Страх одиночества - Селина Дрейк

Валери засмеялась.

— Я не оттопчу тебе ноги?

— Не думай об этом. Просто смотри мне в глаза.

— А музыка?

— Я напою.

Маноло промурлыкал несколько тактов из известного танго. Его левая рука легла ей на спину, правая сжала ладонь. Валери понятия не имела, как танцевать танго, но у них получилось… что-то большее, чем танец, страстный и интимный. Такую близость с Маноло Валери ощущала только тогда, когда они занимались любовью.

Говорят, что глаза — зеркало души, и это правда. Когда падают все преграды между людьми, в их взглядах светятся истинные чувства. Глаза Маноло сказали ей о силе его любви, и он увидел, что Валери отвечает ему тем же.

— Нет, это ужасно! — прорычал он. — Я не выдержу больше ни минуты!

Он бросился в спальни, оставив недоумевающую Валери одну, с бешено колотящимся сердцем. Маноло отсутствовал не более полминуты, а вернувшись, сделал то, что заставило Валери остолбенеть. Он торжественно опустился на одно колено и протянул ей маленькую бархатную коробочку. Когда она открыла ее, то не смогла сдержать вздоха восхищения — кольцо, лежащее в ней, искрилось бриллиантовым и изумрудным блеском.

— Я слишком тороплюсь, — страстно проговорил Маноло. — Я рискую получить отказ. Но я не могу больше ждать, Валери. Я так люблю тебя и знаю, что ты любишь меня. Прошу тебя, стань моей женой! Мы можем подождать со свадьбой, если ты захочешь. Я готов ждать целую вечность!

Валери не могла поверить своему счастью. Слезы хлынули из ее глаз.

— О, Маноло…

— Надеюсь, это слезы радости, — с надеждой произнес он. — Надеюсь, это значит «да».

— Это значит «да», — подтвердила Валери, ощущая, как радость переполняет ее.

Он вскочил и, как мальчишка, высоко подпрыгнул. Его лицо сияло.

— Да! — закричал он. — Боже, она сказала «да»!

— Да, — повторила Валери, с улыбкой наблюдая за ним.

— И тебе нравится мое кольцо. Я подумал, что оно пойдет к твоим прекрасным зеленым глазам.

— Оно великолепно! Надеюсь, кольцо окажется впору.

— Я тоже на это надеюсь. Я подумал, что у тебя пальцы такие же тоненькие, как у Эсперансы, и взял ее с собой на примерку.

Маноло вынул кольцо из бархатной коробочки и осторожно надел ей на палец, вздохнув от удовольствия, когда оно подошло. Он поднял к Валери сияющее лицо.

— Кроме того, Эсперанса велела передать, что если ты скажешь мне «нет», то тебе придется иметь дело с ней.

Валери возвела глаза к небу.

— Твоя сестра просто ужасна, Маноло. Бедный Мануэль!

— Ничего, у Мануэля характер не лучше. К тому же он совершенно поглощен предстоящим шоу и Эсперансой. Однако я сомневаюсь, что у них это навсегда; Эсперанса слишком похожа на свою мать — быстро вспыхивает, но и быстро остывает. Ее не интересует ни замужество, ни дети. Все, что ей нужно, — это танцевать.

— А ты, Маноло? — спросила Валери, замирая. — Ты хочешь детей?

Он смущенно хмыкнул.

— Так и знал, что ты об этом спросишь. Тут я все оставляю на твое усмотрение. Ты тяжело пережила потерю ребенка, и я пойму, если ты не захочешь больше рисковать.

— Маноло, — настойчиво повторила Валери. — Ты хочешь иметь детей?

— Да. О Боже, да! Я хочу множество детей!

— Множество! Маноло, мне тридцать лет.

— Именно поэтому мы должны немедленно пожениться! Видишь, у нас нет времени ждать.

— Маноло Шальгрен, ты самый замечательный человек во всем мире, и я очень тебя люблю. Но я отказываюсь идти у тебя на поводу. Я желаю хотя бы шесть месяцев жить с тобой во грехе, наслаждаясь любовью и развратом. После этого я выйду за тебя замуж и рожу тебе столько детей, сколько захочешь.

— О, мы должны выпить за это! — Маноло вернулся к стойке и принес бокалы с шампанским. — За мою прекрасную невесту! — провозгласил он, подавая Валери бокал. — И за будущую мать как минимум двух маленьких Шальгренов.

— И за моего великолепного жениха! — продолжила Валери. — За мужчину, который возродил мою веру в любовь! За то, что он будет таким же прекрасным отцом, как и возлюбленным!

Его взгляд потеплел.

— Надеюсь, что лет через тридцать ты скажешь то же самое…

— Думаешь, что через тридцать лет мы все еще будем заниматься этим? — засмеялась Валери.

Маноло горделиво приосанился.

— Говори за себя.

Валери подумала о Гастоне, которому исполнилось уже шестьдесят, а выглядел и вел он себя на сорок.

— Хорошо, посмотрим. Только сумеешь ли сохранить мне верность?

— Клянусь в этом!

— Но учти, если не выполнишь своего обещания, — предупредила Валери, — то очень пожалеешь.

— Вот об этом можешь не беспокоиться. Потому что раз уж ты согласилась выйти за меня замуж, то другие женщины перестали для меня существовать.

Валери засмеялась.

— Не знаю почему, но я верю тебе.

В это время раздался телефонный звонок.

— Машина пришла. Надо ехать.

Представители прессы уже толпилась вокруг здания театра, сверкая вспышками фотоаппаратов и ощетинившись микрофонами. Некоторые из прибывающих на премьеру шоу были знакомы Валери. Например, Гастон, облаченный в черный смокинг, под руку с Мелиссой, как всегда элегантной.

Начальница и глазом не моргнула, увидев ее с Маноло, из чего Валери заключила, что Гастон успел ей шепнуть пару слов о невесте своего сына.

Не успела Валери дойти до конца лестницы, как Мелисса подплыла к ней. Фотографы наконец оставили их, кинувшись обратно ко входу в театр, поскольку прибыл известный режиссер со своей подружкой фотомоделью.

— Я слышала, что ты преодолела свое предубеждение против плейбоев, дорогая, — улыбнулась Мелисса, когда они бок о бок вошли в фойе.

— Ну, не до конца… Мой жених решил расстаться с этим имиджем, — объяснила Валери, демонстрируя кольцо с изумрудом.

— Боже мой! — воскликнула Мелисса. — Гастон ничего мне не сказал. Гастон, хватит трепаться с Маноло! Иди сюда и держи ответ за то, что твой сын увел мою лучшую сотрудницу. Куда это годится! Моя дорогая, ты же не покинешь наше агентство, чтобы отправится на гастроли вместе с ним?

— Не знаю, не знаю, — с сомнением сказала Валери.

Они с Маноло еще не успели обсудить эту сторону их жизни, но против путешествий она никогда не возражала.

Гастон подошел ближе.

— Маноло мне только что все рассказал. Поздравляю, Валери. Ты прибрала к рукам отличного парня. Да и он не промахнулся, сделав предложение очень привлекательной особе. Да, очень, очень привлекательной.