Управляй мной - Мишель Хёрд

— Тогда уничтожь что-нибудь.

Я прохожу вглубь сарая и, покачивая головой, позволяю себе вспомнить, как Эбигейл была потрясена, рассказывая мне об ужасе, который она пережила.

Ее слезы.

Ее отчаяние.

Мерзкое отвращение.

Мужчина силой вошел в нее, пока она была без сознания.

Господи.

Дыши.

Я не могу представить, какую травму она получила, когда, придя в сознание, обнаружила, что мужчина трахает ее.

Блять.

Блять.

Блять.

Наклонившись, я кладу руки на колени и отчаянно втягиваю воздух.

— Выпусти это, сынок, — бормочет папа.

Я выпрямляюсь и провожу рукой по лицу, из моей груди вырывается стон.

Я чувствую сильное присутствие моего отца.

— Я здесь, Николай. Все нормально, я рядом.

Кровь на ее лице. Оцепенение ужаса, в котором она находилась. То, как она цеплялась за меня и плакала, словно ее душа умерла.

Вспоминая, как я нашел ее на железнодорожной станции, и ее реакцию, всепоглощающая боль пронзает меня, как разрушительная сила.

Рев, вырывающийся из моего нутра, наполнен каждой унцией ярости, которую я чувствую. Не выдержав собственного веса, я падаю на колени.

Папа бросается ко мне и опускается на колени рядом со мной, его руки обвиваются вокруг меня, как стальные обручи.

— Я держу тебя, сынок.

Я хватаюсь за его плечо и рыдаю о том, что такую беззаботную душу, как Эбигейл, постигла участь хуже смерти.

И я ничего не могу сделать, чтобы отомстить за нее.

Я могу только поддерживать ее и молиться, чтобы она поправилась настолько, чтобы снова стать беззаботной.

Успокоившись, я отстраняюсь и смотрю на отца.

— Я не знаю, как ей помочь.

— Просто будь тем, кто ей нужен.

Господи, неужели этого будет достаточно?

— Давай. Вставай. — Мы поднимаемся на ноги, и папа хватает меня за плечи, глядя прямо в глаза. — Ты — Ветров. Ты — сила, с которой нужно считаться.

Глубоко вдыхая, я киваю.

— Просто люби Эбигейл, сынок. Это все, что ты можешь сделать.

Я снова киваю, затем признаюсь:

— Господи, пап, я и не знал, что можно так сильно любить кого-то.

Ухмылка тронула уголок его рта.

— Я же говорил тебе, что они захватывают весь твой мир.

Встречаясь взглядом с папой, я говорю:

— Спасибо тебе за то, что ты такой замечательный отец и мужчина.

Он похлопывает меня по спине, затем кивает в сторону двери.

— Возвращайся к своей женщине.

Когда мы выходим из сарая, папа напоминает мне:

— Не забудь о барбекю в два. Твоя мама очень взволнована.

Уверен, что так оно и есть.

Чувствуя себя немного лучше, я иду в сторону леса и иду по тропинке к своему дому.

Я иду к задней части дома, чтобы войти через кабинет, и когда в поле зрения появляется Эбигейл, ее мольберт стоит напротив деревьев, я вижу мягкую улыбку, играющую на ее губах.

Я останавливаюсь, чтобы посмотреть на это видение, и на мгновение ощущаю покой, потому что она выглядит счастливой.

Здесь Эбигейл самое место — на этом острове, где она может рисовать в свое удовольствие.

Что бы ни случилось, она выйдет замуж за меня, а не за какого-нибудь случайного ублюдка, которого выберет для нее ее жалкий отец.

Ради Эбигейл я пойду на войну против Эмилио Сартори.

Когда я подхожу ближе и вхожу в комнату, улыбка Эбигейл становится шире.

— Привет.

Я сбрасываю пиджак и спрашиваю:

— Как продвигается работа над картиной?

Она морщит нос.

— Медленно.

По крайней мере, она рисует.

Я встаю позади нее и смотрю на холст.

— Ты рисуешь деревья?

— Да. — Она откладывает палитру и кисть, затем встает. — Во сколько барбекю? Мне приготовить салат?

— В два часа. — Взяв ее за руку, я притягиваю ее ближе к себе. — Не беспокойся о салате. Моя бабушка обо всем позаботится.

— Я нервничаю, — признается она.

— Моя семья уже любит тебя, — заверяю я ее.

Когда я убираю прядь волос с ее лица, она спрашивает:

— Мы можем посмотреть фильм или тебе нужно работать?

— Я могу делать и то, и другое одновременно.

— Я просто хочу прижаться к тебе, — признается она.

Мы идем в гостиную, и я жестом приглашаю Эбигейл сесть.

— Значит, вся семья живет на этом острове? — спрашивает она, устраиваясь поудобнее.

Сегодня на ней платье, и хотя оно доходит ей до пят, ее декольте выставлено на всеобщее обозрение, и видно, что лифчика на ней нет.

Неужели она прятала свое тело под огромной одеждой во время пребывания в Академии Святого Монарха?

Я скучал по уверенной в себе женщине, которой было наплевать на то, что о ней думают люди, и я рад видеть, что она постепенно возвращается.

Я беру пульт от телевизора и сажусь рядом с ней.

— Да, это из соображений безопасности, но мне нравится, когда моя семья рядом.

— Я бы умерла, если бы застряла на острове со своей семьей, — усмехается она.

Я включаю телевизор и спрашиваю:

— Что хочешь посмотреть?

Эбигейл улыбается мне.

— Джон Уик.

— Хм, — ворчу я. — У меня есть конкуренты?

— О, определенно, — смеется она. — Мне жаль это говорить, но никто не сравнится с Киану Ривзом.

Улыбаясь, я откидываюсь назад, кладя руку на спинку дивана.

— Так вот откуда началась твоя любовь к старикам?

— Старикам. Пфф, — фыркает она. — Возраст — это всего лишь число. — Она прижимается к моему боку. — Мне нравятся зрелые мужчины. Меня никогда не интересовали мальчики моего возраста.

Я выбираю фильм Джон Уик и запускаю его.

Эбигейл подтягивает ноги, упираясь ими в мои бедра. Вздыхая, она шепчет:

— Это приятно.

Я убираю руку с дивана и обнимаю ее за плечи.

Это идеально.

Глава 32

Эбби

Вместо того, чтобы сосредотачиваться на том, как Джон Уик надирает задницы, я полностью увлечена Николаем.

Итак, я явно солгала. Есть один мужчина, который затмевает Киану.

Я кладу руку на пресс Николая, наслаждаясь ощущением его твердого тела.

Со вчерашнего дня мой желудок гудит от предвкушения. Пребывание наедине с Николаем позволяет мне сосредоточиться исключительно на нем.

Честно говоря, я почти не думаю об изнасиловании, и это заставляет меня задуматься, готова ли я сделать следующий шаг с Николаем.

Если я не попытаюсь, то никогда не узнаю.

Отстранившись от его груди, я смотрю на него. Его глаза отрываются от телевизора и встречаются с моими, и между нами мгновенно возникает электрический ток.

Николай — безопасность. Когда мы занимались сексом, это было умопомрачительно.

Я знаю этого человека.

Я хочу вступить с ним в интимную связь.

Мне это нужно.

Наклоняясь ближе, я касаюсь своими губами его губ, а затем отстраняюсь.

Уголок его