как знать, может, ско­ро я преподнесу тебе сюрприз, — продолжалаЭдна с победным видом. — Тебе нужен свой ре­бенок, это точно!

Она с гордым видом ушла, а бедняга Албиери, постояв внедоумении, заторопился в клинику к Деузе.

Она рассказала профессору о родимом пятне, которое нашел умальчика педиатр. Тот утверж­дал, что оно передается от матери, и не мог по­нять,откуда взялось пятно у ее сына.

— Я сам поговорю с педиатром! — сказал Аугу­сто и взялмалыша на руки.

Албиери рассматривал ребенка и размышлял, стоит ли заявить оего появлении в научном мире. Видя, как нежно доктор обращается с ребенком,Деуза попросила его стать крестным. Профессор предложил назвать мальчика Диогу.Деузе было все равно... Это второе имя, первое в любом слу­чае будет Эдвалду...Но ее беспокоило, что маль­чик не похож на нее, негритянку, ребенок родил­сясветлокожим.

То же самое отметила и Иветти, которая заб­рала Деузу сребенком к себе. Молодая мать рас­сказала подруге, какое второе имя придумалдля ребенка профессор, но Иветти отговорила ее на­зывать сына именем трагическипогибшего чело­века.

— Это плохая примета, — сказала она и вновь задумалась,почему ребенок так не похож на мать.

Эдвалду категорически отказался идти на кре­стины, а Албиерипредложил новое второе имя для ребенка — Леандро, и Деуза согласилась.

Но Эдвалду все же явился в церковь и наблю­дал за церемониейиздалека. Он упрямо твердил своему святому, что Деуза ему больше не нужна,пытаясь убедить самого себя в этом.

Жади собиралась идти к дяде Али, но Назира остановила ее,заявив, что хочет чаю.

— Чай может принести служанка! — ответила Жади, и золовкапривычно возмутилась. Она, как всегда, искала лишь повод, чтобы прицепиться ксвоей молодой невестке.

— Ты прикидываешься овечкой, но не любишь Саида! Тынепорядочная! — закричала она.

Назира была во многом права, но кто же лю­бит правду? Жадитоже не выдержала и вспы­лила.

— Вы просто не выносите, когда ваши братья смотрят на другихженщин! — закричала она.

— Что ты несешь? — ахнула ошеломленная На­зира.

— Ни я, ни Латиффа не виноваты, что вы не можете выйти заних замуж, потому что это зап­рещено! А вы срываете зло не нас!

Жади ушла к дяде, а у Назиры началась исте­рика. Онапотребовала служанку немедленно при­вести ней Саида.

— На Западе все так странно... Дома женщи­ны одеваютсякое-как, ходят растрепанные, а на улицу надевают свою лучшую одежду, душатся ду­хами.Нужно стараться выглядеть красивыми для того, с кем живешь, а они пытаютсяпонравить­ся прохожим на улице. Поэтому и браки у них длятся недолго, — говорилАли племяннице.

Он пробовал защитить ее от нее самой. Жади не ценит своегосчастья и считает себя обездолен ной, вздохнул про себя Али. Тот, кто непопробо­вал горького, не почувствует вкуса сладкого.

— Это когда женятся не по любви. Без любви все проходитбыстро, — заметила Жади, слегка вышедшая из своей депрессии.

— Ты несчастлива с Саидом? — Али взглянул на неевнимательно.

— Он очень добр со мной, — со слезами на глазах прошепталаЖади.

Но на этот раз Саид был не таким уж добрень­ким. Он пришелза женой в дом Али и отчитал ее за то, что она обидела Назиру.

— Сделай, как он хочет, потом ты разберешь­ся с Назирой,будь похитрее, — шепнула Зорай­де Жади, но та была слишком возмущена, чтобыпокориться.

Ее не устраивало, что хозяйка в ее доме — зо­ловка.

Жади принесла чаю Назире, которая лежала на диване. Назирахитро посмотрела на невест­ку, с удовольствием смакуя свое превосходство.

Молодожены приехали из свадебного путеше­ствия безумнодовольные. Маиза поделилась с Далвой — Лукас вел себя как любящий муж, все былоотлично! Довольный Леонидас сказал сыну, что пришло время как следуетпоработать на предприятии.

Старший Феррас передал дом в руки молодых, решив, что самбудет жить на правах постояльца. Но он поторопился. Когда Маиза загореласьидеей от­ремонтировать весь дом, а в комнате Диогу сделать детскую, Леонидастотчас воспротивился этому.

— В остальной части дома делайте, что хотите! Но комнатамоего сына принадлежит мне, ее не трогайте!

Маиза явно осталась недовольна. Она никак не моглауспокоиться из-за того, что свекор не да­вал ей навести в доме свой порядок. Исчитала Лукаса виноватым в том, что ее мнение для Лео­нидаса ничего не значит.Но Лукасу было все рав­но, он не вмешивался и хотел, чтобы жена и отецдоговаривались между собой сами.

Маиза попыталась передвинуть кресло в гости­ной, ноприбежала Далва и приказала не трогать его, потому что на нем любил сидетьДиогу. Лукас наблюдал эту сцену с балкона. Маиза сердито про­бежала мимо мужа,и он пошел за ней в спальню.

— Лукас, я хочу иметь свой дом! Я не хочу жить в доме, где ядаже кресла не могу переста­вить! О каком ремонте может идти речь?! — зак­ричаламолодая жена.

Лукас нервно почесал нос.

— Не трогай вещи Диогу, а остальные пере­ставляй, как хочешь!

— Какие остальные?! Разве они есть? В этом доме Диогуповсюду! Все напоминает о нем! Все должно быть так, как оставил Диогу! Как тымо­жешь так жить?! Сомневаюсь, что Диогу терпел бы все это! Он бы перекрасилвесь дом, переста­вил бы всю мебель, убрал бы все портреты и в две минутыпокончил бы с этим трауром!

— Да, Диогу так бы и сделал, — улыбнулся Лу­кас.

— А ты?! Что ты намерен делать? Либо это и наш дом тоже,либо нет! А если нет, то мы пере­едем.

— Успокойся, ты слишком нетерпима, — не­возмутимо сказалЛукас и отправился на работу, оставив Маизу на грани истерики.