Злая королева - Елена Ахметова

Сами корабли, впрочем, никто не видел, но я не обольщалась. Гибель «Белой голубки» не могла долго оставаться безнаказанной, иначе нотой протеста дело не ограничится.

На месте герцога Переса я бы пошла по пути наименьшего сопротивления — вооружила торговый флот и стала дожидаться весточки от верного человека. Иных источников информации, кроме пиратов, у меня не было, и я не могла судить о темпах изготовления пушек или росте цен — оставалось разве что строить предположения да прилагать все усилия, чтобы события развивались именно так, как я рассчитывала.

Собственно, именно поэтому утром в лагере на берегу развернулась самая масштабная игра в фанты, в которой я когда-либо принимала участие. Она помогла переломить взаимное недоверие между командами с разных кораблей, — хотя порой требовалось и участие капитанов, вынужденных гасить все вспыхивавшие конфликты в зародыше. С лояльным отношением еще предстояло поработать, и ближе к обеду я, поразмыслив, принялась раздавать поручения.

Ампаро — передать сообщение в Яфт, Родриго — проследить, чтобы со старшей фрейлиной ничего не случилось, а Каталине — отправиться со мной в бордель, потому как определенные женские штучки можно было добыть только там. Бузур вызвался проводить нас немедленно, капитан Датри — только после того, как Родриго попытался откреститься от своего задания, упирая на то, что не может доверить безопасность королевы какому-то вампиру.

Перед двумя ему всё-таки пришлось отступить.

— Значит, ты больше не намерена ждать? — поинтересовался у меня Нил, когда Ампаро удалилась, унося мое письмо.

Я скосила на него взгляд и укоризненно промолчала. Что толку держать фрейлин вместе, чтобы одна отводила подозрения от другой, если капитан уже обо всем догадался? Додумался один — скоро поймут и другие, и лучше бы Ампаро успеть сыграть свою роль до того, как это произойдёт.

К тому же времени у меня не оставалось вовсе. Я не имела права рисковать, подставляясь под удар Лисбет. Не теперь. Если ради победы мне придется пожертвовать ниточкой, ведущей к Пересу, или в рекордные сроки наладить доверительные отношения с квартермастером «Бродяги» — так тому и быть.

На этот раз в борделе мне обрадовались куда больше. Я оставила Каталину знакомиться с девушками — в конце концов, фрейлина куда лучше меня разбиралась в причёсках! — и провела пару часов, мирно распивая чай с миз Гилберт — за неспешной, но весьма содержательной беседой. Со стороны она, должно быть, напоминала бесконечную игру в теннис, и капитан Датри успел изрядно заскучать — пока не начал догадываться, что я имела в виду, когда аккуратно выспрашивала у бордель-маман, какие настроения царят на острове и все ли довольны нынешним положением дел. Миз Гилберт подоплеку поняла несколько раньше и аккуратно обходила все острые углы до тех пор, пока я не напомнила ей, что Бекки тоже не в малой степени зависит от того же, что и я.

— Ты сейчас серьезно пытаешься организовать захват власти на острове из борделя? — не выдержал Нил, когда миз Гилберт сдалась и честно перечислила всех капитанов, которых не устраивал процент, взимаемый Лисбет Крус за перепродажу награбленного добра.

Бордель-маман опустила взгляд и принялась старательно размешивать сахар в чае.

— Давай, поучи беглую королеву выбирать средства, — предложила я капитану Датри.

— Кажется, бесполезно, — с притворным смирением вздохнул он. — Ваше Величество в средствах весьма неразборчивы.

Миз Гилберт спрятала согласную усмешку в чашке с чаем. Я тоже не нашлась, что возразить. Не после прошлой ночи.

Поэтому я сделала ровно то, что обычно делала, когда кто-то говорил неуместные или просто неудобные для меня вещи, — проигнорировала его выпад и сосредоточилась на другом собеседнике.

— Значит, я могу рассчитывать?.. — я аккуратно указала миз Гилберт взглядом на постепенно заполняющийся зал первого этажа.

Бордель-маман бдительно осмотрела свои владения, убедилась, что вокруг Каталины сидели только непричесанные девушки, а остальные уже вышли к гостям, и медленно кивнула.

— Девочки все сделают. Однако люди капитана Гокера…

— Будут держаться от них подальше, — подтвердила я.

— Прекрасно, — удовлетворенно улыбнулась миз Гилберт и тут же насторожилась.

Я проследила за ее взглядом и тоже увидела в гостевом зале голенастого мальчишку-подростка, который вроде бы собирался доставить кому-то записку, но отвлекся на полуодетых девиц и позабыл, зачем пришел. По знаку миз Гилберт Бекки отобрала у него послание, а самого вестника со смехом выпроводила на улицу.

— Из особняка, — с завистью вздохнула девушка, отдав мне записку.

По моей спине тут же забегали мурашки, и я непроизвольно расправила плечи, прежде чем сломать восковую печать с — ха-ха! — черепом и перекрещенными костями.

— Что там? — нахмурился капитан Датри.

— Приглашение на ужин, — призналась я. Голос позорно дрогнул. — Тебя тоже хотят видеть, как и моих фрейлин. Кажется, сеньора Крус тоже решила не терять времени…

Только я все еще не была готова. Ни к противостоянию с Лисбет, ни к встрече с Анхелем. Более того, я даже не могла сказать, что из этого хуже!

А вот Нил, кажется, мог.

— Миз Гилберт, комната Марисоль еще свободна?

Бордель-маман умудрилась сдержать улыбку и кивнула.

— Бузур, проследи за Каталиной, — коротко велел Нил и подхватил меня под руку — так крепко и многообещающе, что я придержала при себе все свои бесчисленные вопросы и поднялась следом за ним на второй этаж. Миз Гилберт не стала нас провожать и тактично удалилась к фрейлине, которая как раз объясняла что-то новым знакомым, вдохновленно размахивая гребешком.

На этот раз капитан Датри запер дверь сам — и неуютно стало мне.

Постель успели перестелить, а вместо подноса с завтраком на покрывале небрежно валялась бутыль рома — непочатая. Нил немедленно исправил этот недостаток и сделал большой душевный глоток.

Я отобрала у него бутылку и замялась.

— Нил, у меня все ещё…

— Лучше пей, — посоветовал он и небрежно стянул рубаху через голову.

Я посмотрела на широкую загорелую грудь, на дорожку темных волосков, уходящую за пояс бриджей… не то чтобы у капитана был шанс меня чем-то удивить — за время плавания я успела полюбоваться на него и не в таких ракурсах! — но именно сейчас ром оказался чертовски кстати. Не дав себе труда задуматься, кто же догадался оставить его в спальне, я выпила треть бутылки залпом и закашлялась до слез, пережидая жжение и горечь.

Нил милосердно позволил мне отдышаться, а потом подхватил под бедра и усадил на постель, которую я