Солнечное настроение - Глория Му

Игорь осторожно вошел в дом, стараясь двигаться как можно бесшумнее. Ему очень хотелось войти к Ольге и увидеть ее спящую. Просто для того, чтобы убедиться, что прошлый раз – это был не обман зрения, что она действительно такая, какою он ее запомнил. Вот сейчас он тихонько поднимется по лестнице, войдет в ее комнату и…

– Чижик? Что-то с Чижиком? Что случилось, Игорь Дмитриевич?

Ольга очень старалась не думать ни о чем плохом, но он так тихо вошел… Так медленно, даже вроде неохотно.

Игорь невольно вздрогнул – голос ее был так близко, прямо перед ним, немножко нереальный в полной темноте и тишине, будто существующий сам по себе, без Ольги. Он пошарил рукой по стене, нашел выключатель и включил свет. Ольга стояла внизу у лестницы, держалась за перила и тревожно смотрела на него, щурясь от света.

– Что с Чижиком?

Подумать только – когда-то он взревновал Анну к Ольге. И теперь все повторяется с той же силой, только с точностью до наоборот.

– Все в порядке, – быстро сказал он и пошел ей навстречу, протягивая руки. – Чижик жив, здоров, скучает по тебе, сейчас давно уже спит и передает тебе привет. Ты зачем сюда припрыгала?

Ольга облегченно перевела дух. Значит, ничего не случилось. Зря она все время так психует. Не решат же они делать операцию прямо завтра… А потом она успеет вмешаться.

– Я есть хочу, – сказала она, все так же тревожно всматриваясь в него. – А вы есть хотите?

Если бы они поужинали вместе, он, может быть, что-нибудь ей рассказал бы…

– И я есть хочу, – сказал он, подходя к ней. И вдруг решительно подхватил ее на руки и понес вверх по лестнице. – Но сегодня мы будем есть опять в твоей комнате.

– Почему это? Зачем это? – испугалась Ольга. – Игорь Дмитриевич, отпустите меня!

– Конечно, – бормотал он, внося ее в комнату. Надо же, легкая какая. Как птица. – Отпущу. Обязательно. А как же…

Но отпустил все-таки не сразу. Подержал еще пару минут на руках, покачал, будто ребенка, потерся своей головой о ее голову. Потом осторожно посадил на постель и отступил на шаг.

– Поговорить надо, – строго сказал он. – Жди здесь, я сейчас все принесу.

Она сидела и послушно ждала, уже не очень боясь, но все-таки думая все время: о чем это ему поговорить надо?

– О чем поговорить? – спросила Ольга, как только он опять вошел в комнату с подносом в руках и с бутылкой шампанского под мышкой. Она настороженно посмотрела на эту бутылку. Нет, все-таки что-то произошло, наверное… – Об операции поговорить?

– Нет. – Игорь поставил поднос на тумбочку, а бутылку – на пол, стал расставлять тарелки, вилки из салфетки вытряхнул. – Операции не будет. И вообще об этом потом… Я просто выяснить кое-что хотел. Очень срочно.

– Ну? – тревожно поторопила она.

– В общем, так… – Игорь помолчал, собираясь с духом. – Ты работаешь, чтобы зарабатывать деньги. Правильно?

– Ну? – после паузы настороженно отозвалась Ольга.

– Деньги тебе нужны, чтобы купить квартиру?

– Ну? – повторила она, нервничая неизвестно почему все больше и больше.

Игорь оставил в покое вилки-тарелки, сел в кресло рядом с кроватью, внимательно уставился на нее и спросил:

– А квартира тебе зачем?

– То есть как зачем? – растерялась Ольга. – Чтобы жить!

– Тебе негде жить? – вкрадчиво спросил Игорь.

– Сейчас – есть где… – Ольга совершенно не понимала, куда он клонит. – Но это пока я няней работаю…

– Ясно, – перебил он нетерпеливо. – А для того, чтобы заработать на квартиру, надо проработать няней лет двадцать.

– Вот еще! – удивилась Ольга. – Мне же не такая, как у вас, квартира нужна. Мне маленькая квартира нужна, и самая дешевая, и… три метра у меня уже есть. И я Галке деньги отдала, там уже много накопилось, она обещала еще облигацию купить.

– Спокойно, – сказал Игорь. – Про эту дурь с облигациями я все знаю. Но суть в другом. Ты же все заработанные деньги на эти облигации тратить не сможешь, верно? Текущие расходы, тряпки какие-нибудь, то-се… Ну, я не знаю. В отпуск куда-нибудь съездить, в конце концов.

– Какие тряпки? – возмутилась она. – Какой отпуск? Я ни разу в жизни в отпуске не была… Да и на кой черт мне все это? Мне квартира нужна!

– Тебе квартира нужна для того, чтобы чувствовать себя независимой, – с расстановкой сказал Игорь. Он смотрел на ее тревожное лицо, на ее напряженно прищуренные глаза – даже такой жиденький свет ночника ей мешает. Ну да, она же столько лет жила в темноте… Игорь с трудом глотнул, прокашлялся и сказал буднично: – Можешь чувствовать себя совершенно независимой. У тебя есть квартира.

– Не понимаю… – Ольга нервно пошевелилась, поморщилась от боли и прикрыла от света глаза рукой, вглядываясь в его лицо. – Какая квартира у меня есть? Ничего не понимаю.

– Вот какая. – Он вынул из внутреннего кармана пиджака бумаги, бросил ей на колени и нетерпеливо ждал, пока она медленно изучала их. Что-то уж очень медленно…

– Это что за подарки? – наконец сказала Ольга, не поднимая глаз, и он вдруг с ужасом заметил, что по ее щеке поползла крупная, светящаяся в полумраке слеза.

– Это твоя зарплата за десять лет, – быстро сказал Игорь. – Во-первых, чтобы ты раньше не смылась. Во-вторых, чтобы могла зарплату за последующие десять лет по своему усмотрению тратить… Потому, что я взял тебя на работу с испытательным сроком, ты помнишь? Это у меня испытательный срок такой – двадцать лет. Минимум. А в третьих – ты за меня замуж пойдешь?

Она положила бумаги на тумбочку, закрыла лицо руками с и отчаянием сказала:

– Игорь Дмитриевич, я не могу…

Господи, что ей делать? Как он не понимает, что так просто нельзя… Квартира, о какой она и не мечтала никогда, – и за это, значит, замуж…

– Ну ничего, ничего, – забормотал Игорь, пересаживаясь на постель рядом с ней и отнимая ее руки от мокрого, бледного, растерянного лица. – Это мы потом обсудим. А то сразу все… Давай сначала квартиру твою обмоем.

Он встал, торопливо открыл бутылку и, разлив половину на ковер, налил шампанского в два больших чайных стакана. Протянул один стакан Ольге, поднял свой и настойчиво сказал:

– Пей. Сразу все выпей, и легче будет. Тебе сейчас надо…

Ольга, не переставая плакать, сделала большой глоток холодного шампанского, поморщилась от пузырьков, слегка обжегших горло, и опять сделала глоток. Игорь тоже выпил половину и тут же долил оба их стакана опять до краев.

– Я вино не люблю, – сказала Ольга, вытирая глаза. – Я быстро опьянею, наверное… Игорь Дмитриевич, все равно… Я не могу замуж. Вы не понимаете… Я никогда больше замуж не пойду. И детей у меня не может быть, скорее всего, и вообще… Зачем вам это?

Она быстро осушила свой стакан, а он свой поставил на тумбочку, обнял Ольгу за плечи, прижал к себе, спрятал свое лицо в ее волосах и тихо заговорил, сам чуть не плача: