Управляй мной - Мишель Хёрд

За последние пару дней в Святом Монархе я была на каждом боевом занятии, которое он проводил. Я заглянула за кулисы Святого Монарха, наблюдая, как он разбирается с активными и закрытыми контрактами. Присутствовала на встречах между ним и директором Козловым. Подслушивала деловые и личные звонки.

Николай не солгал, когда сказал, что я никогда не покину его.

Когда частный самолет приземляется на острове Ветров, мой желудок сжимается от нервов. Весь криминальный мир знает, что с семьей Ветров лучше не связываться. Только если хочешь остаться в живых.

Отец Николая, Дэмиен Ветров, — лучший хранитель, которого когда-либо создавал Святой Монарх. Я слышала, что он должен был стать хранителем директора Козлова, когда тот еще был ассасином, но между Дэмиеном и Уинтер был заключен брак.

Мать Николая, Уинтер, прозвали кровавой принцессой, и она известна своей безжалостностью.

Господи, у меня сейчас будет нервный срыв.

Только Аврора знает, что я пробуду здесь неделю. Я не осмелилась сказать родителям. Не то чтобы мою мать это волновало. Она никогда не бывает достаточно трезвой, чтобы беспокоиться обо мне.

А вот отец, скорее всего, обделается. Несмотря на то что между ним и Братвой существует временное перемирие, я уверена, что он не одобрил бы мои отношения с Николаем.

Горечь клубится в моем сердце, потому что мой отец даже не удосужился спросить, все ли со мной в порядке после засады.

В детстве меня отправили в школу-интернат. Я почти не видела своих родителей и никогда не чувствовала их любви. Я всего лишь плод брака без любви.

Но Ветровы другие. Николай сказал, что у него было замечательное детство.

Одобрят ли они нас?

Будут ли они воспринимать меня как врага, соблазнившего их единственного сына?

Откажутся ли они признать меня девушкой Николая?

Что они подумают о разнице в возрасте?

Черт.

— Эй. — Николай крепко сжимает мою руку. — Перестань слишком много думать. Мои родители тебя полюбят.

— Я чертовски нервничаю, — признаюсь я.

Честно говоря, я все еще привыкаю к тому факту, что у нас серьезные отношения. Надеюсь, я не совершила ошибку, позволив им перерасти из дружбы в романтические отношения.

Самолет останавливается, и Николай поднимает меня на ноги. Он обнимает меня своими сильными руками и целует в висок.

— Я должен предупредить тебя, но…

О, Господи.

Когда мое тело напрягается, он усмехается.

— Моя мама сейчас с ума сойдет.

Нахуй мою жизнь.

— Я передумала. Я хочу вернуться в Академию, — бормочу я.

— Слишком поздно. — Он тянет меня к открытой двери. — Теперь ты моя пленница.

— Николай, — шиплю я, вырываясь из его хватки. — Подожди!

Меня тащат вниз по ступенькам, затем я слышу взволнованный женский крик:

— Мой малыш!

Я смотрю, как к нам приближается женщина лет шестидесяти с небольшим. На ее лице сияет потрясающе красивая улыбка — такая же, какую я видела у Николая.

Уинтер.

Боже-боже-боже.

— Наконец-то, ты закончил с Академией и вернулся домой навсегда. Мое сердце может успокоиться. — Она целует Николая в щеку, а затем обращает все свое внимание на меня.

Уф. Я сейчас умру.

— Так это и есть та женщина? — говорит она, встав передо мной.

Уинтер ненамного выше меня, но я знаю, что она может убить меня одним движением пальца.

Ее глаза ищут мои, и я удивляюсь, когда выражение ее лица смягчается. Улыбка изгибает ее губы.

— Добро пожаловать домой, Эбигейл.

А?

Я ожидала тонну отказов, но не этого… не принятия, когда она ничего обо мне не знает.

Вспомнив о хороших манерах, я говорю:

— Приятно познакомиться с вами, миссис Ветров. Николай рассказывал мне о вас только хорошее.

— Зови меня Уинтер. — Подняв руку, она похлопывает меня по плечу. — В конце концов, мы скоро станем семьей.

Я нервно хихикаю.

— А… мы всего лишь встречаемся.

Она бросает на меня понимающий взгляд.

— Когда ты принадлежишь Ветрову, свадьба — простая формальность.

— Мама, — бормочет Николай, в его тоне слышится предупреждение.

Она взмахивает рукой в воздухе.

— О, тише, я лишь налаживаю контакт с любовью всей твоей жизни. — Она бросает на него чересчур терпеливый взгляд. — Наконец-то. Между прочим, на это ушла целая вечность.

Он хихикает.

— Не моя вина, что я такой придирчивый. Ты всю мою жизнь давала мне самое лучшее, так что мои ожидания были завышены.

Чувствуя себя ошеломленной теплым приемом, я подхожу ближе к Николаю. Он обнимает меня за плечи и говорит:

— Вы можете наладить контакт завтра. Сейчас я отведу Эбигейл к себе домой, чтобы она могла отдохнуть.

— Я организую барбекю на завтрашний день, чтобы ты мог представить Эбигейл всем.

— Мы будем там, — отвечает Николай, прежде чем направить меня в противоположную сторону от главного дома.

За нами следует охранник с нашим багажом, а Николай ведет меня в лес. Остров просто потрясающий: деревья, возраст которых исчисляется десятилетиями, устилают землю ковром из листьев.

— Здесь так красиво, — отмечаю я, окидывая взглядом все вокруг, чтобы насладиться всей красотой. Я слышу, как океан разбивается о скалистые берега.

Это так умиротворяюще.

— Я рад, что тебе это нравится.

Мы приближаемся к роскошному бревенчатому домику, древесина которого темнеет на фоне леса.

— Господи, Николай, — выдыхаю я. — Твой дом — это… Боже, у меня нет слов.

Он усмехается, открывая входную дверь, затем жестом приглашает меня войти. Я вхожу в его личное пространство и мгновенно ощущаю его запах в воздухе.

Я оглядываю деревянную мебель, светильники, свисающие с потолка, как падающие капли дождя, и уютную гостиную.

Честно говоря, я ожидала увидеть сталь и хром, что-то, олицетворяющее его опасную сторону.

— Чувствуй себя как дома, любовь моя.

Охранник ставит наш багаж прямо за дверью и, кивнув головой, оставляет нас одних.

Я прохожу вглубь открытого пространства, передо мной гостиная, справа — кухня. За огромными окнами находится место для костра, а за ним открывается прекрасный вид на океан, разбивающийся о скалы.

Это не что иное, как рай.

Повернувшись, чтобы посмотреть на Николая, я вижу его новыми глазами. Для всего мира он безжалостный контрабандист алмазов, но для меня он — любовь и безопасность.

По моей щеке скатывается слеза, когда я смотрю на человека, который дал мне безопасное место, куда я могу сбежать.

Это именно то, что мне было нужно. Уединенный остров, где я смогу зализать свои раны. Где я смогу попытаться собрать воедино осколки своей души.

Беспокойство мелькает на его лице, когда он приближается ко мне.

— Что-нибудь не