Отдана горгулье - Эми Райт



Уильям

Я открываю глаза и сразу же жалею об этом. Кто-то направляет мне в лицо ослепительный свет. Он невыносим. Он ярче любого сценического или неонового освещения.

Со стоном я прикрываю глаза рукой и сквозь пальцы смотрю на голубое небо.

Синий!

Солнечный свет!

Прошли столетия с тех пор, как я видел дневной свет, но как только это приходит мне в голову, я понимаю, что это произошло. Но как?

Я хватаюсь за перила балкона и смотрю на город внизу, восхищаясь тем, как солнечный свет отражается от лобовых стекол машины и согревает мою кожу. Кровь Господня, я скучал по этому. Даже поход в кино с Джесси и вид солнечного света на большом экране не сравнится. Ничто не могло.

Но что это значит?

Поворачиваясь, я толкаю дверь в гостиную и ищу, пока не нахожу старый телефон, который она мне подарила. Я несколько мгновений вожусь с крошечной штучкой, наконец мне удается включить экран.

— Сири, позвони принцессе.

Раздается звуковой сигнал телефона.

— Формальный способ обращения к принцессе — Ваше королевское Высочество. Все последующие…

— Нет, ты, чертова тупица. Позвони принцессе!

Еще один звуковой сигнал.

— Вызываю ресторан Prince Palace.

— Клянусь кровью Пресвятой Девы, ты тупая гребаная тварь! Позвони Джесси!

Жужжащий звук позади меня заставляет меня резко обернуться. Джесси прислонилась к дверному косяку. На ее милом лице ухмылка, а в одной руке она держит звонящий телефон.

— Ты становишься лучше, детка. На этот раз только три попытки.

Я не могу злиться, когда она одаривает меня убийственной улыбкой и, бросив вещи, бежит и прыгает в мои объятия. Ее губы прижимаются к моим, а ноги обвиваются вокруг моих бедер, прежде чем я успеваю вымолвить хоть слово. На несколько минут я полностью отвлечен.

Затем она вырывается.

— Это сработало!

Я прижимаюсь своим лбом к ее и собираю воедино беспорядочные мысли.

— Это сработало? — затем мой мозг приходит в себя. — Что ты сделала?

Она отстраняется и улыбается мне.

— Сняла проклятие.

Я пристально смотрю.

— Как? — мое сердце колотится в груди, а крылья расправляются, угрожая сбросить несколько предметов с кофейного столика. Если она сняла проклятие, почему я до сих пор так выгляжу? — Ты уверена? Посмотри на меня.

Я не должен быть таким неблагодарным. Мне повезло даже в том, что я нашел такую женщину, как Джесси.

Джесси проводит ладонью по моей щеке.

— Вообще-то, я рада, что это не изменило твой внешний вид. Я волновалась, что ты будешь выглядеть по-другому.

— Волновалась?

Она наклоняется и нежно целует меня в губы.

— Ты мне нравишься таким. Надеюсь, ты не возражаешь. Ты скучаешь по тому, чтобы быть человеком?

Я откидываюсь на спинку дивана и охаю, когда у меня подкашиваются ноги. Ей нравится, какой я сейчас?

— Принцесса, я был бы счастлив быть лягушкой, если бы это делало тебя счастливой.

Она хихикает.

— Давай остановимся на горгулье, хорошо?

Я киваю.

— Договорились.

Я провожу руками по ее талии и опускаюсь к сочной заднице, которую я так люблю. Джесси издает тихое урчание и прижимается ближе. Затем я останавливаюсь.

— Как ты это сделала? — спрашиваю я.

— Сделала что?

— Сняла проклятие.

— О! Ну, сначала я заставила Сетоса сказать мне, что нужно сделать.

Я поднимаю бровь.

— Что тебе пришлось сделать, чтобы заставить его рассказать это?

Она смеется.

— Я подписала контракт, в котором говорится, что я предоставляю Большому театру первую возможность нанять меня на все предстоящие шоу на следующие пять лет.

Я судорожно вздыхаю.

— Ты уверена, что это было мудро?

— Ну, я полагаю, Сетос хочет утвердить меня на главную роль, тогда я с радостью буду работать в Большом. Кроме того, я не хочу выступать в театре, который охраняешь не ты. Конечно, до тех пор, пока ты счастлив продолжать там работать.

Я ухмыляюсь.

— Оплачиваемая работа с лучшим видом в городе? Тебе лучше поверить, что я никуда больше не уйду, ангел.

— Видишь, это была неплохая идея.

— Но как ты это сделала? — я настаиваю.

Она ухмыляется.

— Я вернула кольцо. Мне потребовалось около месяца, чтобы разыскать семью, которой оно принадлежало. Приятель Мориса, антиквар, помог мне, и мы нашли их. Затем я связалась с ними онлайн, чтобы сказать, что отправлю его обратно, если они хотят. Отслеживаемая посылка прибыла сегодня, — она разводит руками, и ее улыбка становится шире. — И вот мы здесь.

Я притягиваю ее ближе и покрываю жгучими поцелуями ее подбородок и шею, затем все лицо.

— Ты гребаный гений. Так это все? Я не заперт на своем постаменте в течение дня? Я могу спать, когда ты спишь, и просыпаться, когда ты просыпаешься?

Она кивает.

— Сетос так думает. Если только семья не вернет проклятие, но они должны знать правильное заклинание.

Я осеняю себя крестным знамением. Забавно, что старые суеверные привычки возвращаются ко мне в самые странные моменты. Однако я не собираюсь рисковать.

— Давай молиться, чтобы этого никогда не случилось.

— Ммм. Эй, хочешь узнать, изменилось ли что-нибудь еще? Ты голоден?

Я обдумываю ее вопрос. Я не ел почти тысячу лет. Еда может подождать. Хотя мне чего-то хочется. Я улыбаюсь.

— Я мог бы поесть.

Джесси пытается подняться с моих колен, но я с низким рычанием притягиваю ее обратно.

— Я сказал, я мог бы поесть. Я не имел в виду еду.

Она смеется.

— О! Что ж, в таком случае, может быть, нам сначала стоит проверить, отличается ли это, а?

Я позволяю низкому рокоту сотрясти мою грудь.

— Возможно, нам придется проверить это не один раз. Я внезапно чувствую сильную потребность доставить тебе удовольствие.

Она стонет, пока я прохожусь поцелуями по ее шее и выпуклостям ее великолепных сисек. Затем она приподнимается на коленях и задирает облегающую юбку, которая на ней надета, обнажая намек на кружевные черные трусики. Мой член мгновенно становится по стойке смирно.

— Боже, я бы хотел, чтобы ты могла видеть себя, когда я беру тебя, — стону я ей в грудь. — Ты самое прекрасное существо в этом мире, когда кончаешь для меня.

— Ммм. Думаю, мы могли бы что-нибудь придумать, — она отстраняется. На мгновение я ничего не понимаю. Затем она берет меня за руку и ведет в спальню. Толкая меня, чтобы я сел в изножье кровати, она поворачивается ко мне спиной, глядя прямо в зеркало от пола до потолка на раздвижной дверце гардероба. О, эта женщина!

Я задираю юбку еще выше, обнажая крошечные трусики с высокими вырезами, чтобы облегать идеальные округлости ее задницы. Она