Матьмоегоребенка, или Азбука аферизма - Татьяна Огородникова

Иван проснулся на том же месте, что и вчера. Легкий ветерок обдувал его измученное тело. Все члены ныли занудной похмельной болью. А некоторые места отзывались болью посерьезней. Иван ощупал себя и понял, что вечер закончился нешуточной дракой. Яниса не было видно. Иван аккуратно встал и, держась за поручень, подошел к борту. Когда он посмотрел вниз, голова закружилась так сильно, что он чуть не свалился в воду. Справившись с головокружением, Иван прыгнул в море. Он плавал долго, пока не почувствовал, что ноги сводит от холода. На палубе его ждал Янис – как всегда спокойный, аккуратный и уверенный. Он подал Ивану полотенце.

– Да, старик! Ну ты устроил вчера! – сказал Янис, когда Иван сполоснулся под душем и накинул полотенце.

– Где Марина? – Иван был настроен воинственно.

– Она уехала с Лизкой по магазинам. Здесь чудные лавки, где можно купить за копейки старинные часы, иконы, всякую дребедень…

Иван постепенно приходил в себя. Он растирал ноги, пытаясь избавиться от онемения.

– Как по магазинам? Давно?

– Давно, мой друг! Давно. У вас самолет через два часа! Она будет ждать тебя в аэропорту.

Иван чертыхнулся. Да, неплохо он провел два дня с любимой женщиной. Особенно две ночи. Две встречи у трапа самолета – сюда и назад, плюс созерцание спящей красавицы.

Янис вновь прочитал его мысли:

– Не переживай ты, Маринка в полном порядке. Она все прекрасно понимает.

Янис говорил так, как будто вчера Марины и в помине не было на этой проклятой дискотеке.

– Янис, – Иван терпеть не мог вранья и недомолвок, он не привык к таким отношениям, – скажи мне честно…

Тот улыбнулся.

– Хорошо, просто скажи мне, – послушно выправился Иван, – Маринка была вчера в клубе?

– Ну ты даешь! Откуда мне знать? Марина – взрослая девочка, она мне не докладывает, куда ходит по ночам. Но, по моим наблюдениям, когда я тебя приволок, она спокойно смотрела фильм в своей каюте. Вряд ли она могла бы успеть и туда и сюда.

Янис был убедителен. Однако сомнения Ивана не рассеялись. Он не мог ошибиться, хотя количество выпитых коктейлей, и черт знает чего там, еще могло повлиять на восприятие окружающего мира…

Иван решил, что не будет спрашивать о своих подозрениях у самой Марины. Вдруг это была не она? Посещение такого места не слишком благоприятно скажется на репутации влюбленного. Если захочет, сама скажет.

Иван, тепло и задумчиво попрощавшись с Янисом, отправился в аэропорт. Он чувствовал себя немного виноватым перед Маринкой за бездарно потраченное на яхте время. Хотя насчет «бездарно» он пока сомневался. Когда Гурьев огляделся и, не найдя любимой женщины, осторожно сел в изящное кресло, часы показывали семь сорок. До вылета оставалось ровно двадцать минут.

Марина появилась, как всегда, внезапно. Она улыбалась. У нее в руках были два маленьких пакетика. Один из них она протянула Ивану.

– Привет. Это – тебе. – Она вела себя так, как будто они прожили в счастливом браке несколько лет.

Гурьев попытался открыть подарок.

– Не торопись, – Маринка положила руку поверх Ваниной. – Открой, когда приедешь домой. Это – сюрприз.

Похмельный синдром делал Гурьева послушным и безразличным. Он охотно засунул подарок в карман сумки. Подарок был компактный и оказался мягким на ощупь.

Иван исподтишка наблюдал за Мариной. Нет. Ни одного признака бессонной ночи. Отдохнувшее лицо, сияющие глаза, ни тени косметики.

Когда они сидели в самолете, держась за руки, Иван вообще начал сомневаться, а было ли все то, что было? Если честно, он предпочел бы, чтобы это был сон. Гурьев задремал, а когда проснулся, почувствовал смертельную усталость. Ему вдруг захотелось домой.

Иван проводил Марину.

– Я поеду? – спросил он, не объясняя, что ему срочно нужно увидеть родных. Он жутко соскучился по ним. Маринка все поняла, она спокойно поцеловала его на прощание.

Иван влетел в квартиру, бросил сумку и не услышал привычного лопотания Дашки, звуков телевизора. Его встретила Аня – печальная и утомленная.

Он по-братски чмокнул ее в щеку.

– Почему такой траур? – спросил Иван. – Где Дашка, где бабуля?

– Анна Федоровна в больнице. Дашка плачет у себя в комнате.

– Как в больнице? – удивился Иван.

– Ты не знаешь? Пока тебя не было, позвонил мужчина, представился твоим другом и сказал, что ты поручил ему разместить Анну Федоровну в ЦКБ.

Иван вспомнил разговор с Янисом.

– А, ну да, конечно. Я понял. Просто не подумал, что так быстро.

На самом деле Ивану стало не по себе. Он привык сам решать свои проблемы, настойчивое и авторитарное покровительство Яниса не то чтобы раздражало, но как-то не давало покоя.

– Почему Дашка плачет? – спросил Иван, уже входя в Дашкину комнату. Девочка, увидев папу, бросилась к нему на шею.

– Папочка, почему бабулю забрали в больницу? Почему она не может болеть дома? Мне без нее плохо, я буду ей сама все подавать, пускай приезжает домой, – вздрагивая, рыдала Дашка.

Иван со все возрастающей тоской погладил дочку по спине. Надо же, прошло всего два дня, а такое впечатление, что несколько лет. Он с унынием вспомнил, как они играли в Красную Шапочку.

– Не плачь, Дашуль, бабушку скоро заберем. Я сейчас к ней поеду и узнаю, когда можно ее забрать. Все, не плачь, моя хорошая, не плачь.

– Пап, позови хотя бы Алену с Арсеном, пускай они у нас пока живут. Так стало пусто, я совсем одна с мамой, – продолжала хныкать Дашка, впрочем, уже через силу. Присутствие отца немного ободрило ее.

– Алена придет, не переживай. Я поеду в больницу и узнаю, как там бабуля.

Иван позвонил Янису, чтобы узнать координаты врача.

– Старик, – печальным голосом произнес Янис. – Все намного хуже, чем ты думаешь. – Анна Федоровна доживает последние дни.

– Ты с ума сошел? На хрена такая больница? Наш доктор сказал, что она проживет пару месяцев. Я заберу ее. Скажи, чтобы оформили все бумаги.