Порочный рокер - Джейн Даймонд

Группа, выступавшая на разогреве, закончила петь, и толпа сходила с ума от желания увидеть Джесси Мэйса во плоти. Не то чтобы можно было их в этом упрекнуть. С того места, где я стояла, его тело выглядело чертовски аппетитно в коричневых кожаных штанах на низкой посадке и со шнуровкой на промежности, а также в рубашке без рукавов, которая демонстрировала его фантастические руки.

Которые скользнули вниз и обхватили мои бедра. Он развернул меня к себе так резко, что я схватилась за его плечи, чтобы не упасть, а затем он впился в мои губы прежде, чем я успела подумать.

Поцелуй был долгим, настойчивым, глубоким и жадным. Вскоре я забыла обо всем, кроме этого поцелуя, и в комнате остались только мы с Джесси, слившиеся в медленном, жарком, сводящем с ума поцелуе.

Когда мы оторвались друг от друга, все уставились на нас, но сделали вид, что ничего не замечают.

Кто-то прочистил горло.

– Джесси? – Пеппер протягивал Джесси шот бурбона. Тот взял его и протянул мне. Раф понял намек и передал один Мэгги, а другой налил Джесси, после чего взял напиток и для себя с Летти.

Мы все выпили, Джесси быстро поцеловал меня еще раз, и затем они ушли, все четверо парней направились к выходу на сцену.

Когда я повернулась к Мэгги, она изумленно смотрела на меня, слегка подняв уголки губ. После бурбона – и того самого поцелуя – я почувствовала разливающиеся во мне тепло и потерю концентрации, и да, возбуждение. Меня встряхнуло прикосновение ее руки к моей.

– Пойдем, красавица, – сказала она, подражая хриплому голосу Джесси, и потянула меня в холл к ожидающему нас Флинну.

Мы поспешили вслед за группой к сцене, держась позади, чтобы не мешать Джесси, Рафу и Летти пристегивать ремни к своим гитарам. Джесси обменялся несколькими словами с гитарным техником, которые я не могла расслышать, и они оба рассмеялись; он был в невероятно приподнятом настроении, находиться рядом с ним было опьяняюще, и дело было не только в том поцелуе. От этого человека исходила электрическая энергия, которая, казалось, высекала искры в воздухе, и это было нечто большее, чем возбуждение – скорее гипноз.

Я хотела подойти ближе, но прилипла к Мэгги, как наклейка.

С завтрашнего дня я буду делать это самостоятельно. Сегодня же я не отойду от нее ни на шаг.

Пока она болтала с Джудом и Броуди, я просто стояла и наблюдала за Джесси. На сцене выступал какой-то местный радиоведущий, который заводил толпу, объявляя о скором появлении Джесси Мэйса на французском, а затем на английском. Толпа взорвалась при звуке его имени, а затем парни направились на сцену.

Джесси обернулся, обводя взглядом небольшую образовавшуюся толпу. Когда он увидел меня, то подошел, и все расступились перед ним. Он взял мое лицо в ладони, прикоснулся губами к моим губам и сказал:

– Увидимся после.

Затем он развернулся и неторопливо направился на сцену. Открылся занавес, Пеппер отбил ритм на бас-барабане, безумие толпы поднялось еще на октаву, и группа заиграла «Come Lately».

Мое сердце колотилось так сильно, что я чувствовала его сквозь безумную вибрацию музыки, доносившуюся через бетон у меня под ногами.

Мэгги толкнула меня плечом, и когда я взглянула на нее, она улыбнулась.

– Пришло время увидеть твоего мужчину в действии.

Она провела меня сквозь небольшую толпу; я даже не знала, кто все эти люди. У некоторых были пропуска для прессы, а некоторые, очевидно, являлись членами съемочной группы или группы, выступавшей на разогреве. Кем бы они ни были, никто из них и глазом не моргнул, когда мы с Мэгги, сопровождаемые Броуди и Джудом, направились в сторону сцены, чтобы посмотреть шоу.

Это было невероятно.

Джесси сразил меня наповал.

Это было совсем не похоже на VIP-шоу в Ванкувере, которое было небольшим, интимным и в значительной степени акустическим.

Это было грандиозное, потрясающее, сногсшибательное электрическое рок-безумие, и Джесси был полностью в своей стихии. За кулисами этот человек был наэлектризован, но на сцене он весь горел. Его охватила страсть. Я чувствовала это в его музыке.

Голос Джесси заполнил зал, каким-то образом перекликаясь с его гитарой и гитарой Рафа. Пеппер был настоящим безумцем на барабанах, но он, Летти и Раф не утруждали себя попытками затмить Джесси, и даже можно было сказать, что временами они едва поспевали за ним. Пальцы мужчины забегали по грифу так быстро и уверенно, что было удивительно, как искры еще не полетели в разные стороны. Он воспроизводил искрящиеся непристойные каверы на Dirty и исполнял самые мелодичные и трогательные песни со своего сольного альбома, его завораживающий и грубый голос сливался с музыкой.

Мне безумно нравилась его музыка.

Меня настолько поглотил процесс, что я забыла обо всем происходящем вокруг. Я перестала чувствовать себя заметной и беспокоиться о том, что кто-то считает, что мне здесь не место, или недоумевает, кто я вообще такая. Я забыла о Мэгги, Броуди и Джуде.

Я настолько погрузилась в шоу, что у меня перехватило дыхание от шока, когда Джесси объявил, что они играют последнюю песню.

Затем группа с пылом приступила к исполнению «Try Me On», самого тяжелого трека Sunday Morning, и Мэгги наклонилась ко мне.

– Давай посмотрим на это с другой стороны, – сказала она.

Это было странно, потусторонне, идти по внешнему пространству арены, где стояла толпа, пока группа играла заключительные аккорды «Try Me On». Музыка звучала приглушенно, у меня было ощущение, что я нахожусь под водой, и мысленно отметила, что перед следующим концертом нужно взять противошумные вкладыши. Когда песня закончилась, рев толпы тоже стал приглушенным, похожим на нестабильный стук сердца.

Люди начали заполонять многочисленные выходы с арены, и вскоре этот поток превратился в нескончаемую толпу. Внутри тысячи людей все еще скандировали имя Джесси, требуя выхода на бис.

Коридоры были заполнены, и Мэгги взяла меня за руку, когда мы пробирались сквозь толпу. Флинн, как обычно, следовал на некотором расстоянии. Я оглянулась на него, его темноволосая голова виднелась в толпе. Все охранники Джесси были высокими, и теперь я понимала почему.

Охваченная любопытством, я заговорщицки наклонилась к Мэгги.

– Эй. Мы можем от него ускользнуть?

– Нет, – сказала Мэгги и смерила меня взглядом «без фокусов». – Даже не пытайся.

Толпа сгустилась почти до непроходимости, и внезапно все в безумной спешке устремились обратно в чашу арены. Я слышала голос Джесси; он что-то говорил на сцене, но я не могла разобрать, что именно. Я старалась не попасть в давку и вжалась в стену. Я пыталась избегать зрительного контакта с проходящими мимо людьми. Был ли это эффективный способ избежать узнавания?

Насколько я теперь знаменита?

Мэгги рассмеялась и потащила меня к