Идеальный мерзавец - Жасмин Майер

Посмотрел на нее с удивлением. Не думал, что будет так просто уговорить ее.

Светофор. Боже, как вовремя.

Я набросился на ее губы, а пальцами погладил ее, мокрую и горячую.

Сзади засигналили. Вера потянулась к моим губам, не желая отпускать. Я перехватил руль одной рукой, а вторую не убрал — так и ласкал ее всю дорогу до дома, а она впивалась зубами в мое предплечье, чтобы не стонать в голос.

Она кончила на перекрестке в двух кварталах от моего дома. А после, когда я, наконец, заехал и заглушил мотор во дворе, вдруг сказала:

— Здесь.

Пришел мой черед смотреть на нее как на сумасшедшую.

— В машине? — уточнил.

— Да.

— Но мы уже приехали!

И зачем я так гнал, спрашивается?

— И ты что, опять хочешь быть сверху?

— Да-а-а.

Я перебрался назад и достал из брошенной на заднем сидении одежды презерватив. Дождался, пока Вера перелезет ко мне.

— Вера, есть и другие позы.

— Нет, — прорычала она. — Помоги мне с твоими плавками.

— Нет уж, — я убрал руки за голову. — Вперед, моя ненасытная фиалка, коснись меня. Уговори меня опять на «Наездницу», а то я уже устал от этой позы.

Вера сверкнула глазами, убрала с глаз локоны, резко встряхнув головой. Подцепила мои плавки, абсолютно не церемонясь. Мокрая ткань полоснула по чувствительной головке.

— Эй! Аккуратнее! Или мой член тебе больше не нужен?

— Прости, — быстро чмокнула у губы.

Устроилась поудобнее, сев на пятки под моей правой рукой и на этот раз аккуратнее стащила с меня мокрые плавки. Вера аж отпрянула, когда член буквально выпрыгнул к ней, как черт из табакерки. Хриплым голосом велела приподняться, чтобы снять их с меня полностью.

Все-таки не понимаю, почему мы должны делать это в неудобной машине, когда стоим под домом, но… Тут ее холодные пальцы пробежались вниз по члену.

Ладно, я подумаю об этом после.

Она сжала ладонь, слишком легко к моему разочарованию.

— Сильнее, — прохрипел я.

Она недоверчиво посмотрела на меня, и я кивнул, в сердцах умоляя ее сжать меня так крепко, как только она может.

Она смогла.

Ну почти.

Сам взял ее вторую ладонь и положил ниже, на яйца. Я был готов сдаться ее желаниям уже сейчас, но Вера с видом первооткрывателя двигала рукой, глядя на то, как собирается и расходится крайняя плоть от ее движений, а потом лизнула головку.

Я зашипел сквозь зубы.

Она тут же испуганно отпрянула:

— Больно?

— Верни руки обратно! — гаркнул я и добавил тише: — Нет, не больно. Очень… — Она сделала так еще раз и я, запнувшись, выдохнул: — очень приятно.

Она довольно улыбнулась, пробежалась пальцами по уздечке и повторила тоже самое кончиком языка, в довершение ко всему вобрав головку в рот.

Что она хотела? А чего добивался я? О, Господи, пусть делает со мной, что хочет, только бы никогда не останавливалась.

Коснулся ее ладоней, показывая, что двигать ими можно сильнее и почти без опаски. Ни разу не глубокая глотка, конечно, но даже от простых движений ее порхающего языка меня потряхивало, как от ударов тока. Да как так-то?

А еще от изгиба спины и вида голой попки, в которую упирались пятки. От ее выпирающих лопаток. От того, как пахла она после моря, солнца и секса, и как я сам пропах этой женщиной.

Коснулся ее затылка, собрав короткие волосы в кулак. Немного надавил, чтобы она вобрала в рот больше, но без фанатизма. Вера и так мигом напряглась.

— Дыши носом.

Она в ответ так засопела, что пришлось прикусить щеку изнутри, чтобы не захохотать. Правда, сразу после стало совсем не до смеха: Вера втянула щеки, плотно обхватив член, и одновременно с этим рукой сжала яйца.

Мать вашу, да я так даже кончу!

— Иди ко мне. Ты умеешь уговаривать.

Вера улыбнулась чуть припухшими губами, не поверила этой лести, вероятно, снова посчитав себя неумехой. В чем-то она права, конечно, но кое-что ей удалось в разы лучше, чем прожженным профессионалкам.

Она внимательно следила за тем, как я надорвал упаковку зубами, а после раскатал латекс по всей длине.

— Повернись спиной ко мне, — я провел пальцами по позвоночнику, останавливаясь на ямочках на пояснице. — Доверься, больно не будет.

Вера встала коленями на кресло, спиной ко мне, а руками схватилась за водительское и пассажирское. Нет, все-таки почему в машине? Не делал этого еще на парковке прямо перед пустым и готовым предоставить любую поверхность домом.

Мысли испарились, стоило провести между ее ног членом. Вера задрожала мелкой дрожью. Я положил руки на ее талию и надавил большими пальцами на ямочки на пояснице, насаживая на себя. Она медленно опустилась, исторгнув стон, от которого крышу снесло нахрен.

— Так ведь тоже хорошо? — прошептал я, подцепив ее купальник и обхватывая пальцами грудь.

Она кивнула, осторожно приподнимаясь, чтобы опуститься заново. Я пока сдерживался, наслаждаясь видом сзади: ровной узкой спиной, напряженными мышцами, сведенными лопатками и, конечно, ямочками на пояснице.

Очень удачная поза, а Вера уже должна была уже отойти от первого быстрого оргазма по дороге до дома.

Стал вбиваться сильнее, а руку опустил на клитор, мягко его поглаживая. Вера развела ноги еще сильнее, потерлась о руку и сама стала двигаться быстрее, выбивая из меня стоны.

Горячая влага пульсировала под моими пальцами. Я чувствовал ее движения членом и собственной рукой, терялся в ее стонах, и ощущения множились, как в кинотеатрах с бесчисленными D-эффектами.

В какой-то момент Вера почти легла грудью вперед, между кресел, когда ее руки со спинок соскользнули на сидения. Я напрягся, замедлился, это уже мало напоминало позу «Наездницы», а если она сейчас начнет превозмогать боль, о которой она говорила… Ну, я на такое закрывать глаза не буду.

Стал брать ее мягче, лишь сильнее и глубже насаживаясь, почти не покидая ее. Усилил движения пальцами. Ощутил, как она тут же вся сжалась, напряглась. Замерла и даже перестала дышать.

Ей больно?

И тогда же она кончила.

Ослабевшую и дрожащую, я обхватил ее за талию, прижал к себе и она благодарным, страстным поцелуем впилась в мои губы. Немного приподнял, чтобы облегчить движения и хватило нескольких сильных толчков, чтобы кончить следом.