Как выйти замуж за дракона - Ольга Иванова

«Потому что он сам был слишком занят, защищаясь от посягательств на свою руку и сердце», — мысленно ответила я. Кэйхарр перехватил мой красноречивый взгляд и отвернулся, стиснув челюсти.

— Но и ты ведь попустительствовала этому, — парировал он тетушке. — Кто с Фреей больше времени проводил?

— Нет! Это я во всем виновата! — Фрея снова расплакалась, уткнувшись лицом в плечо Вилме. — Я была так наивна! Так глупа! А он ведь даже не знает ничего из поэзии Винтона! И потом… Уже на постоялом дворе… Я хотела перенести свадьбу, просила немного подождать, но Эндрю… Разозлился и стал кричать. Я испугалась его…

— Лиа Кэйхарр, не плачьте, пожалуйста. — Шон Дестени протянул ей носовой платок. — Это разрывает мне сердце. Такие, как Эндрю Корф, — искусные лжецы и легко обольщают доверчивых людей, чье сердце чисто и открыто миру. И если кто и виноват во всем, так это я. В том, что не сразу озвучил свои подозрения, тем самым позволив всему дойти до такого финала.

— Ладно, давайте прекратим поиски виновных, — проворчала Вилма примирительно. — Главное, что все хорошо закончилось.

— Оно точно хорошо закончилось? — Кэйхарр посмотрел на сестру настороженно. — Этот мерзавец… прикасался к тебе?

— Нет! — выкрикнула Фрея испуганно, густо покраснела и снова спрятала лицо на груди тетушки.

— Все, Рональд, прекрати, — укорила его Вилма. — Нам всем надо успокоиться. Лучше скажи, ты останешься с нами?

— Нет, как только я доставлю вас в особняк, сразу продолжу свой путь, — ответил тот, не колеблясь.

Лиа Руан вздохнула, а я ощутила необъяснимую тяжесть на сердце. Будто его повторный отъезд и правда меня сильно волновал.

В Сильвертаун мы прибыли на рассвете. Карета остановилась у дома Стэйси, и Кэйхарр вдруг вышел тоже, чтобы помочь спуститься мне.

— Я хотел поблагодарить вас, — тихо произнес он. — За то, что проявили такое участие к нашей беде. И помогли. Это было… неожиданно.

— Как? И вы даже не предположите, что я это сделала с далеко идущими намерениями? — язвительные слова сами сорвались с моих губ. — В ваших глазах я ведь ничем не лучше этого Эндрю Корфа, верно?

— Я не всегда бываю прав, признаю. — Кэйхарр криво улыбнулся и отвел глаза. — Всего хорошего, лиа Ланье. — Он открыл дверцу кареты и скрылся внутри.

Лошадь тут же тронулась, а я еще несколько минут стояла в некой отрешенной задумчивости и смотрела вслед экипажу.

Глава 19

День для меня прошел в полусне. Я почти весь его пролежала у себя в комнате, отдыхая после безумной ночи, только вечером немного взбодрилась, чтобы в подробностях рассказать все свои приключения Стэйси, а еще отослать лэру Чаркешу письмо, где уже лично принесла извинения за сорванное свидание. Стэйси сказала, что он был расстроен, увидев ее вместо себя, но вошел в положение и заверил, что будет с нетерпением ждать нашей новой встречи. Уже следующим утром я получила от Чаркеша ответ, где он выражал искреннее желание увидеть меня сегодня же.

— А он настойчив, — хмыкнула Стэйси. — И, кажется, действительно серьезно настроен.

— Ну да, — отозвалась я, вертя письмо в руке.

— Ты разве не рада? — спросила подруга, внимательно наблюдая за мной.

— Рада, конечно, — ответила я с преувеличенным энтузиазмом и улыбнулась. — Мы ведь уже это обсуждали. Сейчас напишу ему письмо с согласием.

— Тебя что-то гнетет? — не отступала Стэйси. Она слишком хорошо знала меня, чтобы принять эти слова на веру. — Может, ты уже передумала воплощать свой план в жизнь? Если так, то не мучай себя. Придумаем что-нибудь другое. Время еще есть.

— Времени уже нет! — с горечью отозвалась я и вспомнила о письме лэра Твиста, которое так и не прочитала. — Поэтому я пойду до конца. Принеси мне, пожалуйста, чернила и бумагу, — попросила подругу уже более спокойным тоном.

Только та ушла, как в дверь позвонили. Мирэль где-то замешкалась на втором этаже, поэтому после очередного звонка открывать пришлось мне. Я удивилась, увидев на пороге мужа Стэйси.

— Тед? Ты что-то забыл?

И только потом заметила рядом с ним пожилого господина, который показался мне знакомым. Кто он, я вспомнила уже в следующую секунду, когда тот мне улыбнулся и поклонился. Лэр Кэйст, если не ошибаюсь. Это он интересовался о моей маме на балу Роз.

— Если только ключи, — усмехнулся тем временем Тед, но быстро вернул лицу серьезность. — Габриэлла, мы пришли поговорить с тобой.

Мы? Со мной? Я ничего не понимала, но пропустила их в дом.

— Лиа Ланье, рад вас снова видеть, — улыбнулся мне лэр Кэйст.

— Прошу прощения, но не могу ответить вам взаимностью, поскольку не понимаю пока причину вашего визита, — сказала я, пряча за натянутой улыбкой нарастающее волнение.

— Тедди? — вернувшаяся с письменными принадлежностями подруга тоже удивилась, увидев мужа.

— У нас важный разговор с Габриэллой, — ответил тот, вешая шляпу на специальный крючок у двери. — Мы будем у меня в кабинете. Попроси Мирэль, чтобы принесла нам чаю. А может, и чего покрепче.

Последнее уточнение только усилило тревогу. Что вообще происходит? Для какого такого разговора может понадобиться алкоголь? Случилось что-то страшное?

Именно это я и спросила, как только дверь кабинета за нами закрылась:

— Стряслось что-то плохое? Что-то с моими сестрами, имением?

— Нет-нет, ничего такого, — заверил меня Тед, — присядь. Лэр Кэйст, присаживайтесь тоже. — Он показал на свободное кресло. — Итак, Габби. Не буду больше тебя томить. Сегодня утром в нашу контору обратился лэр Джефри Кэйст, ты, как я понимаю, уже имела возможность с ним познакомиться.

— Да, мы виделись на Розовом балу, — ответила я, глянув на Кэйста, и тот одобряюще кивнул.

— Лэр Кэйст принес нам завещание Гарольда Аннэла, — продолжил Тед. — Тебе знакомо это имя?

У меня перехватило дыхание:

— Если не ошибаюсь, это имя моего дедушки. Отца моей матери. Я просто никогда его лично не знала и не видела…

— Все верно, лиа, — улыбка лэр Кэйста была все такой же мягкой и доброжелательной, — Таисса была дочерью Гарольда Аннэла. А я — его близким другом, а также хорошо знал вашу маму до тех пор, как она решила выйти замуж за вашего отца лэра Ланье.

— Мой дедушка умер? — Сердце колотилось все сильнее и сильнее.

— Да, увы, как и ваша бабушка Нинэль, — ответил Кэйст с заметной грустью. — Нинэль умерла одиннадцать лет назад. Даже дракомага может убить душевная боль и