Мечтай осторожнее - Александра Поттер

Так что я пожертвовала самым дорогим — и пригласила Гейба позавтракать.

Я доедаю омлет, а Гейб, рассеянно поглаживая небритый подбородок, просматривает новости спорта. Потом откидывается на спинку стула и откладывает газету.

— Что-то ты ни словом не обмолвилась, как вчера прошло свидание.

Краснею, сама не знаю почему.

— О-о, даже так? — Он смеется.

— Все было неплохо… — Ни с того ни с сего засмущавшись, опускаю голову и принимаюсь возить вилкой по тарелке — сгребаю крошки омлета в кучку. — А откуда ты знаешь, что свидание было вчера? — спрашиваю с деланным равнодушием.

— Я ясновидящий.

— Ой, правда?

Расслабься, Хизер, он прикалывается, как всегда.

— Вообще-то нет. Просто я слышал, как он за тобой зашел.

— А-а!

— Ровно в восемь.

— Невежливо заставлять даму ждать.

— Вот так и Миа мне всегда говорит, но я жуткий тормоз. Вечно опаздываю.

При упоминании его девушки сочувственно улыбаюсь:

— Скучаешь?

— Ага.

Он не развивает тему, и у меня появляется смутное подозрение, что ему не хочется об этом говорить. Разумеется, я пру напролом:

— Как ее съемки? — На самом деле я пытаюсь спросить: «Что у вас с ней происходит?»

— Нормально… — Дернув плечом, он пробегает пальцами по намечающимся усикам. — Хотя я ж толком не в курсе.

Так я и думала. Что-то неладно.

— Мы давно не общались. Ей вроде неудобно со съемок звонить. — Гейб собирает со стенок чашки пену от капучино и облизывает ложку. — Да и разница во времени…

Все ясно — он ищет для нее оправдания, и мне вдруг почему-то хочется его защитить. А Миа с ее идеальными зубами и роскошными волосами мне уже откровенно не нравится.

— Любовь на расстоянии — дело непростое?

Кивнув, он меняет тему:

— Так тебе нравится новый парень? Как, ты сказала, его зовут?

— Еще не говорила, — улыбаюсь я. — Его зовут Джеймс. И — да, очень нравится.

Язык готова себе откусить! Хизер Хэмилтон — чемпионка мира по сдержанности выражений, прошу любить и жаловать.

— Представляешь, он давно хотел меня пригласить, но боялся отказа.

— Когда опять встречаетесь?

— Сегодня вечером, — бросаю небрежно, отпивая латте.

Точнее, пытаюсь изобразить небрежный тон, но Гейб видит меня насквозь.

— Ого! Два свидания кряду? — Он толкает меня под столом коленкой.

— Точно. — Я душу волнение в зародыше. Джеймс такой потрясающий, боюсь, как бы не спугнуть удачу, чересчур размечтавшись.

Зато Гейбу бояться нечего.

— Ва-а-у… — тянет он с ухмылкой. — Да он запал на тебя, детка.

После чего вгрызается в тост и жует с открытым ртом. Отвратительная привычка — у любого другого человека, а в Гейбе даже умиляет.

— Ну, не знаю… — скромничаю я, но Гейб опять не клюет.

— Послушай-ка, Хизер… — С шумом втянув через соломинку остатки апельсинового сока, он поднимает на меня глаза. — Тебе давно нравится этот парень, и, судя по твоему рассказу, ты ему тоже нравишься. Так в чем проблема?

— Ладно, ладно, ты прав. Нет никаких проблем… в том-то и закавыка.

На лице Гейба появляется веселое изумление.

— У тебя в роду точно евреев не было?

Надо признать, когда Гейб не включает эстрадного комика, он бывает довольно забавен. Я игриво шлепаю его «Стилем», и… кто-то врезается в мой стул, кофе проливается мне на колени.

— Эй! Ослепли? — вскрикиваю я.

— Прости-и-ите! — Стайка пацанов с улюлюканьем несется дальше по улице.

— Ты в порядке? — Гейб передает мне салфетку.

— Нормально, — бурчу я, промокая подол.

— Само напрашивается «ну и молодежь пошла», верно? — подкалывает он.

Пока я сосредоточенно тру салфеткой колени, Гейб снова зарывается в газету, вынимает развлекательное приложение и сразу утыкается в самый конец. Что выдает в нем заядлого любителя гороскопов.

— Астрологический прогноз зачитать? — жизнерадостно предлагает он.

— Еще чего. Бредятина! — Я швыряю на столик мокрую салфетку в бурых разводах.

— Не хочешь — как хочешь.

Я смотрю, как он изучает труды нашего мэтра астрологии Джонатана Кейнера, и меня разбирает любопытство. Вывернув шею, пытаюсь читать вверх ногами. Интересно, есть ли в моем гороскопе что-нибудь про новую любовь? Ни черта не видно…

— Ладно, уговорил, — произношу с таким видом, словно он все это время меня умолял. Через секунду соображаю добавить: — Между прочим, я Рыба.

— Значит, Рыба? — Гейб поднимает брови, будто это о чем-то ему говорит. Нет, не буду спрашивать. В конце концов, это же все ерунда, верно?

— «Сейчас, когда планеты выстроились в одну линию, настал важный этап для вашей карьеры, семейных отношений и личной жизни. Впереди серьезные перемены. Это удачный период, так что очень возможны неожиданные подарки судьбы». Bay! Хизер, да тебе светит крупный выигрыш.

— Ну что ты. Я никогда ничего не выигрываю.

Смеясь, вдруг вспоминаю про лотерейный билет. Сердце начинает стучать быстро-быстро.

— Гейб, ну-ка передай мне газету. Хочу кое-что проверить.

— Дальше не хочешь послушать?

— Секунду.

Лихорадочно проглядываю страницы. Ага, вот… Нет, не здесь. Вглядываюсь в строчки. Нашла. Результаты вчерашнего розыгрыша.

Что-то в этих числах знакомое…

Я даже дышать позабыла. 30 — мой возраст. 14 — номер дома, 6 — столько лет я проработала у Брайана. Спокойно, Хизер, спокойно, дальше… 27 — мамин день рождения, 27 апреля. А те два номера, которые я выбрала в спешке? Почти уверена, что один из них — 13… Вот же он, черным по белому! Последний — 41. Совпадает? Ну же, Хизер, вспоминай…

— Хизер?

Подпрыгиваю от неожиданности. Совсем забыла про Гейба.

— Ты в порядке?

— Ничего, ничего…

Мама родная, неужели я выиграла в лотерею?

— Вид у тебя… уж больно серьезный. — Гейб разглядывает меня, как экспонат в музее.

— Правда? — выдавливаю улыбку.

Вчера разыгрывали джекпот.

— И побледнела здорово.

— Да все нормально, честное слово.

Я стану миллионершей.

— Может, пойдем домой? Я попрошу счет. — И он машет официанту.