Домик номер десять - Наталия Романова

Туда-обратно. Обратно и туда.

Да, она соблазняла Матвея, и он соблазнялся, еще как, даже широкие джинсы уже не скрывали внушительный результат, но при этом заводилась сама, кажется, даже сильнее объекта соблазнения. Если она нагнется — тоже будет наглядно.

Не хотелось, чтобы эта игра заканчивалась. Розу нещадно возбуждала невозмутимость, с которой полулежал Матвей, опершись спиной о подушку, наблюдал за ее действиями, и она продолжила. Начав мыть полы, руками, прогнувшись не просто соблазнительно, а пошло, выставляя напоказ собственную похоть. С кровати послышалось дыхание со свистом, как у астматика, бормотание, сдержанный стон. Роза двинула попой в такт тряпке и снова услышала бормотание.

— Что-то не так? — обернулась через плечо и растянула в улыбке губы в алой помаде.

— Все отлично, продолжайте.

И Роза продолжила. В нее словно вселился бес соблазнения, поцеловала в лоб Афродита, благословив на разврат, гуру эротической индустрии должны были встать в очередь, чтобы лицезреть все то, что проделывала Роза, изображая «горничную», и, конечно, Матвей сдался.

Она только и почувствовала сильный захват руки вокруг талии, вторая скользнула под бюстгальтер и сильно сжала сосок. Роза была прижата спиной к груди Матвея, рвано дышала, ее трясло от ощущения тепла сильного мужского тела, прижатого максимально сильно, красноречивой эрекции, упирающейся в поясницу, и жара между своих ног. Когда рука беззастенчиво оказалась в трусиках, а пальцы начали осторожно поглаживать, игнорируя самые чувствительные места, Роза захныкала.

— Ты понимаешь, на что ты меня провоцируешь? — баритон был хрипловатым.

— На что? — удалось проговорить сквозь собственный стон.

— У тебя настолько аппетитная попка, что я никак не смогу отпустить тебя, не трахнув ее.

Она застонала еще сильнее. Грубое слово, сказанное Матвеем, сама мысль о возможном альтернативном способе получении удовольствия, почти добили Розу, она была близка к оргазму от одной мысли, но Матвей, как специально, не прикасался в самой важной для этого точке.

— У тебя есть опыт, ты не против? — так же хрипло проговорил.

У Розы опыт был, давно и не самый удачный, но противницей она не была, скорее не доверяла никому настолько, чтобы рискнуть, да и не хотела никогда настолько отчаянно конкретного мужчину, что была готова на что угодно. Прямо сейчас — буквально на все.

— Да. Нет, — пролепетала Роза. — То есть, я не уверена, — почувствовала скольжение пальца рядом с клитором. — Да! — вырвалось, для наглядности даже истово закивала. — Да, да, — шептала и терлась попой о член в плену джинсов.

— Хорошо, — довольно промурчал Матвей и начал гладить везде, где мог достать, благо Роза предоставила свое тело в полное распоряжение мужчины, не в силах решать или проявлять инициативу. Она позволила снять с себя топ и лифчик, дала наиграться с собственной грудью, переходя от хриплого дыхания к вскрикиваниям и протяжным стонам.

На ней осталась одна юбка, обрамляя бедра яркой волной, подчеркивая белизну и округлость попы. На Матвее не было одежды, Роза лично позаботилась об этом, с маниакальным вожделением проводя руками по грудным мышцам, прессу, хватаясь за упругие ягодицы.

Стоя в коленно-локтевой позиции Роза поигрывала языком с головкой члена, чувствуя, как пальцы Матвея в массажном скольжении проводят по тому месту, которое она согласилась предоставить, ныряя то одним, то двумя, а то и тремя сразу, растягивая и подготавливая. Благо рост Матвея позволял предаваться столь неоднозначному наслаждению. Это было порочно, словно здесь присутствовал еще один мужчина. Ведь Роза имела удовольствие делать минет и наслаждаться откровенными ласками одновременно.

Матвей развернул девушку к себе тылом, когда та была в трех секундах от оргазма, снова не дав ей кончить, подложил подушку под живот и опустил ее, пододвигая попу ближе к себе, раздвигая снова ягодицы, вставив сразу два пальца, а затем три. Роза всхлипнула от удовольствия, а еще больше — от желания кончить. Почувствовала член, замерла, вдруг испугавшись боли. Но ее не было, напротив, она поняла, что подается сама, торопя события, а Матвей сдерживает ее порывы рукой, действуя деликатно.

Мужской лобок, коснувшись ставшей чувствительной кожи, раздразнил волосками, и Роза захныкала от удовольствия, понимая, что он вошел целиком. А ей хочется еще, ответом на хныканье стало скольжение из, а потом снова внутрь. Туда и обратно. Обратно и туда. Постепенно наращивая темп и амплитуду, вколачивая с силой, методично и безостановочно. Пока, наконец-то, одно движение пальца по клитору не заставило Розу закричать и корчиться от сотрясающего всю ее сущность оргазма, понимая, что Матвей кончил следом, так же бурно и громко.