Бумажная принцесса - Эрин Уатт

– Отлично, – вру я и соскакиваю с табурета, стараясь не смотреть в искрящиеся весельем глаза Брук. – Хорошо вам поужинать. А мне нужно доделать домашнее задание.

Я выскакиваю из кухни, чтобы Каллум не сообразил, что меня, вопреки его желанию, не было на матче.

Я иду в свою комнату принцессы и следующие два часа решаю скучные математические уравнения. На часах уже одиннадцать, когда дверь распахивается и в комнату вваливается Истон.

От неожиданности я подпрыгиваю.

– Черт, тебя не учили стучаться?

– Мы одна семья. Члены семьи не стучатся друг к другу в двери.

Его темные волосы влажные, как будто парень только что вышел из душа, из одежды – спортивные штаны и обтягивающая футболка. Лицо мрачное. В правой руке бутылка «Джека Дэниелса».

– Что тебе надо? – спрашиваю я.

– Ты не пришла на матч.

– Ну и что?

– Рид сказал тебе прийти.

– И что дальше?

Истон хмурится и делает шаг вперед.

– А то, что тебе нужно соблюдать приличия. Папа хотел, чтобы ты была там. Он не будет соваться в нашу жизнь, но только если ты будешь подыгрывать.

– Я не люблю играть в игры. Ты и твой братец не хотите, чтобы я попадалась вам на глаза. Точно так же как я не хочу, чтобы вы попадались на глаза мне. Зачем притворяться, что это не так?

– Не-а, тебе хочется быть с нами. – Он подходит еще ближе и опускает свои губы к моему уху. Его дыхание щекочет мою шею, но я не чувствую, чтобы от него пахло алкоголем. Похоже, парень еще не успел приложиться к бутылке. – И может, мне хочется побыть с тобой.

Я с подозрением смотрю на него.

– Зачем ты пришел, Истон?

– Потому что мне скучно, а дома только ты. – Он плюхается на мою кровать и ложится, опираясь на локти, бутылка виски падает рядом с ним.

– Валери сказала, что после матча устраивают вечеринку. Ты мог бы пойти туда.

Поморщившись, Истон приподнимает футболку, показывая мне ужасного вида синяк.

– Меня немного потрепали на поле. Не было настроения куда-то идти.

Как-то подозрительно.

– Где Рид?

– На вечеринке. Близнецы тоже. – Он пожимает плечами. – Я же сказал: дома только ты и я.

– Я собираюсь ложиться спать.

Его взгляд задерживается на моих голых ногах, и, уверена, от него не ускользает то, как поношенная футболка натянулась на моей груди. Но он ничего не говорит, а передвигается повыше и устраивается на моих подушках.

Я стискиваю зубы, а Истон берет с прикроватной тумбочки пульт, включает телевизор и переключает на спортивно-развлекательный канал.

– Убирайся, – приказываю я. – Я хочу спать.

– Еще слишком рано. Хватит играть в стерву, садись. – На удивление, в его голосе совсем нет злости. Он просто шутит.

Но меня по-прежнему мучают подозрения. Я сажусь как можно дальше от него, но так, чтобы не упасть с кровати.

Ухмыляясь, Истон обводит взглядом мою розовую спальню.

– Мой папаша – недалекий пень, а?

Я не могу сдержать ответной улыбки.

– Думаю, он не знает, что значит растить девочек.

– Да и мальчиков тоже, – едва слышно бормочет Истон.

– Ясно, а сейчас ты начнешь рассказывать мне о своих проблемах с отцом. Папочки никогда не было дома, папочка не обращал на меня внимания, папочка не любил меня.

Он закатывает глаза, но игнорирует мои подколки.

– Мой брат злится на тебя.

– Твой брат все время злится.

Истон не отвечает и подносит бутылку к губам.

Но любопытство берет надо мной верх.

– Ладно, сдаюсь. Почему он злится?

– Потому что ты подралась с Джордан.

– Она это заслужила.

Парень делает еще один глоток.

– Да, заслужила.

Мои брови взлетают вверх.

– Что, и никаких лекций? Никаких этих ваших «Ты позоришь фамилию Ройалов, Элла. Ты разочаровала нас всех»?

Губи Истона кривятся.

– Нет. – На его лице снова появляется ухмылка, на этот раз озорная. – Давно я не видел такого горячего зрелища. Вы вдвоем катались по полу, как… черт. Воспоминаний об этом мне хватит на несколько лет дрочилова.

– Фу, гадость. Слышать ничего об этом не хочу.

– Еще как хочешь. – Сделав еще один глоток, Истон протягивает бутылку мне. – Пей.

– Нет уж, спасибо.

– Блин, да хватит уже все усложнять. Расслабься хоть немного. – Он впихивает бутылку мне в руку. – Пей.

И я пью.

Не знаю, зачем я это делаю. Наверное, потому что мне хочется напиться. Или потому что впервые с тех пор, как я переехала в этот дом, кто-то из Ройалов, помимо Каллума, ведет себя со мной по-человечески.

Истон с одобрением наблюдает, как я делаю долгий глоток. Он проводит рукой по волосам и тут же морщится. Мне его жаль. Синяк у него огромный.

Какое-то время мы сидим в тишине, только передаем друг другу бутылку. Я перестаю пить, как только чувствую легкое опьянение, и Истон пихает меня локтем в бок, несмотря на то, что его взгляд прикован к телевизору.

– Ты мало выпила.

– Я больше не хочу. – Я откидываюсь на изголовье кровати и закрываю глаза. – Мне не нравится напиваться. Предпочитаю состояние «слегка навеселе».

– А ты хоть раз-то напивалась? – с вызовом спрашивает Истон.

– Ага. А ты?

– Никогда, – невинным голосом отвечает он.

Я фыркаю.

– Ага, конечно. Ты стал алкоголиком лет в десять. – Как только эти слова слетают с языка, я вздыхаю.

– Что? – Истон смотрит на меня с любопытством. А он симпатичный, когда не хмурится или нахально ухмыляется.

– Ничего. Просто глупое воспоминание. – Лучше поменять тему – обычно я избегаю разговоров о моем прошлом – но это воспоминание никак не идет из головы, и я невольно начинаю смеяться. – А знаешь, так чудно́ получилось.

– Что ж, я заинтригован.

– Когда я впервые напилась, мне было десять лет, – признаюсь я.

Парень улыбается.

– Реально?

– Ага. Мама тогда встречалась с одним парнем, Лео. – И он был связан с мафией, но об этом я Истону не рассказываю. – Мы жили в Чикаго и как-то раз все вместе пошли на игру «Чикаго Кабс»^[12]. Лео пил пиво, и я все умоляла и умоляла его дать мне попробовать хотя бы маленький глоточек. Мама, естественно, была против, но Лео удалось убедить ее, что от одного глотка ничего страшного не будет.