Бессмертная и невозвратная - Мэри Дженис Дэвидсон

— А-а.

Мы припарковались в нескольких кварталах от дома и выбрались из машины.

— Я хотела спросить, — прошептала сестра, пока мы крались в дом. — Я благодарю Бога каждый вечер, что не убила тебя, но, э-э-э, почему мой меч тебя не повредил? Он должен был тебя убить.

Кэти пробежала (в прямом смысле) сквозь сугробы вперед, поторапливая нас: «Ну же, ну же, ну же!».

Я пожала плечами.

— Понятия не имею, куколка. Давай решать по одной крупной проблеме за раз.

— А-а. Верно.

— Теперь помните, — прошептала я, когда мы тайком заглянули в переднее окошко. — Ищите улики. И если женщина здесь, то мы спасем ее.

— А что, если женщины нет, есть только плохой парень? — спросила Лаура.

— Ты же его узнаешь, да? — поинтересовалась я у Кэти.

— Чертовски верно, узнаю.

— Ладно, ну, тогда мы выйдем и позвоним хорошим парням, и подождем, пока они приедут.

— А вдруг он улизнет, прежде чем…

— По одному за раз, хорошо? Мы даже не уверены, есть ли кто дома.

— В гостиной никого, — посмотрела Лаура.

— Одну минуту, — попросила Кэти и проплыла сквозь стекло. Мы спрятались (по-простому, во в дворе), чувствуя себя дурами (я уж точно себя так ощущала), пока она осматривала дом. Потом призрак появилась через гараж и выдала:

— Его тут нет. Но в подвале женщина!

— Открой гаражную дверь, — попросила Лаура.

— Все заперто, — разозлилась Кэти.

— Уверена, я смогу ее поднять, — начала я.

— Но послушайте, — перебила Лаура, — он же увидит!

— Какая разница? Послужит ему уроком, да и напугает заодно. Может, он сделает глупую ошибку.

— Или удерет, и мы его не поймаем.

— Ну, нельзя оставить бедняжку внизу, совсем одну, уверенную, что она скоро умрет.

— Верно, мать твою! — заявила Кэти. — Разбивайте стекло и лезьте сюда! Я могу только летать тут и вопить «Бу-у-у-у-у». Кровь Христова!

Я подняла один кирпич из тех, что обрамляли тротуар, и запустила им в переднее окно. Шум был невероятный. Не говоря уж о бардаке. Кэти и Лаура уставились на меня в шоке.

— Может, это он свалит на соседских мальчишек, — корявенько объяснение, но это все, что я смогла придумать. — Может, он не подумает, что здесь копы, только потому что окно разбито.

— А-а. Хорошо сказано, — Кэти, одобрительно кивнув, уплыла, а Лаура осторожно подтянулась на руках и проникла в гостиную.

— Аккуратней — стекло, — предупредила я ее, и тут же сама порезалась, ругнувшись. К счастью, кровью я истекаю так же, как и читаю: вяло.

— Сюда, вниз! — позвала Кэти и кинулась сквозь закрытую деревянную дверь.

Что самое смешное — я начала привыкать парам от завода, ведь мы добрых двадцать минут наматывали круги в этом районе. Но Кэти была права: он все заглушал. Если парень убивал женщин в подвале, с кухни этого было не учуять. Я даже запах кухни на кухне не могла почувствовать.

Мы с Лаурой заторопились вниз по лестнице, которая, как и ожидалось, была мрачной и пугающей, пока моя сестра не нашла выключатель. Флуоресцентные лампы помигали и включились, а в дальнем конце помещения мы увидели связанную женщину с растрепанными светлыми волосами, ее рот был заклеен строительным скотчем. Про одежду и говорить не стоит — полная разруха.

— ХА! — взвизгнула Кэти. Проскользнув через топку для сжигания дров, она начала выписывать круги в воздухе. — Говорила же, говорила же!

— Все в порядке, — Лаура подходила к жертве. — Теперь вы в безопасности. Э-э-э, сейчас может быть немного больно, — моя сестра сорвала скотч с лица женщины, сообщая ей: — Это как лейкопластырь. Нельзя потихоньку сдирать.

— Он вернется… убьет меня… — выдохнула миссис Скоуман (я предположила, что это была она). — Он сказал, он… с помощью своего особого друга собирается… убить меня…

Она наклонилась, и ее стошнило прямо на туфли Лауры.

— Все хорошо, — сказала моя сестра, поглаживая испуганную женщину по спине. — У вас выдался тяжелый вечер.

— Если бы это были мои туфли, — пробормотала я, обращаясь к Кэти, — я не смогла бы так спокойно отреагировать.

— Ох, твоя сестра просто чудила, — махнула рукой Кэти, проигнорировав секретность моего откровения. — Я знаю ее всего пару дней и уже это выяснила.

— Она не такая, как все, но добрая, — защищая Лауру, ответила я. — Но это не делает ее чуднтй.

— Поверь. Меня такой же убил, так что я узнаю породу.

— Возьми свои слова обратно! Нельзя сравнивать Лауру и Кретина-Парковщика.

— Вы прекратите? — прошипела моя сестра, возясь со скотчем. — Вы пугаете бедняжку миссис Скоуман. И хватит сравнивать меня с Кретином-Парковщиком!

— Я просто хочу выбраться отсюда, — простонала жертва. — Я так хочу выбраться отсюда. Развяжите ноги. Бросьте руки, они не мешают бежать.

И тут я услышала звук.

— Идем, — сказала я сестре. — Он… нам надо уходить.

Кэти метнулась в потолок.

— Что? — спросила Лаура.

Я начала рвать скотч, стараясь действовать аккуратно — что было сложно, ведь я не хотела поранить миссис Скоуман.

— Дверь гаража только что открыли, — выпалила я.

Кэти вернулась в подвал.

— Он здесь! Ой, мама, такой злой. Бормочет что-то насчет усыновленных детей, что бы это ни означало.

— Быстрее, — прошептала миссис Скоуман.

— Пожалуйста, постарайтесь, чтобы вас не вырвало на меня. Если я буду действовать быстрее или сильнее, то могу нечаянно сломать вам руки.

— Неважно! Ломайте ноги! Отрежьте их, если надо, просто вытащите меня отсюда!

— Кэрри? У тебя там друзья внизу, Кэрри?

— О, отлично, — проворчала я. — Предполагаю, прибыл жуткий убийца.

Кэти показала на человека (мне его не было видно, потому что мы находились прямо под лестницей), который спускался по ступеням.

— Время пришло, гребаный подонок, — поприветствовала его призрак, и, черт возьми, мне нравился ее стиль.

— Почему никто не захватил нож? — спросила Лаура, ни к кому не обращаясь.

— Потому что я — охрененная вампирская королева, а ты — дочь дьявола, нам не нужны ножи. Если только, конечно, плохой парень не связывает своих жертв скотчем. Тогда нам хреново приходится.

Ага! Я наконец-то подняла жертву на ноги и начала трудиться над ее руками. Ей пришлось бы бежать мимо убийцы, чтобы выбраться отсюда, поэтому я пихнула ее обратно на пол, когда она, шатаясь, поднялась.