Навстречу судьбе - Лилиан Пик

Она притормозила, поглядела в зеркало заднего вида и переключила скорость перед поворотом.

— Крис просил ее руки несколько лет назад, но Анджела хотела остаться свободной, пока ее карьера и положение в обществе не определились окончательно. Теперь она достигла вершины, и им больше незачем откладывать свадьбу. В последние несколько дней, что он провел здесь, в Йоркшире, мы с ним обсудили возможность его женитьбы в ближайшем будущем. А заключительные приготовления будут сделаны, когда его отец вернется из командировки на этой неделе.

Миссис Йорк бросила на Линн быстрый взгляд, но увидела лишь маску, которая надежно скрывала все чувства.

— Надеюсь, вы понимаете, что я хочу сказать, Линн. Боюсь, это вас расстроит, но мне кажется, что вы должны знать истинное положение вещей.

— Миссис Йорк, вам не о чем беспокоиться. Наши с Крисом отношения ограничиваются дружбой — простой и бескорыстной, на почве общей профессии, вот и все. — Линн была удивлена и даже потрясена собственной способностью сказать так много неправды так многословно. — Почти с самого начала нашего знакомства я знала о любви Криса к Анджеле, и у меня нет намерения им помешать. — Девушка отчаянно надеялась, что сможет сохранить контроль над собой до конца поездки, но ее голос слегка повысился и предательски зазвенел. — Собственно, у меня есть молодой человек — один из преподавателей нашей школы. Мы скоро поженимся.

— Ах, тогда мне действительно не о чем волноваться! Как хорошо, что вы сказали мне об этом, дорогая. Вы очень разумная юная леди, и, если бы мой сын не встретил Анджелу, я могла бы только надеяться, что он полюбит девушку, подобную вам.

Линн сама не знала, как ей удалось сдержать слезы. Она горячо поблагодарила миссис Йорк за хлопоты, заверила, что вечер в ее обществе был истинным наслаждением, и пожала протянутую на прощанье руку.

Даже после возвращения в Дейлс-Холл Линн не позволила себе отвести душу и разрыдаться — Джон Холвик маячил в вестибюле явно в ожидании ее возвращения. Она решительно проглотила комок в горле и приветствовала его с улыбкой.

— Хорошо провели время? — спросил он, держась с ней немного более холодно и натянуто, чем прежде.

Пока они вместе шли в гостиную, отчаяние Линн превратилось в гнев — она вспомнила непростительное поведение Криса по отношению к Джону, и в следующие два дня праведное возмущение почти окончательно вытеснило из ее сердца тоску по любимому человеку.

К утру вторника она твердо решила избегать общения с Крисом любой ценой.

Линн уже узнала расписание поездов, отправляющихся в Лондон, и выяснила, что есть экспресс сразу после полудня. Она решила уехать, пока все будут в столовой. Она возьмет такси и исчезнет, а к тому времени, как Крис пообедает и спустится в вестибюль за ней, она будет уже на пути в Лондон, а потом отправится домой, в Кент.

Девушка порадовалась, что не сказала ему свой домашний адрес. Он не сможет найти ее, потому что, кроме Кена и Мэри, никто не знал, где живут ее родители. А когда она после каникул вернется на работу, он станет мужем Анджелы, и они больше не встретятся.

В понедельник вечером она написала ему короткую записку, которую решила отдать секретарше на следующее утро, с тем чтобы та вручила ее мистеру Йорку перед его отъездом.

«Крис, — писала она, — поскольку я чувствую, что наша дружба ни к чему не приведет и что будет лучше, если мы расстанемся навсегда, я решила вернуться на юг одна, поездом, и, когда вы получите эту записку, буду уже в дороге. Спасибо за ваше доброе отношение, Крис. Вы скоро женитесь на Анджеле. Я, вероятно, выйду за Кена.

Желаю вам счастья.

Линн.

P.S. Пожалуйста, будьте добры выслать почтой сумку с одеждой, которую я случайно оставила в вашем автомобиле. Извините за беспокойство».

Линн надеялась, что слезы, которые она роняла на письмо, высохнут без следа.

Во вторник утром после завтрака она быстро упаковала чемодан и спрятала его в гардеробе ресторана под своим пальто, надеясь, что там его никто не найдет, пока не закончится собрание конференции. Потом она вернулась в комнату удостовериться, что ничего не забыла, заперла за собой дверь в последний раз и уже спускалась по лестнице, когда услышала в холле голоса. Крис стоял с группой людей, засунув руки в карманы, и выглядел веселым и довольным. Казалось, он почувствовал ее присутствие — взглянул в сторону лестницы, помахал рукой и шагнул навстречу.

Линн повернулась и бросилась наверх, испугавшись, как ребенок, которого ждет наказание за взятую без спросу банку варенья. Она радовалась тому, что еще не успела сдать ключ секретарше, влетела в свою комнату, лихорадочно заперла за собой дверь и бросилась на аккуратно застеленную кровать, задыхаясь — не только от быстрого бега, но и от того, что вид этого человека все еще губительно воздействовал на ритм ее сердцебиения.

«Делать нечего, придется остаться на утреннее заседание конференции», — решила девушка и, поскольку оно должно было начаться с минуты на минуту, поспешила в зал и постаралась пробраться между рядов как можно более незаметно. Не успела она опуститься на свободное место рядом с Джоном Холвиком, как председатель поднялся, чтобы представить первого оратора. Джон улыбнулся девушке, мягко упрекнув за опоздание, и указал на трибуну.

— Это ваш друг? — спросил он.

Линн кивнула.

Заметил ли Крис ее опоздание, она не знала, потому что сразу уткнулась носом в пустую страницу записной книжки и не смотрела на сцену. Первый доклад был достаточно интересен, чтобы заслужить несколько заметок, но мысли оратора не отличались оригинальностью — аудитория уже слышала многое из того, о чем он говорил. Когда он наконец сел под сдержанные аплодисменты, Линн позволила себе один быстрый взгляд на трибуну. В этот момент Крис посмотрел в ее сторону, и, прежде чем девушка опустила глаза, она поймала выражение озабоченности, мелькнувшее на его лице.

Следующим выступал Крис, и председатель представил его как последнего докладчика конференции. Как только Крис заговорил, девушка почувствовала, что решимость ненавидеть его медленно испаряется, уступая место огромной гордости за этого человека — ему сразу же удалось пробудить в слушателях интерес и завладеть вниманием аудитории.

Внезапно смысл его слов начал доходить до ее сознания. Не веря своим ушам, она вглядывалась в его лицо, будто пыталась читать по губам для пущей уверенности в том, что правильно его понимает.

Главные тезисы доклада совпадали с теми идеями, которые она так упорно старалась внедрить в школе. Крис всецело поддерживал ее и даже призвал аудиторию более терпимо относиться к молодым преподавателям, которые так храбро пытаются ввести новые методы в практику вопреки противодействию всех и вся. Он рассказал о необоснованных опасениях и претензиях родителей и школьного руководства, о противодействии тех учителей, которые, даже будучи не старыми людьми, с трудом приспосабливаются к современным методам и мешают работать новаторам. В общем, он сказал все то, что они с Линн неоднократно обсуждали и с чем, как она полагала, Крис был не согласен, считая это детскими играми. Его доклад назывался «Как вернуть английский язык к жизни», и ему удалось оживить, по крайней мере, аудиторию.