Ректорша со шпаргалкой - Ксения Мур

— Нет, посмотрим, как я буду чувствовать себя завтра, - отвернулась от Ингириса, принимая как можно более удобную позу для сна, — а сейчас, все же, не готова.

Чего я не ждала вообще, так это того, что буквально через пару минут кровать позади прогнется под чужим весом, а меня за талию обнимут мужские руки.

Я замерла, обомлела, не в силах произнести и слова от возмущения и удивления, а он только буркнул что-то о гордой дурочке.

— Лежи и не начинай ссору, — тихо сказал Ингирис усталым голосом. — Да, так тоже можно передавать магию, хоть и намного в меньшем количестве. Так что спи. Приставать к полутрупу привычки не имею.

— То же мне, Казанова, — проворчала в ответ, засыпая. По крайней мере, глаза я уже не могла открыть.

Ощущение неловкости с утра, к моему огромному удивлению, совершенно не было. Ну спал мужик под боком, так не голый же! Зато, как и говорил Ингирис, вливание его магии позволило мне почувствовать себя намного лучше, хоть и до прекрасного, пышущего здоровьем тела было еще далеко.

— Я собираюсь сегодня заняться поиском информации по твоему вопросу, — во время совместного завтрака, сказал мужчина, бросив косой взгляд на служанку, которая неподалеку занималась уборкой. — Никуда сегодня не ходи, твое состояние еще не позволяет длительных прогулок.

— Я и не собиралась, — пожала плечами и спокойно продолжила жевать свой тост.

— И постарайся избежать лишних посетителей, — с нажимом произнес Ингирис, словно пытался намекнуть на кого-то конкретного. Знать бы еще на кого.

В любом случае, мне было чем заняться и без всего вышеперечисленного. Я планировала найти возможность, как перевести академию на полное самообеспечение. Естественно зарываться и выходить на прямой конфликт с Советом сейчас было не просто не к месту, а нереально опасно. Сперва следовало бы нарыть на них всех хорошенький компромат.

— Лорд Ваэльский возможно сегодня не сможет тебя навестить. Будет исполнять твой каприз, — мужчина ехидно ухмыльнулся, даже как-то надменно и презрительно.

— Это был не каприз! — взорвалась я, собираясь снова разразиться пламенной речью о важности информации про пострадавших девушек, но Ингирис взглядом велел мне заткнуться. Глазами указал на Констанцию и закатил их к потолку.

Ах, ну да, конспирация. Как же меня это бесило! Снова нужно контролировать каждое слово, чтобы не выдать себя. А я-то уже понадеялась, что этому пришел конец.

— И не забудь выпить свои зелья, — с фальшивым раздражением бросил мужчина, прежде чем покинуть комнату.

— Без тебя знаю, — крикнула вдогонку. Добросовестно играем свои роли до конца.

— Тайра, хотите я зажгу благовония в ванной и наберу горячей воды, чтобы вы могли расслабиться? — участливо присела в реверансе служанка, видимо пытаясь подсластить своей ректорше пилюлю.

— Да нет, не беспокойся, я лучше немного с бумагами поработаю. Если ты уже закончила, то можешь идти.

Выпроводив, не без труда, желающую помочь мне в чем угодно Констанцию, я, наконец-то, засела за документы.

Многое из того, что появилось на книжных полках было практически бесполезным, но кое-что оказалось очень даже занятным. К примеру, я нашла отчеты о том, куда девались все созданные студентами артефакты, зелья, выращенные растения и многое другое. Они бесславно отправлялись в утиль!

Нет, моему гневу просто не было предела! Как можно так разбрасываться добром, если обеспечения практически нет? Конечно, резонно было предположить, что часть изготовленного, сваренного и выращенного было отвратительного качества, но ведь существуют еще и отличники. У них-то, наверняка, получалось все намного лучше и хотя бы для внутреннего пользования оставлять можно было бы. И хорошо бы не только для внутреннего.

Взяв чистый лист пергамента, я быстро-быстро стала записывать пришедшую в голову идею. Это в нашем мире нельзя было перевести школу на самообеспечение, ведь ученики ничего не производили. А тут ведь можно торговать!

Да, до работ мастеров студентам пока было далеко, но ведь люди, у которых карманы не трещат от золотых монет, вполне могли бы решиться на покупку того же лекарственного зелья у студента. Если оно хорошего качества, с гарантией от преподавателя академии, то почему нет?

Это ведь такая возможность! Не только для бюджета академии, но и для мотивации самих адептов. Ничто не мотивирует учиться лучше, как денежное вознаграждение. Если все грамотно спланировать и организовать, то можно одним выстрелом убить несколько зайцев.

Нужно подумать. Где продавать зелья и артефакты? Вряд ли их возьмут аптекари и иже с ними — не станут рисковать своим именем. Значит, нужно это делать прямо тут, в академии. Но кто будет сюда приходить, откуда люди будут знать, что тут есть возможность что-то приобрести? Просто так никто не заглянет. Значит нужна огласка, этим можно будет напрячь лорда.

Но как это лучше организовать? Не торговать же из-под полы, это не солидно как-то. К тому же, мало ли чем чревато. Еще решат, что продаем запрещенные препараты.

— Хм, лавка при академии должна стать настоящим фурором, — бормотала увлеченно себе под нос. — Тогда мы сможем еще и подписывать каждую работу, чтобы студенты себе не только копейку зарабатывали, но еще и репутацию на будущее. Ага, вот так!

Но тут у меня появились сомнения — это ведь только для артефакторов и зельеваров, а что насчет остальных? Такое нововведении может не понравиться тем же травникам, целителям, ритуалистам и прочим. Нельзя выделить одну группу студентов, а умения остальных практически похоронить. Так ради жажды заработать они все переквалифицируются только в две специализации, а это совершенно никуда не годится.

Нужно думать!

Так, а если предлагать еще и услуги? Например, травники за определенную плату могли бы разбивать желающим клумбы, помогать за ними ухаживать и делать из трав различные заготовки. Нет, как-то странно. А если покупать у них травы, как ингредиенты? Продавать кому-то слишком жирно будет, лучше ведь для академии оставлять.

Ну допустим, с этими еще полбеды, а что с ритуалистами и целителями? Тут для академии практически ничего не получить, платить им стипендию тоже пока не из чего, но и обделить не вариант.

— Что ж так сложно-то? — спросила сама себя, уронив голову на столешницу.

— Боюсь даже спрашивать, что снова пришло