Дочь дьявола - Кэтрин Коултер

Остальные члены клуба в потрясенном молчании уставились на девушку. Она узнала почти всех, поскольку встречалась с ними при дворе. Внимание ее привлек звон разбитого стекла, и Рейна только сейчас заметила в углу комнаты маркиза, и уже хотела было подбежать к нему, но граф крепко держал ее за руку. Девушка не сводила глаз с маркиза.

— Ну, Пьетро, — вкрадчиво начал Эрве, — разве мой сюрприз не понравился вам? Маленькая шлюшка ударила нас обоих. Ах, как сладка месть!

Месть? Но я всего лишь защищалась!

— Да ты спятил, Эрве, — взвизгнул опомнившийся Селестино. — Это тебе не дочь какого-то отребья! Ее отец — лорд Делфорд!

— Заткнись, Тино, — не повышая голоса велел Эрве, — Она — мой дар маркизу, а не вам, олухи. Итак, Пьетро?

Что он хочет этим сказать?

Адам глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться, вынудил себя отвести взгляд от перепуганного лица Рейны и тихо сказал:

— Тино прав, Эрве. Девушка отвергла нас обоих, но мы не можем поступать с ней подобным образом. Это безумие.

— Боитесь, маркиз? — ехидно осведомился Эрве, но Адам лишь улыбнулся:

— Верно, не желаю укорачивать собственную жизнь из-за жеманной дурочки, да к тому же девственницы. Кстати, именно вы рассказывали мне о тайной полиции королевы. Сомневаюсь, чтобы подобное деяние осталось неотмщенным. Вы глупо поступили, позволив ей увидеть всех нас.

— Но, Пьетро, я все-таки не дурак, а вы, смею надеяться, не трус. Овладев ею, вы сумеете доказать, что достойны находиться в нашем обществе.

— Испытание, Эрве? — невозмутимо спросил Адам.

— Вы очень прямолинейны, друг мой. Достаточно объяснить: вы еще не сделали ничего, что могло бы… связать нас с вами братскими узами. Ну же, не отрицайте, вы хотите девчонку. Как, впрочем, и я. Но поскольку я решил сделать вам сюрприз, мы прибережем ее драгоценную невинность исключительно для вас.

Он всмотрелся в побелевшее лицо Рейны и слегка коснулся ее щеки. Она резко отдернула голову и издала приглушенный платком вскрик. Эрве чуть сильнее сжал плечи девушки.

— Любопытно, какого цвета ее аристократическая кровь, — мягко заметил он, наслаждаясь страхом своей пленницы.

Думай, скорее думай, что предпринять!

— Как ты раздобыл ее, Эрве? — поинтересовался Адам, пытаясь выиграть время и надеясь, что его голос звучит безразлично и скучающе.

— Да, Эрве, — поддержал Уго, — что, если сюда ворвется оскорбленный отец?

— По правде говоря, — сообщил Эрве, широко улыбаясь, — это оказалось так легко, что я до сих пор гадаю, действительно ли эта негодница еще невинна? Она бродила по саду в одной сорочке, словно ждала любовника. Верно, голубка моя?

Он слегка провел ладонью по ее груди.

— Она трепещет от прикосновения мужчины. Однако мы скоро все узнаем.

Я ждала тебя, Пьетро. Хотела, чтобы ты снова пришел.

Адама захлестнула такая ярость, что на несколько мгновений у него перехватило дыхание. Наконец он усилием воли разжал стиснутые кулаки и, подойдя к буфету, налил себе еще бренди. И лишь потом обернулся, пригубил янтарной жидкости и зевнул.

— Будь что будет, граф, — объявил он, чувствуя на себе взгляды окружающих, — но повторяю, не имею ни малейшего желания болтаться в петле. Она лакомый кусочек, но не стоит и минуты моей жизни. Не сомневаюсь, что все присутствующие в этой комнате со мной согласятся.

— Да, но все-таки весьма интересно знать, почему леди слоняется в саду по ночам, — задумчиво вставил Никколо Канова.

— А! Вот и наш философ высказался, — промурлыкал Эрве.

— Вы, кажется, забыли, маркиз, — продолжал Никколо, не спуская глаз с Адама, — что у молодой дамы есть все причины держать язык за зубами. Она вряд ли решится признаться отцу. Подумайте о скандале! Она будет погублена, обесчещена! Слухи последуют за ней даже в Англию!

— Не забывайте, — добавил Эрве, — что мы не какие-нибудь канальи, безродная шваль, а люди высокого положения и с могущественными связями.

— Я думаю не о скандале, а о том, что сделает с нами ее отец! — воскликнул Тино, нервно вытирая платком лоб. — Конечно, мы можем все отрицать или, если хотите, даже поклясться, что она пришла сюда по доброй воле. Как бы ты поступил, Никколо, на месте ее отца?