Дочь дьявола - Кэтрин Коултер

— Однако граф де ла Валль в нем замешан?

— Граф продает французам украденные у моей семьи товары. Я приехал в Неаполь, чтобы доказать это, а также разоблачить его поставщика. Тайна будет раскрыта через несколько дней, Рейна, и прошу тебя подождать. Вряд ли граф или его сообщники снова попытаются причинить тебе зло, но обещай мне, пока не минует опасность, не оставаться в одиночестве.

Про себя он поклялся, что велит своим людям наблюдать за виллой виконта.

— Вы отдаете мне приказы, но ничего не хотите объяснить.

Адам грустно улыбнулся и опустил глаза.

— Рейна, верь мне.

— Ну что же, и у меня есть для вас приказ, маркиз. Мой отец не должен узнать об этой ночи. Никогда.

Адам нерешительно поморщился, словно не понимая, что, если лорд Линдхерст когда-нибудь проведает о случившемся, они больше не увидят друг друга.

— Обещайте, — настаивала она.

— Хорошо. Возможно, лучше пока его не… расстраивать.

— Пожалуйста, снимите панталоны, маркиз. Адам ошеломленно уставился на нее, но тут же усмехнулся:

— Мой камердинер перевяжет рану, хотя я предпочел бы ваше нежное прикосновение. Ну вот, опять вы краснеете. Простите меня.

— Вы видели меня обнаженной, — неожиданно выпалила она.

— Я не смотрел на тебя глазами возлюбленного. Но ты, малышка… едва не сожгла меня взглядом.

— Вечно вы надо мной издеваетесь, — пожаловалась Рейна. — А когда вы станете моим любовником?

Вопрос, так внезапно, против воли, сорвавшийся с губ, потряс девушку. Она испуганно смолкла, прикрыв рот рукой.

— Когда ты станешь моей женой, — спокойно ответил Адам.

На глазах у девушки снова выступили слезы. Ах, эта дурацкая мужская самоуверенность! Ей хотелось завопить, выкрикнуть, что отец никогда не допустит этого брака.

— Вы не знаете моего отца, — только и сумела она выговорить.

— Посмотрим, — ответил Адам.

В голове Рейны вихрем пронеслись события сегодняшнего вечера.

— В жизни не была так напугана, — прошептала она.

— И я тоже.

— Но вы казались совершенно хладнокровным.

— Я был слишком занят тем, как добыть немного крови, — нежно улыбнулся Адам.

— Я и сейчас боюсь, — призналась Рейна, опуская глаза.

— Но больше бренди ты не получишь. Не хочу, чтобы ты проснулась завтра с похмелья.

— Пожалуйста, обними меня, Пьетро.

Адам сознавал, что не должен исполнить ее просьбу. Даже сейчас, после всех ужасов, желание по-прежнему бурлило у него в крови. Он повернул голову.

— Ты была такой храброй сегодня.

— Пьетро…

Боже, как он ненавидит это имя!

— Нет, Рейна, — отрезал Адам, вскакивая и отбегая в другой конец комнаты. — И не смотри на меня так! В конце концов я не каменный!

Если бы я забеременела, Пьетро, отец, позволил бы нам пожениться!

— Спать хочется, — тихо промолвила она.

— Прекрасно, — со вздохом облегчения отозвался Адам. — Сейчас принесу одеяло.

— Да, — кивнула девушка, не глядя на него, — это было бы чудесно.

Вернувшись, Адам увидел, что Рейна задумчиво смотрит в камин. Заслышав его шаги, она обернулась.

— Я больше не чувствую себя невинной. Мои бедра измазаны твоей кровью.

— Хочешь принять ванну перед сном? — осторожно осведомился Адам, разворачивая одеяло.

— Нет.

Рейна внезапно вздрогнула; глаза словно заволокло пеленой.

— Они все глазели на меня! Мне хотелось умереть.

— Когда увидишь их при дворе, притворись совершенно равнодушной и делай вид, будто ничего не произошло. Тебе не следует их бояться, но, повторяю, дай слово, что постараешься нигде не бывать одна.

— Обещаю.

Адам укутал ее одеялом и погладил по щеке.

— Граф прав в одном, дорогая. У тебя несгибаемый характер. Ты проткнешь меня шпагой, если я когда-нибудь посмотрю на другую?

— Да, — не колеблясь, ответила Рейна.

— Ты так похожа на мою мать, — улыбнулся Адам, и, прежде чем девушка успела спросить что-то, поспешно велел: — Засыпай. Я разбужу тебя, когда нужно будет уходить.