Злая королева - Елена Ахметова

— Это побеги апганского каучукового фикуса, — сообщил он и замялся, но всё-таки пояснил: — Они хорошо гнутся, но сломать их без специального инструмента почти невозможно. Поэтому из апгана часто плетут клетки для рабов с буйным нравом, чтобы их можно было перевозить, не опасаясь бунта на корабле.

Я кивнула, принимая к сведению, и благоразумно не стала уточнять, откуда у рыцаря королевской гвардии такие познания в ботанике. Ответ мне определенно не понравился бы.

— Позволю себе предположить, что из апгана строят ещё и временные хижины и навесы, — хмуро произнесла я и уселась на пол, подобрав под себя ноги.

— Верно, Ваше Величество, — с лёгким удивлением подтвердил сир Родриго. — Почему вы?..

Я потерла руками лицо.

— Потому что Лисбет создала картину моего бегства с Фриайленда, — я неопределенно махнула рукой в сторону берега, где по-прежнему стояла на песке лодка без паруса и весел. — За те несколько недель, которые понадобятся «Сурайе», чтобы добраться сюда, мы погибнем от жары и жажды, а лианы разрушат клетки и так оплетут остовы, что будет непонятно, что здесь произошло… но челюсть Нила быстро натолкнет яфтийцев на определенные ассоциации. Мои соотечественники наверняка сочтут, что я побоялась оставаться в пиратском притоне и предпочла переждать политическую бурю, спрятавшись на необитаемом острове. Но здесь нас выследил вампир и выпил досуха всех, а потом и сам сгорел на солнце.

Удачный план. Мы, должно быть, далеко от Фриайленда, и Су попытается разыскать именно меня, а не порт; да и выглядеть все будет так, что мою смерть едва ли удастся связать с пиратами Коринезии. «Сурайя» просто увезет мои останки в Яфт, а за время плавания Лисбет наверняка успеет договориться о мире с герцогом Пересом. Уж он-то будет только благодарен за то, что не пришлось марать руки…

Изящно.

Только не сработает.

— Ваше Величество? — окликнул сир Родриго, когда пауза стала затягиваться.

Я встряхнулась и вынырнула из своих размышлений.

— Первым делом нам нужна тень, — твердо сказала я. — Повяжите на верх клетки камзолы. Даже при лучшем раскладе мы задержимся на этом острове на сутки. Когда Нил придет в себя, он сможет… — я запнулась, внезапно ощутив близкое движение за спиной.

Лисбет была не так уж и неправа, когда напророчила скорое пробуждение вампира. К счастью, по поводу того, когда он последний раз пил кровь, супруга губернатора серьезно ошиблась: конфликт с миз Гилберт фактически лишил сеньору Крус всех достойных доверия информаторов в борделе. По крайней мере, еще один день Нил должен был протянуть даже на солнце…

Ведь должен?!

— Еще проснуться не успел — а уже вовлечен в какие-то темные делишки, — мрачно проворчал капитан Датри, зажмурившись и вытянув вверх руку, чтобы защитить лицо от яркого света. — Что я там смогу? И где мы, черт побери?!

Я с усилием расслабила плечи, непроизвольно напрягшиеся в бесполезной попытке защитить шею. Все было в порядке и даже шло более-менее по плану, но придушить Лисбет отчего-то хотелось только сильнее.

— Разломать клетки, — с надеждой озвучила я.

Нил сфокусировал взгляд на плетеной решетке и скептически заломил бровь. Ему определенно не требовались пояснения, из чего были сделаны наши клетки, и о источнике его знаний я тоже старалась не думать.

— Нет, у меня и запасной план есть, — честно призналась я, — если уронить клетку набок, то я смогу просунуть ноги между прутьев, приподнять клетку и оттащить ее в тень, но… — я выразительно посмотрела вниз. Ноги Нила между прутьев решетки пролезли бы в лучшем случае до щиколоток — несмотря на то, что кто-то заботливо снял с него сапоги. — Ты говорил, что человеческая кровь нужна вампирам в качестве волшебного зелья для повышения силы и ловкости, верно?

Нил перевел взгляд со своих драматически босых ног на меня и тяжело вздохнул.

— Я должен был догадаться, — пробормотал он и, к счастью, замолчал.

Родриго и без того немедленно вскинулся и взъерошился, как дворовый кот перед дракой, — даром что противопоставить вампиру ему было нечего.

— Спокойно, — с нажимом произнес Нил, не дожидаясь отповеди. — Ее Величество в порядке, это тебе любой целитель подтвердит… — он покосился на меня и так многозначительно ухмыльнулся, что я не выдержала и пихнула его в плечо. — А в случае необходимости она мне сама двинет, — с прискорбием заключил этот бессовестный кровосос и наконец-то поднялся.

Правда, в первую очередь для того, чтобы отвязать камзол от решетки и набросить его мне на голову.

— Щепки полетят, — пояснил он и с некоторым сомнением примерился к прутьям. — Или я, — пробормотал он вполголоса, попытавшись разломить решетку руками.

Родриго скептически хмыкнул. Нил невозмутимо продемонстрировал ему непристойный жест и напряг плечи.

Щепки полетели красочно. Я только и успела, что ойкнуть и нырнуть обратно под камзол — даже полюбоваться на вытянутую физиономию Родриго не удалось. Зато треск и грохот наконец-то разбудил фрейлин, и их утро началось, пожалуй, так же бодро, как и мое.

— Ваше Величество?! — испуганно пискнула Каталина и тут же притихла.

Нил сдёрнул с моего Величества камзол, отряхнул и просунул во вторую клетку. Во второй раз треск показался только громче, а Родриго прикрыться от щепок так и не успел.

— А теперь, — мрачно изрек Нил, рассматривая собственные ладони, — Ваше Величество, не изволите ли ввести своих верных слуг в курс дела?!

Я посмотрела на разорванную решетку и обречённо подумала, что моя воля сейчас особой роли не играет. Куда важнее было успокоить взвинченного вампира, пока он ещё способен слушать!..

— Хорошо. Но прежде есть кое-что, что я сама хотела бы прояснить, — сказала я самым ровным тоном, каким только могла, и осторожно выбралась из клетки. — Ампаро, почему ты здесь? Разве ты не передала послание герцогу Пересу через Лисбет?

Родриго резко выдохнул и обернулся. Под его взглядом Ампаро сжалась так, будто ожидала удара.

— Ваше Величество, клянусь, я…

— Оставь, — я устало поморщилась и забрала свой камзол. Надевать его не хотелось совершенно, но он давал хоть какую-то защиту от солнца. — Я знаю, что герцог Перес шантажом вынудил тебя докладывать о каждом моем шаге. Знаю даже, чем именно он тебя шантажировал, — Каталина сказала, поскольку переживала за твой моральный облик и надеялась, что королева сможет на него повлиять.

Ампаро не двигалась и молчала. «Моральный облик» пострадал как раз по вине самого герцога, и нежных чувств к нему фрейлина не испытывала — как и Холли Гилберт к тому лорду-насильнику, из-за которого была вынуждена бежать с материка.

Только дочь древнего рода не могла просто сбежать от несправедливого порицания,