Домик номер десять - Наталия Романова

— Да! А он бы спросил Матвея, а он бы не разрешил! Лето — время отдыха! Он только читать заставляет, а компьютер не разрешает! И интернет не разрешает!

— Правильно делает, — подвел итог страстной тираде Миша.

— Нет! Я хочу Розочку и Беляночку! И на тортике Розочку и Беляночку. И гномиков. И собачку. И шарики!

— Не напомнишь, почему я вас балую?

— Потому что ты наш папа, вот и балуешь. А Матвей нас воспитывает. Только иногда наоборот. Нас только бабушка не балует, она и вас не балует, а только Феофана!

— И в кого ты такая умная, — засмеялся в голос. — Ладно, беги, тебя подружка заждалась, — показал рукой на скромно стоящую в стороне Олесю. — Я попробую поискать аниматоров, — вздохнул.

— Грандиозный праздник вы затеяли, — улыбнулась Роза.

— Обычный, даже скромнее. Не могу им отказывать в такие дни, — неопределенно ответил, а Роза решила не спрашивать.

Наверное, мужчине сложно воспитывать детей без жены. Никакой Матвей или бабушка не заменят детям маму. Оттого и балует их отец… но что Роза понимает в детях? Она с ними и общаться-то толком не умеет, и не хочет своих, во всяком случае, в ближайшие лет пять-семь, а потом уже можно и задуматься о материнстве. Может, к тому времени база отдыха — ее настоящее детище, — станет коммерчески выгодным предприятием, приносящим стабильный доход, может, они даже разрастутся, откроют филиал, а то и два. А Роза сможет себе позволить уделять время ребенку и даже не работать какое-то время…

— Ты уже знаешь, что придумала Светик на день рождения? — выпалила Альбина, как только Роза переступила порог веранды.

— Розочку и Беляночку.

— Слушай, а давай, мы их сыграем.

— Ты с ума сошла? Какой из меня детский аниматор?! Я в этом ничего не понимаю, я и сказку-то не помню, если честно. Костюмы нужны к тому же.

— Костюмы там простые, — начала перечислять Альбина. — Мама может сшить жилетки, фартуки, а подходящие платья найти не сложно. Это же игра, все условно. Поиграем немножечко с детьми, проведем викторину, конкурсы, раздадим подарки. Светику радость, а нам плюшки!

— Какие плюшки? — Роза смотрела на сестру, как на умалишенную. Какие могут быть плюшки от переодевания в сказочных персонажей.

— У тебя совсем нет фантазии, Роза. Подумай.

— Не хочу я думать, мне убираться надо, сегодня у Галки выходной.

— Вот будешь убираться, и подумай! А еще лучше, когда пойдешь убираться в десятый домик, надень коротенькую юбку, мгновенно улучшит сообразительность.

— Бывает такое, когда ты не думаешь о сексе? — Роза почти зашипела. Даже в периоды вынужденного «голода» Роза не думала столько о сексе, сколько Альбина в разгар романа.

- Нет, — простодушно ответила сестра. Розе осталось только закатить глаза.

И все же, реплика Альбины сделала свое черное дело. Роза то и дело возвращалась к мысли о короткой юбке, почему-то в складочку, даже пожалела, что не ввела форму горничной, правда, Галке эта форма шла бы, как корове седло, а вот Розе бы пригодилась. Сегодня. Тем более, после обеда дружная компашка «Русского богатыря» разбрелась по домикам, а значит, и Матвей будет у себя, в десятом. Все это, включая порнографические картинки, от которых бросало то в жар, то в холод, не давало сосредоточиться Розе.

Кое-как убравшись в пяти домиках, Роза плюнула на порядок, тем более, в оставшихся жили студенты, которые лишь изредка появлялись на базе, используя ее как перевалочный пункт, и в это время безбожно пьянствовали, и вряд ли их волновала чистота помещения. Достаточно было холодной минералки на утро и наличия разливного пива в баре. То и другое Роза обеспечивала.

Она проскользнула в дом, вытащила самую короткую юбку, которая была, не в складку, как мечталось. Летнюю, почти пин-ап, длина не соответствовала стилю, и топ с отделкой в цвет юбке. Какой леший дернул Розу купить этот комплект, беспощадно подчеркивающий ее бедра и грудь? Видимо, вселенная была в курсе предстоящих событий, ничем иным это объяснить нельзя.

Переодела белье, согласно случаю, нацепив соблазнительное кружево на попу и грудь. Заколка с огромным цветком, обувь и капелька духов завершили образ. Все же, не зря она столько лет прожила бок о бок с сестрой. При всем равнодушии к украшательствам собственной персоны и прагматичном подходе к выбору одежды, Роза имела стратегический запас красивого белья, фривольных нарядов и умела, в случае надобности, воспользоваться всем этим.

Отдышалась перед дверью в десятый домик, воровато оглянулась — не хватало, чтобы кто-нибудь увидел ее в таком фривольном виде на пороге домика Матвея. Особенно мама. Всегда смотрящая сквозь пальцы на интимную жизнь дочери, ее быстротечные романы и очередной крах личной жизни, мама вдруг начала активно интересоваться личностью братьев Розенберг, особенно Матвея, его семьей, родителями и даже жилой площадью. Не уставая, между делом, ввернуть Матвею пару замечаний о достоинствах дочери, а то и о биологических часах, которые, по мнению мамы, и у русского богатыря Розенберга М. тикали. «Не в сорок же рожать детей. В сорок уже не захочется…» — глубокомысленно сетовала между делом.

— Уборку заказывали? — вплыла в домик.

Матвей лежал на кровати, растянувшись во весь рост, закинув одну руку под голову. В белой майке и светлых, очень тонких, джинсах. Приподнялся, оглядел вошедшую с головы до ног, улыбнулся и произнес серьезным тоном:

— Да, приступайте, — и улегся обратно, уставившись в телефон с равнодушным видом.

Роза прошла мимо кровати, физически ощущая искры вокруг Матвея, при этом он листал вкладки и с интересом вчитывался в строчки новостей. Взяла салфетку для протирки пыли, повернулась спиной к кровати, прогнула спину и стала с усердием протирать комод и стоящий на нем телевизор, выдвигая ящики, поглаживая металлические ручки, нагибаясь ниже и ниже, выставляя краешек трусиков напоказ.

Медленно перешла к тумбочке, она была ниже, так что пришлось нагнуться еще ниже, на этот раз юбка задралась, оголяя ягодицы, пышные складки скользнули вниз и собрались впереди, демонстрируя откровенное розовое кружево. Немного развела ноги и прогнулась сильнее, чем требовала «уборка», продолжая протирать поверхность тумбочки, в такт покачивая бедрами.

Так же была уничтожена пыль и со второй тумбы, протирая дверной косяк, который в этом не нуждался, Роза эффектно приседала, выгибалась и делала развороты, вспомнив все, чему ее научили на занятиях по пилону.

Матвей все так же спокойно лежал, правда, телефон отложил в сторону и пожирал глазами «горничную». Когда же Розе понадобилось провести по спинке кровати, убирая оттуда несуществующую пыль, для этого наклонившись и демонстрируя декольте перед лицом мужчины, она почувствовала кожей горячее, опаляющее дыхание, неровное, от которого покрылась мурашками, но продолжила с независимым видом водить рукой по спинке.