Любовь после развода - Мария Николаевна Высоцкая

В сервис добираюсь за полчаса. Город небольшой, но, так как подобные точки здесь находятся на отшибе, времени, чтобы туда доехать, нужно гораздо больше, чем когда ты просто передвигаешься по городу.

– Привет, Кость, – взмахиваю рукой, как только вижу брата.

– Алинка?

Костик трет макушку и вытягивает ладонь вверх, мол, подожди.

Я и жду, топчусь на улице, в подтаявшем сугробе, на месте дорожки, которую никто не чистит. Переминаюсь с ноги на ногу, а когда слышу лязг дверных петель, поворачиваю голову на звук. Правда, на улицу выходит не брат.

Предчувствие подкатывает к горлу какое-то очень нехорошее. На автомате складываю руки на груди, перед этим поправив лямку сумки, сползающую по плечу.

– Здравствуйте, девушка. Поговорим?

Мужчина, на вид лет тридцати пяти, в кожаной дубленке, проходится по мне внимательным взглядом. Я бы сказала, оценивающим, но не в сексуальном плане. Он будто пытается понять мою платежеспособность, что ли…

– Здравствуйте. А вы кто?

– Парамонов моя фамилия. Кирилл.

– А у нас с вами есть какие-то общие темы?

Слышу, как у меня голос дрожит, но, вопреки этому, задираю подбородок.

– Костик сказал, ты за него рассчитаешься, – мужчина ухмыляется, снова внимательно обшаривая глазами мое тело.

Автоматически пячусь.

– Что он сказал?

– Не соврал, и правда красотка, – говорит будто сам себе. – Ко мне или в отель? Только учти, там долг большой. Не на одну и даже не на две встречи. Ну и классикой не обойдемся.

– Вы в своем уме? – шепчу, а все внутренности леденеют в этот момент.

Телефон в кармане оживает. Моргаю, сжимаю смартфон, вытаскиваю и прикладываю к уху, продолжая со вставшими в глазах слезами смотреть на этого Парамонова.

– Алина, мне Максим твой номер дал. Ты билеты покупала уже?

Приходится поднапрячь мозги, чтобы сообразить, кто мне звонит. Связываю Макса, женский голос и свой номер. Это его мать.

– Здравствуйте, Марина Александровна. Нет еще, я сегодня планировала… Давайте я вам перезвоню, чуть позже. Ладно?

– Конечно.

Скидываю звонок и делаю еще один шаг назад. Кажется, я уже по колено увязла в сугробе.

– Шучу я. – Парамонов закладывает руки в карманы джинсов. – Брат у тебя тот еще весельчак, – стискивает челюсть. – Ты с ним поосторожней, а то он так тебя здесь еще кому в аренду сдать решит.

Где правда, а где ложь в его словах, сейчас разобрать сложно. Одно ясно – Костик просто не человек и не брат мне больше.

– Но, тем не менее, как ваша семья долг отдавать планирует? Сумма там приличная.

– Никак, – произношу твердо. – Пусть его посадят. За угон, – проговариваю на одном дыхании, очень четко.

Парамонов приподнимает бровь, улыбается.

– Без проблем. Но моральная компенсация никуда не денется, там уже проценты накапали. Твой брат хорошим людям настроение испортил, а это дорого стоит. Машину-то восстановить можно, а вот нервы, стресс…

– Денег у нас нет и…

Договорить не успеваю, потому что телефон, который я до сих пор сжимаю в руках, снова звонит. Смотрю на экран.

Максим.

– Нужно ответить.

Парамонов кивает, типа, да пожалуйста, и достает сигареты. Морщусь на рефлексах.

– Привет, – шепчу в трубку и отворачиваюсь.

– У тебя все нормально? Мне мама позвонила, сказала, она с тобой говорила, и голос у тебя уж очень странный был.

Про долги Костика я Максу не рассказывала. Он думает, что я поехала просто навестить родных.

Зажмуриваюсь. Так страшно становится. Я ведь все время, что тут стою, в полной мере даже не осознавала, что происходит.

– Я… Максим, помоги, пожалуйста, – стараюсь сдержать всхлип. – Брат залез в долги, и нужно вернуть. Там много, и у родителей нет, а я не знаю, что делать. Им угрожают, – выпаливаю так быстро, что не уверена, не упустила ли чего.

– Стоп. Выдохни. И давай по порядку. Кому должен? Сколько?

– Тут мужчина…

– Трубку ему давай.

– Но я…

– Делай, как говорю.

Киваю, будто бы Максим может меня сейчас видеть, и поднимаю глаза на Парамонова.

– Вас тут к телефону…

Протягиваю смартфон, но даже с места не двигаюсь при этом.

– Чего?

– Это по поводу долга…

Мужчина выхватывает трубку, ухмыляется.

– Парамонов слушает.

Затаиваю дыхание и медленно наблюдаю, как меняется выражение лица этого Кирилла.

– Шалимов, ты, что ли? – ржет в голос. – Вот это номер. Здорово.

Моргаю. Они знакомы?

– Понял. Без проблем. Да само собой, говорю, а с этим что? Ах-ха-ха. Я тебя услышал. Все, на связи.

Парамонов широко улыбается. Возвращает мне телефон, экран которого гаснет. Батарея села. Черт!

– Пошли, не мерзни здесь. Шалимов, лет пять его не видел… Да не бойся ты, – басит, заметив, что с места я так и не сдвинулась. – Мы с Максом когда-то этот сервис и открыли. Он потом мне его продал, перед тем, как в Москву свалить. Выдыхай. Костик самостоятельно долг отработает.

– Что это значит?

– В рабстве теперь твой брательник. Бесплатно на меня годик поработает вчерную. А дальше видно будет. Плюс мы проконтролируем, чтобы о семье не забывал. У него же дочь, жена, родители вон, их тоже кормить надо.

– Я не понимаю…

– Можешь считать, что Костику повезло, я его под личную опеку беру, на перевоспитание. Днем будет у меня работать, а ночью – на семью зарабатывать, у моего приятеля. Руки-то у него из нужного места растут, механик хороший. Справится.

Глава 21

– Она больная! – Костик снова срывается на крик.