Снежный ангел - Мэри Бэлоу

– Я рад, что мы решили посетить аббатство, – сказал он, – мне было бы жаль упустить такую возможность.

– Что? – спросила она. – Ах да, там действительно чудесно. Не понимаю, как у людей могла подняться рука разрушить такое замечательное сооружение.

Джош, ехавший за ними следом, что-то сказал Кристобель, и та захихикала. Граф бросил взгляд через плечо и увидел, что Розамунду сопровождает Карвер.

Лорд Уэзерби никак не мог простить себе того, что случилось. Он решил обойти стену в надежде найти Аннабелл и провести с ней несколько минут наедине, а может быть, даже поцеловать ее, если она проявит достаточную благосклонность. Вместо этого он разыскал Розамунду, проигнорировал просьбу молодой женщины уйти и поцеловал ее; к тому же поцелуй этот вовсе не походил на дружеский знак памяти о былой близости.

Неужели он так плохо владеет собой? И так мало уважает чувства Розамунды и девушки, которая должна стать его женой? Той девушки, которая сейчас молча едет рядом?

– Я надеялся, что нам удастся побыть немного вдвоем, – сказал он. – Мне хотелось бы познакомиться с вами поближе, Аннабелл.

Она пристально взглянула на него. Джош беззаботно рассмеялся позади них, Кристобель взвизгнула и захихикала.

– Мы можем вернуться другой дорогой, – поспешно ответила Аннабелл. – Она вон там, за холмом.

– Тогда давайте пропустим всех вперед, – предложил граф, придержав лошадь.

Через минуту они оказались позади разбившейся на пары компании.

* * *

– Аннабелл хочет показать мне другой путь к дому, – объяснил граф Робину и Памеле.

Они двинулись по едва различимой тропе между редкими деревьями, голоса их спутников затихли где-то слева.

– Мы поднимемся на холм? – спросил он.

– Да, оттуда очень красивый вид.

Они молча ехали рядом, пока не достигли ровной площадки на вершине холма. Как и обещала Аннабелл, оттуда открывался великолепный вид. Дом и озеро были так же хорошо видны отсюда, как и Винвудское аббатство и река. Лорд Уэзерби обратил свой взгляд на озеро и попытался отыскать место, где они стояли с Розамундой.

Нет, он никак не может избавиться от мыслей об этой женщине.

– Может быть, спешимся ненадолго? – сказал он. – По-моему, ветер уже стих.

Граф привязал лошадей к дереву и повернулся к Аннабелл. Он чувствовал ее напряжение и не понимал, что с ней происходит.

– Что с вами? Что-нибудь случилось?

– Нет, – коротко ответила она. Он мягко улыбнулся.

– Мы оба знаем, что ваш отец желает нашего союза и что через несколько дней я сделаю вам официальное предложение, – сказал он. – Ваш дед собирается объявить о нашей помолвке на балу, в день своего рождения. Может быть, мысль об этом не дает вам покоя? Вам хотелось бы отложить помолвку? Или расторгнуть ее совсем? – Впервые я услышала о вас, когда мне было девять лет, – уклонилась от прямого ответа Аннабелл, – и было бы странно, если бы я не была к этому готова, милорд.

– Может быть, вам хочется, чтобы это произошло в другой обстановке?

– Нет, милорд, я всем довольна.

– Довольна, – сказал он с улыбкой. – Однако вы ни разу не назвали меня по имени.

– Если вы настаиваете, я могу попытаться, но мне будет трудно. Вам было двадцать лет, когда мы встретились впервые. Мне казалось, что вы намного старше меня, совсем взрослый джентльмен.

– Неужели? И конечно, я ничего не сделал для того, чтобы вы чувствовали себя свободнее. Двадцатилетние юноши, как правило, не испытывают большого уважения к девятилетним особам. Так в этом вся проблема? Вы считаете меня слишком старым?

– Нет, конечно, нет. Да и вообще нет никакой проблемы.

Он положил руки ей на плечи и заглянул в глаза. «С тем же успехом я мог бы смотреть на хкаменную стену, – подумал он. – Что скрывается за этим непроницаемым взглядом?»

– Нам не мешало бы привыкнуть друг к другу и подружиться до того, как я сделаю вам предложение. Как вы думаете?

Она молча смотрела на него.

– Поцелуйте меня, – вдруг попросила она. – Пожалуйста, поцелуйте меня… Джастин.

Он заколебался. За каменной стеной в ее глазах сквозила боль. Он опустил голову и медленно поцеловал ее сомкнутыми губами. Губы Аннабелл были плотно сжаты в твердую линию.

– Не нужно бояться меня, – сказал граф. – Я не обижу вас, Аннабелл, и никогда не потребую больше, чем вы захотите мне дать.

Вместо ответа она обняла его за шею.

– Я не боюсь, – сказала она. – Я хочу поцеловать вас.

Когда он наклонился к ней снова, она поцеловала его с отчаянной страстью, прижавшись к его рту неумелыми губами и чуть не задушив в объятиях. После он ласково обнял ее и тихо покачивал, успокаивающе гладя по голове.

Из-за кого так страдает эта девушка, думал граф. Может быть, она познакомилась с ним в Лондоне во время прошлого сезона? Нет, он бы заметил это сразу. Кто-то из Брукфилда? Вряд ли. Все остальные гости доводятся ей родней, хотя и дальней. Возможно, это кто-то из ее собственного дома, невхожий в высший свет. Хотя какое это имеет значение, если Аннабелл заочно помолвлена с девяти лет.

Господи, как все сложно! Официальная помолвка еще не состоялась, а они связаны так крепко, словно уже сделана запись в церковной книге и отпразднована свадьба; и все потому, что он поговорил с ее отцом, а она считала себя обязанной исполнить волю родителей, несмотря на то что они предоставили ей полную свободу выбора.

– Вы не будете презирать меня? – спросила она, уткнувшись лицом ему в плечо. – Не подумаете, что я веду себя неприлично? – Она подняла голову и посмотрела на него. – Но ведь я не сделала ничего плохого, милорд, мы почти помолвлены, правда?

– Конечно, вы не сделали ничего плохого. – Он улыбнулся.

– Мне понравилось, – быстро сказала она. – Я уже начинаю любить вас, Джастин. Клянусь вам. Он легонько поцеловал ее в нос.

– Тогда расскажите мне о себе, – попросил он. – Расскажите, кто такая Аннабелл Милфорд. Но думаю, будет лучше, если мы поговорим по дороге. Ваш папа может рассердиться, если мы задержимся.

Они спустились с холма и миновали поле, которое начиналось сразу за Брукфилдским парком. Аннабелл перестала дичиться и рассказывала графу о своей жизни. Однако он чувствовал, что душа ее по-прежнему остается для него тайной за семью печатями. Он видел, что девушка смирилась с тем, что должна стать его женой, и теперь изо всех сил старалась его полюбить. Но за последние полчаса у него появилось ощущение, что Аннабелл не будет с ним счастлива.

И еще он готов был поклясться, что ее сердце уже несвободно.

– Нет, – услышал он ее голос, – я никуда не выезжала, за исключением Лондона. Да, и еще, когда мне было четырнадцать, мы с мамой около месяца гостили в Линкольншире, у тети Розы и дяди Леонарда. Я никогда не могла понять, почему тетя Роза вышла за него. Ведь она такая красивая, а он был такой старый. Но знаете, они были счастливы. Думаю, тетя Роза была смыслом его жизни.