Сбывшийся сон - Эмили Роуз

Эти слова дались ей с неимоверным трудом, тем более что устремленные на нее пылающие недоумением зеленые глаза были совсем близко, всего в нескольких дюймах. Но она должна была сказать это.

— Да, теперь ты знаешь, что я ни в чем не виновата, и, надеюсь, ты уже понял, что и в прошлый раз оскорбил меня зря. Я поступила глупо, но не хотела причинить тебе зла. Но это ничего не меняет. Какая-нибудь история в будущем опять заставит тебя во мне усомниться, и ты снова начнешь терзать меня подозрением.

— Ты права, права! — воскликнул он и с силой смял сигарету в пепельнице. — Да, я скотина. Но у меня есть оправдание, дорогая: я любил тебя пять лет назад, а теперь люблю еще больше. Я сам мучился не меньше тебя, переживал, сходил с ума. А когда тебя втащили в мою каюту, всю мокрую, как русалку, — он протянул руку и нежно коснулся ее волос, — я понял, что не могу снова потерять дорогого для меня человека. Я мог бы упечь тебя в тюрьму, — он криво улыбнулся, — или посадить под замок у себя на вилле, но я отвез тебя на мой остров, чтобы остаться с тобой вдвоем.

— О господи! — На ее глаза снова набежали слезы. — Да, я думаю, ты любишь меня, и я люблю тебя. Но между нами всегда будет стоять тень сомнения. И мало-помалу, капля за каплей, она все равно разлучит нас. Нет, послушай меня. — Она протянула руку, когда он попытался возразить. — Ты сам говорил, что требуешь полной надежности от всех окружающих тебя людей и особенно от жены. Рано или поздно я замечу в твоих глазах недоверие, и это разобьет мне сердце. Я не могу и не хочу больше оправдываться.

— Маленькая моя, — он взял ее за руки, все еще холодные, несмотря на выпитый кофе, и удержал их в своих, хотя она сделала попытку высвободиться. — Я знаю, что не заслуживаю тебя. Мне жизни не хватит, чтобы оправдаться перед тобой, — добавил он хрипло. — Но я молю тебя — прости! Я не смогу жить без тебя, поверь мне в последний раз. — И он коснулся губами ее ладони.

— Я верю, Рик, но…

— Даже когда я не сомневался в твоей виновности, я не мог вынести мысли, что ты снова исчезнешь из моей жизни. Я вернулся в твою гостиницу, и там рассерженная Анжела, — он даже закатил глаза, вспоминая, — сообщила мне, что ты уже уехала. Я помчался за тобой в аэропорт и подоспел как раз в тот момент, когда твой самолет взлетел. Нет, послушай, — он поднял руку, когда она попробовала вставить хоть слово, — теперь моя очередь. Когда этот дуралей Уильям вернулся со своим чертовым уловом, я уже связался с пилотом и готовил необходимые бумаги, чтобы лететь за тобой — или, так как ты летела через Нью-Йорк, обогнать тебя. И мне это удалось только что.

Синтия, чувствуя, как ее сердце переполняется счастьем, все-таки продолжала противиться.

— Так хочется верить тебе, Рик, — сказала она мягко, — но ты мне все-таки не поверил. А у меня достаточно гордости, чтобы…

— Девочка моя! — Его пальцы крепче сжали ей руки. — Клянусь, что больше никогда, никогда не усомнюсь в тебе. И если ты только дашь мне такую возможность, я посвящу весь остаток жизни, чтобы тебе это доказать.

За соседним столиком устроилась компания шумных подростков. Они сдвинули вместе два стола и теперь с грохотом переставляли стулья. Рик с недовольной гримасой потянул ее за руку.

— Пойдем отсюда. А то я запущу в этих деток пустым кофейником.

Взяв Синтию за локоть, он подхватил ее чемодан и вывел на улицу, где уже ждал серый блестящий «ягуар» с водителем в униформе, который наготове стоял у дверцы. Не доходя несколько шагов до машины, Рик внезапно остановился.

— Еще минуту. — Он повернул ее к себе лицом и произнес с лихорадочной настойчивостью. — Я не могу ждать, пока мы вернемся в Лондон, прости меня, пожалуйста. Без тебя моя жизнь, моя работа, мое богатство — все равно, что пепел от несбывшихся надежд, — не имеет смысла. Будь моей женой. Будь моей женой, дорогая, и обещаю — клянусь тебе всем, что только от меня зависит, — тебе никогда не придется раскаиваться.

Он смотрел на нее пристально и напряженно ждал ответа. Странно, но, кажется, только в эту минуту ей открылась вся глубина ее любви. Она протянула ему руки.

— Рик…

Любовь была в сияющей улыбке, с которой она взглянула на него, в этом коротеньком слове заключалась страсть и надежда на будущее счастье. И когда шофер потупился, разглядывая кончики начищенных ботинок, Синтия, легко вздохнув, шагнула в объятия любимого.

— Ты счастлива, любовь моя? — еле слышно прошептал Рик, касаясь губами ее волос. Синтия, прильнув щекой к его груди, только улыбнулась. — Ты уверена? — В его голосе послышалась слабая нотка сомнения, которая растрогала ее до глубины души.

— Совершенно, — она чуть-чуть повернула голову и прижала губы к его теплой щеке.

— О, моя милая!

Руки Рика сжались крепче, и Синтия положила на его плечо левую руку, украшенную великолепным кольцом с сапфиром и — со вчерашнего дня — узеньким золотым ободком, который был ей дороже всех украшений.

Рик мягко отстранил Синтию от себя, чтобы лучше разглядеть ее лицо. Солнце, садившееся далеко в море, освещало их лица золотистым сиянием. Они обменялись долгим взглядом, впитывая любовь и обожание, которое видели в глазах друг друга.

Рик коснулся поцелуем ее шеи.

— У меня отвратительный характер, дорогая. Но, по крайней мере, тебе уже известны все недостатки твоего мужа. И следующие пятьдесят лет я буду демонстрировать тебе только свои достоинства, честное слово.

— О! — Она посмотрела на него очень серьезно, но в больших невинных глазах промелькнула озорная искорка. — Но ведь я вышла за тебя исключительно ради твоих недостатков. Я и не знала, что у тебе еще есть какие-то достоинства. Это может испортить дело.

— Ах ты злючка!

Он с шутливой свирепостью бросился на нее, но она увернулась, спрыгнула со ступеней веранды и со смехом помчалась к морю.

Уже на самом берегу Рику удалось поймать ее за край шелкового платьица, которое трепал морской ветерок. Ее смех перешел в визг, когда он схватил ее на руки и поднес к самой кромке воды, а потом вошел по колено в воду.

— Бросить тебя в море? — Его смеющиеся глаза пугающе блеснули.

— Нет-нет, — воскликнула Синтия, охваченная одновременно страхом и весельем. — Ты испортишь мой наряд.

— Ну, тогда… — он вернулся на берег и поставил ее на песок, не размыкая рук, — лучше совсем от него избавиться, не так ли?

Рик стянул с нее легкое, шелковое одеяние и отбросил в сторону. Все еще продолжая смеяться, он с восхищением посмотрел на нее. Синтия небрежно откинула рукой свои длинные светлые волосы, упавшие на лицо, и прижалась к мужу. Он задержал дыхание.

— Ты такая красивая, — проговорил он хрипло. — Такая красивая, что до сих пор наполовину кажешься мне сном, который приходит ко мне только ночью, а с зарей исчезнет, растает в воздухе. Мне страшно просыпаться, я боюсь, что тебя не окажется рядом. — Он ласково провел пальцем по ее обнаженному бедру.