Мужчины свои и чужие - Кэти Келли

– Как же получилось, что он разговорился с тобой, хотя пришел к мистеру Джеймсу? – поинтересовалась Лиони.

Ханна рассказала, как она переодевалась, даже не успела оправить юбку, когда Феликс появился в ее жизни, и они все дружно расхохотались.

– Страшно даже себе представить, как какой-нибудь парень вошел бы в операционную, когда я снимала халат и на-тягивала на себя такое сексуальное платье! – пошутила Лиони. – Впрочем, в моем случае это мог быть только какой-нибудь викарий с пуделем, а у них обоих слабое серд­це. Наверняка бы грохнулись в обморок. Эмма с тревогой взглянула на нее.

– Что с тобой? – спросила она. – В Египте ты была звездой. Откуда такие упаднические настроения?

– Шучу, – быстро сказала Лиони. – Я вполне положи­тельно настроена. Давай, Ханна, выкладывай, что ты еще знаешь об этом необыкновенном Андретти.

Ханну не пришлось уговаривать. Все еще под впечатле­нием своей встречи с Феликсом, она не могла остановиться, ей хотелось говорить только о нем. С другими она наверняка была бы более сдержанной, но с настоящими подругами дала себе волю.

– Мне казалось, ты временно решила не связываться с мужчинами, – заметила Лиони после пятнадцатиминутного рассказа о необыкновенном Феликсе.

Ханна прикусила губу.

– Верно, но надо пользоваться шансом, если он вдруг появился. Тебе он очень понравится, Лиони, вот увидишь. Между прочим он хотел сегодня прийти со мной сюда.

– Надо было его взять, – вздохнула Лиони. – Наверное, лично мне вряд ли удастся приблизиться к какому-нибудь мужчине. А так я познакомилась бы с твоим Прекрасным принцем и пожала бы ему руку.

Ханна сразу же почувствовала угрызения совести за свою болтовню.

– Я просто немного развлеклась, – поспешно сказала она. – Может, я никогда больше его и не увижу. Завелась без особых на то оснований. И я действительно собиралась вся погрузиться в работу и не связываться ни с какими мужиками.

– Ты не сможешь удержаться, если по-настоящему влю­бишься, – заявила Лиони. – По-моему, надо плыть по тече­нию и посмотреть, что получится. А твое решение никогда больше не иметь дело с мужчинами всегда казалось мне бре­довым.

– Мне тоже, – согласилась Эмма. – Но расскажи нам, как дела у тебя, Лиони. Знаешь, Ханна, у нее есть какие-то замечательные новости.

– Ну, – нерешительно начала Лиони, – это нельзя срав­нивать с появлением второго Бреда Питта.

– Рассказывай! – нетерпеливо воскликнула Ханна.

– В общем, я поместила объявление в раздел «Личное» в «Ивнинг геральд».

– Здорово! – искренне обрадовалась Ханна.

– Молодец, – похвалила Эмма. – Твое объявление уже напечатали? И ответы были?

– Нет еще. Я принесла объявление с собой, – сказала Лиони, выуживая листок бумаги из сумки. – Ужасно наму­чилась, пока писала, можете мне поверить. Понимаете, так трудно себя описать.

– Ничего трудного. Живая, остроумная, роскошная блондинка… – немедленно начала Ханна.

– …ищет мужчину, который хорошо бы к ней относился, потому что у нее добрая душа и она заслуживает любви, – закончила Эмма.

Лиони покраснела.

– Очень мило с вашей стороны. Жаль, что вы не могли мне помочь. Я советовалась с Анджи – это моя подруга, мы с ней вместе работаем.

– Дай посмотреть, – попросила Ханна.

Они вместе склонились над написанными от руки строч­ками.

Крупная блондинка, немного за сорок, любящая детей и жи­вотных, ищет душевного человека для дружеских и, возможно, сердечных отношений. Почтовый ящик 12933.

– Напечатано будет завтра и еще в ближайшие три дня, – сказала Лиони.

– Ты волнуешься? – с несвойственной ей мягкостью спросила Ханна.

– Волнуюсь и боюсь, – призналась Лиони.

– По крайней мере, ты это сделала, – восхитилась Эмма. – Это самое главное.

– Я должна еще кое в чем признаться, – сказала Лиони. – Я набралась храбрости и все-таки отдала это объявле­ние только из-за Рея, моего бывшего мужа. Дело в том, что мои дети вернулись из Америки в крайнем возбуждении, потому что их отец собрался жениться. Что само по себе замечательно, – добавила она быстро, чтобы они не подумали, будто бывший муж ей все еще небезразличен.

– Это заставило тебя решить, что с тобой что-то здорово не в порядке, раз он устроил свою жизнь, а ты нет, – проницательно заметила Ханна.

Лиони кивнула.

– Нам с Реем вообще не надо было жениться, я это давно знала, да и он со временем понял. Но мы вместе пережили очень многое, дети опять же. Дети нас продолжают связы­вать, поэтому он мне не совсем уж чужой человек. Но, если честно, я всегда считала, что мне будет легче выжить, чем ему, а вышло все наоборот.

Она вспомнила, что поначалу испытывала чувство вины, поскольку дети остались с ней, а кроме того, она первой за­говорила о разводе.

– У тебя прекрасная семья и любимая работа, – возрази­ла Ханна. – С твоей жизнью все в порядке. Конечно, непло­хо бы иметь кого-то для души, но это уже как премия. Я где-то читала, что к 2050 году тридцать процентов людей будут жить одиноко. Так что все нормально.

– И это говорит женщина, которая весь вечер сияет, как маяк, из-за красивого испанца-актера.

– Это несерьезно, просто развлечение, – смущенно про­бормотала Ханна.

– Какая она, его невеста? – спросила Эмма, догадав­шись, что Лиони рассказала далеко не все.

– Сногсшибательная! – призналась Лиони. – Мед ее обожает, привезла кучу фотографий. Представьте, она моего возраста, не какая-нибудь накрашенная девчонка. Она адво­кат и полная мне противоположность: элегантная, стройная, короткие темные волосы, никакого макияжа, прекрасно вы­глядит в джинсах и футболке. Классная, иным словом.

– Ты тоже классная, – сказала верная Эмма.

– Я не пытаюсь себя принизить, – возразила Лиони. – Просто она из другой лиги.

– Ты все придумала! – заявила Ханна и быстро заказала всем еще выпивку.

– Когда-нибудь покажу вам фотографии. Она похожа на девушку, которой лет в семнадцать предложили стать мане­кенщицей, но она предпочла Гарвард, поскольку собиралась стать блестящим юристом, а не рекламировать косметику. – Лиони мрачно уставилась на свой пустой бокал.

– Она, наверное, никуда не годится в постели, – пред­положила Ханна. – Знаете, из тех женщин, которые счита­ют, что заниматься любовью при свете – последняя степень извращения.

– Ну, конечно! – поддержала ее Эмма. – Есть женщины, которые считают, что оральный секс – это когда об этом говоришь.

Еще немного обсудив Флисс и обнаружив у нее массу не­достатков, троица взяла такси, чтобы разыскать приличный ресторан, пока вино на голодный желудок не ударило в голо­ву. На Бэггот-стрит им попался итальянский ресторан, где они съели лазанью и пиццу, запив еду двумя бутылками вина. Ханна заявила, что в последний раз она так вкусно ела в Италии.