Вето на девочку - Виктория Волкова

И с Тавлеем породнюсь. Одни плюсы от сделки.

«Я скоро вернусь, малыш», – отправляю сообщение Насте, как только самолет приземляется.

«Жду тебя», – откликается она тут же.

«Чем занимаешься?» – спрашиваю осторожно. Неужели все еще плачет?

Да я убить готов за каждую ее слезинку. Вот только к Кате это не относится. Я же не Тарас Бульба. Детьми не разбрасываюсь. Катя – мой первенец. Непутевый. Глупый. Но родной. Наверное, поэтому и больно так. Не только из-за Насти.

Неужели нам с Риткой так и не удалось воспитать нормального человека.

«Дифуры решаю в наушниках», – запоздало отвечает мне любимая.

«Наушники зачем?» – отправляю несколько смеющихся смайликов.

«Музыка орет на весь дом. Гости собираются», – пишет Настя и добавляет несколько печальных рожиц.

«Спустишься?»

«Наверное, надо. Но я не хочу».

«Смотри по настроению. Если слишком тяжело, дождись меня. Вместе поздравим!»

«Хорошо», – коротко отвечает Настя. А меня и весь бизнес-класс приглашают на выход.

По соединяющему коридору бреду в зал прилетов и сразу оттуда шагаю на посадку, где в лонж-баре меня уже ждут Тавлеевы.

Вадькину лысую башку я замечаю издалека. А рядом крутится крепко сколоченный детина. Точь-в-точь такой, как сам Тавлей лет двадцать назад. Та же набыченная шея и взгляд «а че такова?».

Обнимаюсь со старым другом, радуясь встрече.

По привычке тремся щеками, а потом яростно сжимаем друг друга в объятиях. Даже кости трещат. Эрика по-свойски хлопаю по плечу. А он, как щенок, срывается с места.

– Крестный, прости. Все далеко зашло. Мне Настя эта понравилась… Предлагал встречаться, а она ни в какую…

– И ты решил надавить? – усевшись за стол, заказываю чашку кофе.

– Я тебе мамины пирожки привез, – полушепотом заявляет Тавлей. Тянется к портфелю с Луи Виттоном на борту. Достает оттуда промасленный пакет. Тети Машины пирожки я обожаю. Целую вечность их не ел.

– Ни в каком кабаке такие не подадут, – охаю, доставая маленький аккуратный пирожок. Целиком засовываю его в рот. Внимательно смотрю на Эрика и велю, прожевав: – Давай выкладывай подробности.

– Да нет никаких подробностей, крестный, – вздыхает тот. – Я сам все замутил. Взял печатки разные. Ими с вечера настукал по куртке. А потом повесил ее в раздевалку перед дежурством Макаровой. Дождался перемены и предъявил…

– Катю мою защищаешь, молодец, – киваю с усмешкой. – И пирожки вкусные. Твой пахан знает, как меня угомонить. Вот только фигня получается, Эрик. Штампы, которыми ты разукрасил куртку, я Кате привез из Праги. Здесь, в России, такие не продавались. Значит, без моей дочери не обошлось.

– Катя помогла немного. Но я не понимаю, из-за чего шум. Макарова не обеднела. Мы с Катрин заработали. Ничего личного, онли бизнес.

– Ну я понял, – киваю коротко. Нет смысла ничего объяснять. В мире Эрика Тавлеева все гладко. Удалось раскрутить на бабки девчонку и хорошо. Никто не умер. – Это я забираю, – киваю на пакет с курткой. – И это тоже, – прихватываю пирожки.

Ясен пень, зачем их привезли. Меня разжалобить. Значит, есть еще что-то, до чего я не должен докопаться.

– Это Катина была идея? – прихлебывая кофе, щурюсь недобро.

– Вот ничего от тебя не скроется, Димир, – разводит руками Вадим. Бьет себя по ляжке. – Чтоб я сдох! – И повернувшись к сыну, приказывает: – Расскажи все, Эрик.

Тот затравлено смотрит на отца, а затем начинает рассказывать.

Все. У меня больше ничего в рот не лезет. Ни кофе, ни пирожки эти с привкусом измены.

Молча слушаю, пытаясь понять, что двигало моей дочерью. Почему ей в голову пришла идея уничтожить подругу? Зависть тому виной или глупая детская вседозволенность? Вот только мне от этого не легче.

«Охрану к Насте приставь», – отправляю сообщение помощнику.

«ОК», – приходит короткий ответ и ничего больше. Что там происходит, твою мать? Получается, я оставил любимую рядом с самым злейшим врагом.

– Спасибо, пацаны, – киваю, вставая. – Мне домой пора. У Катюхи сегодня день рождения. А я тут с вами заседаю…

– Привет ей передавайте, крестный, – почтительно бубнит Эрик. По любому рад, что экзекуция закончилась и он не пострадал.

– Мое предложение в силе, – спохватившись, поднимается следом Вадим. – Эрик тоже не против.

– Ты о чем? – смотрю, не понимая.

– Детей поженить. Помнишь, как мы об этом мечтали!

– Не возражаю, бро, – соглашаясь, пожимаю руку Тавлею. – Катю к вам отправить? Или вы сами заберете?

– А она обратно когда вернется? – навострив уши, спрашивает Эрик.

– Могу хоть завтра прислать, – усмехаюсь невесело. – А там дело за тобой. Охмуришь, я возражать не стану.

– Я справлюсь, крестный, – радостно тараторит Эрик. – Вы не беспокойтесь. У меня свой бизнес уже. Мне Катя с детства нравится…

«А как же Настя Макарова?» – вовремя прикусываю язык. Сейчас я – заботливый папаша и разговор идет о детях. А вот про Настю Тавлеевым знать не обязательно. Тем более сейчас, когда я далеко от нее.

– Пока! – прихватываю с кресла пакет с курткой.

– Пирожки забыл, – беспокоится Вадим, вкладывая мне в руку еще один пакет.

– Спасибо, – киваю, направляясь на выход.

Такое ощущение, будто несу тяжелую ношу или мину.

В ужасе смотрю на Тавлеевские пирожки. Кажется, я ими сыт на всю жизнь. По самые гланды наелся.

Пройдя паспортный контроль, оглядываюсь по сторонам. Никого из знакомых. Одним движением опускаю тетиМашину стряпню в мусорник. Вадька, если узнает, обидится. Но мне они точно больше никогда в горло не полезут.

Весь перелет до Москвы пытаюсь представить картину в целом. И она получается неприглядная. Хуже только роль моей дочери в этой истории. Мне до сих пор непонятно, зачем ей понадобилось подложить чистую хорошую девочку под разбитного Эрика Тавлеева и его друзей? Какой ей в этом прок? Или зависть? Но Катя моя ни в чем не знала отказа!

Пустым взглядом таращусь в черное небо, лишенное сегодня всех звезд. И пытаюсь решить, что делать дальше. Но так и не нахожу ответа. Замуж за Эрика Катерина не пойдет. А я насильно не погоню. Поэтому эта тема больше для разговоров. И скоро забудется.

Хотя если младший Тавлеев подсуетится…

Выйдя из самолета, сразу направляюсь на выход. Благо без багажа. Мой мерс уже ждет припаркованный неподалеку. Падаю на заднее сиденье. Ставлю пакет рядом и внимательно смотрю на Дениса.

– Что там?

– Да все нормально. Твой дом, шеф, разносят по кирпичику…

– Много гостей? – приподнимаю бровь.

– Да прилично! Катерина вразнос пошла…

– Пусть повеселится, – роняю, сжимая кулаки.

А приехав в Марьинку, застаю в холле и у бассейна странную публику. Полуголые девки, мужики с гадскими улыбочками.

– Папочка приехал! – кидается ко мне Катерина. И я