«Дом» под землей - Ясма Грин

— Это высокая цена. К тому же не даёт гарантии, что девчонка сама не захочет отправиться в тот же Средний в следующий раз.

— Не захочет. И цена… — на миг задумался Кевин. — Она даже и близко не та, которую мне стоило бы заплатить.

И дело не в том, что сейчас он сидит перед директором, живой и совершенно здоровый, а Эми где-то там, на койке в госпитале, и по прогнозам госпожи Вазайски проспит так ещё несколько дней. На самом деле, Кевин злился. Притом злился на самого себя, собственное незнание и бессилие.

Когда сестра рухнула на землю он первым делом подумал про обморок из-за волнения. Сердился и ворчал себе под нос всю дорогу, мол, как можно было вырасти настолько изнеженным созданием, и, не слишком-то нежно прижимая к себе хрупкое девичье тело, всё обещал себе заняться физической подготовкой Эмили всерьёз. И позже, когда при помощи других парней из дома, девушка оказалась в кабинете Вазайски, так и ответил врачемагу — мол, слишком уж слабой она выросла, раз нервная система не выдержала напряжения. Даже сомнения, что с сестрой что-то не так, закрались в его голову лишь после того, как госпожа Вита приказала ему снять с себя повязки.

'— Эмоциональное перенапряжение здесь, кажется, только у тебя, — спокойно ответила женщина, даже не взглянув на рану. Вернее, её полное отсутствие. — Я дам тебе настойку, пей по десять капель перед сном в течении недели. А хотя нет, при твоём весе лучше по двенадцать. Всё, свободен.

— Но… — парень погладил ладонью бок, в котором ещё полсуток назад зияла колотая рана. — А Эми? Когда она очнётся, и почему до сих пор спит? И почему моё ранение выглядит так, словное его и не было?

Буквально пару секунд Вазайски смотрит на него с удивлением, а после легонько стукает себя ладонью по лбу.

— Точно! — говорит она, едва заметно хмыкая. — Мы все так привыкли, что ты у нас мальчик, поцелованный силой, что я порою забываю об ограничениях. Ты же не видишь потоки энергии, как врачемаг, да? Зелёные искорки в чёрных лентах.

Нет, он не видел. Такой способности у Кевина действительно не было, как и причин для сожаления. До этого дня.

— Твоя сестра не умеет лечить правильно, и именно поэтому мы с ней прервали процесс её обучения. К сожалению, это вопрос не навыков или таланта, а природных способностей, — вздыхает женщина, с тоской вспоминая, как пришлось оставить попытки выучить себе помощницу. — Вместо того, чтобы запустить процесс восстановления за счёт твоих ресурсов, она смогла только использоваться свои собственные. Будь всё по правильному, и твой организм бы сам остановил процесс в нужный момент, оставив окончательное заживление на совесть времени. Пошатывался бы, конечно, при ходьбе, но пришёл в «Дом» своими ножками. А так — просто вытянул из неё силы, пока сам не стал окончательно здоровым.

Запоздало Кен обозвал себя идиотом. Действительно, какое к Черни второе дыхание! Он же прекрасно видел, что с каждой минутой становился здоровее, а боль и вовсе не напоминала о себе. И всё это притом, что Эмили буквально таяла на глазах, едва передвигая ноги.

— Она поправится?

Вазайски потёрла переносицу, тяжело вздыхая. Ну что за парочка! Один геройствует там, где не стоит, другая пытается врачевать, хотя ей это строго-настрого запрещено… И всё ради того, чтобы спасать друг друга. И вот что она должна теперь сказать, глядя на эту взволнованную физиономию?

— До чего же вы оба хлопотные… — всё-таки не сдерживается Вита. — Больше никаких кровных родственников! Никогда.

— То есть.?

— Ваше счастье, что она достаточно молода, а твоя рана не была слишком сложной. Проснётся через несколько дней, отлежится, а потом вернётся к своим обязанностям. Но имей ввиду, Кент будет рвать и метать, раз лишили его помощницы минимум на неделю.'

Сразу из госпиталя Кевин и направился к директору, чтобы предложить сделку. Что угодно, любая услуга от него в обмен на то, чтобы Эми больше не отправляли на задания. Она не была готова изначально, и то, что сделала… Оперативники попросту не должны так поступать. И младшие сёстры, если откровенно, тоже. Это его обязанность — заботиться об Эми. Оберегать её, устраивать лучшую жизнь. Делать всё, чтобы она просто спокойно проживала в стенах «Дома». И потому сейчас так сильно на себя злился, ведь вместо поддержки попросту не заметил, как сестра спасла его, да ещё и сердился на неё, отчитывая и ворча сверх меры.

Это был первый и последний раз. Больше такого не должно повториться.

— Ты предлагаешь много, но недостаточно, чтобы случилось это твоё «никогда», — пожимает плечами Смит. — Мне и самому не понравилось, что девчонка выбыла из строя так надолго, хотя лучше она, чем это был бы ты. Поэтому, — взмах рукой, чтобы нахальных пацан даже не вздумал пререкаться, — давай заключим договор. К примеру, — небольшая пауза, словно бы раздумывая. — На три года? До девятнадцатилетия маленькой нахлебницы она не будет работать в качестве оперативника, притом даже если сама того пожелает.

— А потом? — спросил Кен.

— Потом будем смотреть по обстоятельствам.

Парень кивнул. Три года. Разумеется, этого мало, но достаточно, чтобы ему самому найти выход из ситуации. Сделать всё, чтобы Эмилия больше так не рисковала.

Глава 29

Вообще-то делать что-то подобное категорически запрещалось согласно технике безопасности. И если бы дело касалось кого-то другого, то тут Эмилия была бы непреклонна — как следует отчитала нарушителя. Но вот самой…

Маленький паяльник хранился прямо в тумбочке девушки, и был размером с тюбик помады. Собственно, таким его сделала сама Эми в целях конспирации, потому что никогда не знаешь, когда тебя накроет вдохновением. Конечно, будь сейчас в их комнате ещё и Летисия, о работе пришлось бы забыть, однако подруга припаздывала, а вот новые идеи — нет. Мысли же о том, что после пайки обязательно останется запах и Лита за него будет ругаться, Эмилия и вовсе старалась отметать подальше.

Сама работа заняла от силы минут двадцать, и теперь дело было за малым — уйти в общую гостиную их блока и набрать полный кувшин воды. Конечно, плата может охладиться и сама, но опытным путём