Кризис-менеджер для Золушки - Вик Лазарева

не сможет осознать, что я существую, что я рядом. От этого мне становится так больно, так тоскливо, что тихие слёзы без устали текут по моим щекам и я не могу их уже остановить. В кабинет заходит мама и видит, как я встаю с кресла и отворачиваюсь к окну, вытирая пальцами слёзы. Она подходит, видит фото и, не говоря ни слова, обнимает меня. Я чувствую, как её плечи вздрагивают, и она тоже плачет. Мы какое-то время молча плачем друг у друга на плечах, а потом долго говорим о папе. Мама очень много рассказывает о нём и только хорошее. После этого разговора я окончательно убеждаюсь, что мама не переставала его любить.

* * *

Я уже ложусь спать, когда приходит сообщение от Даниила. Даня: уже спишь?

Я: ещё нет.

Идёт видео вызов от него, и я включаю ночник у кровати.

— Привет, принцесса, — нежно говорит он и моё сердце от его голоса начинает чаще биться.

— Привет!

Даниил сидит в кресле, видимо, в кабинете. На нём белая рубашка с расстёгнутым воротничком, а волосы немного взъерошены.

— Я очень соскучился. Хотел услышать твой голос.

— Я тоже соскучилась и рада тебя слышать и видеть, — улыбаюсь я.

— Как ты провела выходные?

Я рассказываю, как в субботу днём гуляла с племянниками в парке, пока Денис решал дела по работе. Вечером ходила с мамой в драматический театр, на премьеру новой постановки, сегодня была в стрелковом клубе, а остаток дня провела дома.

— Завтра на работу, отдыхай, — заботливо говорит он.

После паузы неожиданно смеясь спрашивает:

— На тебе шёлковая сорочка?

— Даня, ты в своём репертуаре, — смеюсь я в ответ.

Я всё время держу телефон так, что не видно в чём я, а плечи закрывают распущенные волосы.

— Придётся смириться с моими фантазиями, — тихо смеётся он. — Так что, я жду.

Ставлю телефон в подставку на тумбочке. Становлюсь на коленки и откидываю волосы с одного плеча. На мне шёлковая пижамка с шортиками и топом на тонких бретельках, который был отделан по вырезу кружевом. Я игриво приподнимаю шортики, приоткрывая бедро, и посылаю ему воздушный поцелуй.

— Прелесть. Жаль, что я не могу тебя в этом лицезреть, когда ты у меня дома, — улыбается он.

— Это опция входит только в «премиум пакет», — смеюсь я.

— Что?! Я ещё не удостоен такой привилегии? — шутит Даня.

Я нарочно игнорирую его вопрос, он взрослый мужчина сам всё поймёт.

— Ладно, Дань, я буду ложиться спать. Я понимаю, что у вас ещё детское время, но у нас уже полночь.

— Спокойной ночи, моя Золушка, — ласково говорит он.

— Спокойной ночи, мой Спаситель, — томно произношу я и, приблизив лицо к камере, посылаю ему поцелуй губами.

Глава 15. Любимый?

Вторник, я на работе тружусь, делая деталировку чертежей проекта. Но мои мысли всё время отвлекаются на Даниила. Вчера он вернулся из Берлина, но мы только говорили по телефону перед сном и ещё не виделись. Я осознаю, что действительно соскучилась по нему. Хочется почувствовать тепло его рук и его запах. Я вспоминаю минуты нашей близости и уношусь мыслями совсем далеко от проекта и работы. Звонит рабочий телефон на столе, и я от неожиданности вздрагиваю.

— Да?

— Полина Сергеевна, зайдите к Даниилу Сергеевичу, — говорит голос секретаря.

— Хорошо.

Захожу в приёмную, в которую выходят двери кабинетов руководства: генерального, коммерческого и зама. Генеральный почти не появляется с тех пор, как вступил в полномочия Даниил, поэтому кабинет был в его полном распоряжении. Смотрю на Настю, а она, как обычно счастливая, с улыбкой до ушей. На ней чёрная узкая юбка и белая блузка, которая так плотно облегает грудь, что, кажется, сейчас пуговки расстегнуться и пышные прелести вырвутся наружу. Симпатичная девушка, но слишком озабоченная мужским вниманием.

— Привет! — улыбаюсь ей.

— Заходи. Он ждёт. Краем глаза замечаю, что она провожает меня любопытным взглядом, но я сегодня скромно одета. На мне чёрный брючный костюм, белая рубашка и белые кеды.

Зайдя в кабинет, я вижу Даниила, сидящим в кресле за столом и изучающим какой-то документ. Он поднимает на меня глаза и улыбается.

— Привет!

— Добрый день, Даниил Сергеевич, — серьёзно говорю я.

— Полин, здесь нас никто не слышит, — улыбается он.

— Выработанная привычка, чтобы не выскользнуло потом там, где нас услышат.

— Я соскучился.

— Я тоже, но здесь давай только о работе, — тихо говорю я, зная любопытство Настеньки. — Даниил Сергеевич, вы меня зачем вызвали? — опять серьёзным и более громким тоном спрашиваю я.

— Красовский звонил, — недовольно говорит Даниил. Я вопросительно поднимаю брови.

— Он на следующей неделе будет в городе и хочет приехать к нам на производство. Интересуется, как продвигается работа над их заказом.

— Но я сейчас делаю деталировку чертежей. У меня на это ещё больше месяца. Материалы заказаны, ждём поставку, — удивлённо говорю я. — Почему так скоро интересуется? У нас полтора месяца на подготовку и три месяца на производство.

— Знаю. Видимо, ему не терпится увидеться с тобой, — сердито говорит он.

Я сижу в кресле напротив него, Даниил встаёт и подходит ко мне вплотную. Наклоняется и, глядя мне в лицо, спрашивает:

— Ты с ним флиртовала. Обещала что-то?!

— Я что на допросе? — шутя говорю я, а сама злюсь на него за такой вопрос. — Обещала показать город и всё. Он говорил, что они собираются открывать ресторан в нашем городе и поэтому приедет, но я не думала, что так скоро.

Лицо Даниила напряжено, губы сложены в жёсткую линию, а глаза сверкают холодными искрами. Первый раз вижу его таким, холодок пробегает по моей спине, но меня так просто не напугать.

— Видимо, сильно не терпится тебя увидеть, — с сарказмом говорит Даня.

— А что за тон, Даниил Сергеевич? Встреча с заказчиком — это нормальное явление. Мне не впервой.

— А ты всем экскурсии по городу устраиваешь? — продолжает злиться он.

— Слушай, я не понимаю к чему этот допрос? Ты ведёшь себя как ревнивый муж, — Даня отводит взгляд в сторону, а потом отходит к окну. — Я взрослый человек и вполне адекватно оцениваю ситуацию. Я осознаю, что Алексей Михайлович, он этого и не скрывал, жаждет со мной встречи, но это же совсем не значит, что он может рассчитывать на что-то. За кого ты меня принимаешь?

Даниил молчит и смотрит в окно, спрятав руки в карманы брюк. Как же он меня разозлил своей беспочвенной ревностью. «Разве я давала повод? Что на него нашло? Ещё не видела его таким. Неужели, он и правда обо мне такого